Олег Мушинский – Двойное дно (страница 3)

– Хм… Полезное умение, – сказал Руслан. – Будете показания записывать.

– Договорились, – тотчас отозвалась Одри.

Лесовик негромко хмыкнул.

– И чьи показания мне записывать? – спросила Одри.

Во взгляде лесовика обозначился интерес. Одри впервые уделила частицу своего внимания Антипу, удостоив его взгляда "вот этого что ли?" Тот даже малость съежился под ее взглядом. Мол, а я что, а я ничего.

– Думаю, самое время поговорить с подозреваемым, – сказал Руслан. – Антип, а где искать этого портного?

– Вы про того бракодела? – с готовностью уточнил приказчик и, не дожидаясь ответа, добавил: – Его звать Вадим Жданыч. У него мастерская в прибрежном секторе, прямо напротив тройной рыбы. Знаете, где это?

Руслан кивнул.

– И то дело, – произнес лесовик. – Тут от вас толку мало, а там, авось, чего и разведаете.

Выглядело так, будто бы сам он общаться с подозреваемым не собирался. Сыщик, называется! Или же у него на примете был кто-то поинтереснее. Руслан внимательно посмотрел на лесовика. Тот задумчиво глядел в одному ему видимую даль. Понятное дело, ничего не скажет. Руслан на секунду задумался. Уйдя, он наверняка что-то пропустит, но сказал "А", говори и "Б". Таково неписанное правило пограничной стражи. Она никогда не отступала. И лесовик наверняка это знал.

Недовольно покачав головой, Руслан направился к выходу. Взгляд Одри стремительно перескакивал с одного сыщика на другого, а на лице отчетливо читалось: а мне что, пополам разорваться?!

– Иди с ним, красавица, – посоветовал лесовик. – Я тут думу буду думать, а он, глядишь, и учудит чего интересного.

Руслан хмыкнул. Одри, еще секунду поколебавшись, поспешила за ним. Один резкий взмах крылышек, и она уже рядом. Антип открыл перед ними дверь.

За дверью располагалась лавка. Она была раза в четыре меньше склада. На широком прилавке лежали ткани. За прилавком во всю стену висел синий ковер с бело-изумрудным орнаментом. Посредине Руслан приметил крепления. Раньше там висела сабля в ножнах. По крайней мере, как теперь Руслан припоминал, там, когда он только вошел, висели ножны. Не самое удобное расположение, если бы потребовалось немедленно выхватить оружие, зато так она сразу попадалась на глаза покупателю. То ли символ достатка, то ли откровенный намёк покупателю, что задешево он здесь ничего не купит.

На улице перед входом в лавку стояли двое эльфов. Оба носили форменные кирасы городской стражи поверх зеленых костюмов. Кирасы были из серебра и, по слухам, такие тонкие, что пальцем проткнуть можно. Шпагой или там саблей – уж точно! Ну да оно и понятно – в тяжелой броне не больно-то полетаешь, а всё же хоть какая-то, но защита. Впрочем, стражи куда больше полагались на мушкет и шпагу. Лучшая защита, как известно, это нападение, а кираска – так, на крайний случай, да и выглядит стильно с отчеканенным эльфийским гербом во всю грудь. Оружие у эльфов, кстати, тоже было посеребрённое и с узорной чеканкой. Вот такие вот нынче беженцы!

– Вы бы, братцы, тут попусту не торчали, – как бы небрежно бросил им на ходу Руслан. – А за лесовиком присматривали. Даром что сыщик, а как бы не учудил чего.

И, не дожидаясь ответа, он пошел дальше. Одри не отставала ни на шаг. Стражи переглянулись. Один резко взмахнул рукой. Рядом тотчас появились еще двое стражей. Первый коротко откомандовал, мотнув головой в сторону входа, и эти двое нырнули внутрь. Руслан усмехнулся. Что бы ни задумал лесовик, в одиночестве он не останется.

В небесах полыхнули яркие огни, на миг озарив весь город, затем его вновь поглотил предрассветный полумрак. Руслан прикрыл ладонью глаза. Они одинаково хорошо видели и при лунном, и при дневном свете, но вот такие резкие переходы били по ним, будто плетью. Одри между тем даже не поморщилась.

– Скажите, Руслан, – на ходу произнесла она. – А вы просто так натравили стражей на сыщика или что-то подозреваете?

– Ну-у-у…

Признавать, что просто так, анчутке не хотелось.

– А вам, Одри, не показалось подозрительным, что сыщик не захотел общаться с главным подозреваемым?

У эльфийки ушки тотчас встали торчком.

– Проследим за ним? – предложила она.

Руслан пару шагов подумал на ее предложением, потом покачал головой.

– Вначале сами переговорим с подозреваемым, – сказал он. – Авось, что-нибудь и выведаем. Нам надо опередить лесовика.

Они прошли мимо мостика.

– Если нам надо опередить его, – произнесла Одри. – Почему мы не идем кратчайшим путем к Тройной рыбе?

Руслан хмыкнул.

– Если вы знаете кратчайший путь – показывайте.

Вместо ответа эльфийка указала назад, на мостик. Руслан зашагал обратно.

Город-на-отмели был полностью выстроен эльфами, и по их собственным правилам. Из воды вставали тончайшие шпили. Самые высокие были аршина три в высоту, причем это считая от поверхности воды. На шпили, как мясо на шампур, были нанизаны шары-домики. Нижний шар был самый большой, выше они становились все меньше и меньше, а те, что венчали стебли сверху, еще и сильно вытягивались к небу, отчего были похожи на капли. Каждый шар обвивали широкие балкончики, соединяясь между собой сложной паутиной из переходов, площадок и навесных мостиков. Все они именовались улицами, хотя куда больше заслуживали названия: лабиринт.

– Скажите, Руслан, – сказала Одри, когда они уже шагали по мостику. – А вы действительно думаете, что этот портной – наш главный подозреваемый?

Слово "главный" она четко выделила голосом. Табличку для записей эльфийка держала под рукой.

– А другого у нас пока нет, – ответил Руслан. – Хотя, конечно, чем больше крика, тем меньше дела, но проверить его надо. По горячке чего только не натворишь.

Они сошли с мостика на круглую площадку. Одри кивком указала на уходящий в сторону берега переход. В отличие от мостика тот не провисал и был заметно шире. Здесь можно было свободно идти рядом, не мешая встречным пешеходам. Их хватало. Праздник еще продолжался, да и вообще у эльфов ночь считалась за день. Мимо то и дело пролетали ватаги гуляк, нередко одетых весьма фривольно. В белокожих эльфийских компаниях то и дело мелькали то лазурные анчутки, то зеленокожие лесовики, а то и те, и другие вместе.

– А вы давно уже занимаетесь сыском? – спросила Одри.

– Ну, вообще-то это мое первое дело, – признал Руслан, однако сразу добавил: – Но на самом деле я уже три года в пограничной службе, а там всякое случалось. Капрала мне за поимку убийцу дали.

Он не стал уточнять, что там дело было очевидным и никого вычислять не пришлось. Контрабандист по горячке зарезал таможенника и бежал, рассчитывая уйти за границу, но Руслан на самом кордоне догнал паршивца, скрутил и приволок на суд князя, а у того суд скорый. Руслану – капральские эполеты, контрабандисту – секир-башка.

– Поэтому вам это дело и доверили? – уточнила Одри.

– Вроде того, – Руслан кивнул.

По правде говоря, доверили ему пригляд за местным сыщиком. С делом, как сказал князь, "авось он и сам справится". Но тогда же добавил, что мол, ты, капрал, тоже не зевай, и именно этим Руслан собирался заняться. Глядишь, и получится утереть нос лесовику. Будет впредь знать, как с пограничниками состязаться!

Они с Одри прошли под узорной аркой, обвитой тончайшим плющом. Белые цветки образовывали сложный узор, обрамляя надпись. Это был какой-то особый эльфийский сорт, который распускался при лунном свете, а днём напротив, прятался от солнца за широкими листами. Те нависали над каждым цветком, будто козырек. Эльфийская вязь на арке извещала, что далее лежал прибрежный сектор. Буквы были настолько вычурные, что Руслан едва разобрал написанное.

– Понятно, – протянула Одри, делая себе пометки на бумаге. – А я-то думала, почему пограничник, и вдруг сыщик?

– Так это же теперь фактически заграница, – ответил Руслан, обводя широким жестом окрестные домики.

Те столь густо заросли плющом, что их обитателей впору было заподозрить в стремлении сдать прибрежный сектор лесовикам. Плющ не только обвивал сами домики, украшая их, но и нависал сетью над водой. Местами ее за этой завесой не было и видно.

– Ах, ну да, – отозвалась Одри, хлопнув крылышками. – Теперь мы обосновались здесь. А что было раньше?

– Спорная территория. Вообще, по хорошему, вся отмель – наша, это же еще озеро, но лесовики вбили себе в голову, будто бы отмель – ихняя. Она тогда вся камышом заросла, ну они и предъявили, что, мол, заросли – это по нашей части, так подайте-ка их сюда. Ага, разбежались! В общем, война была.

– И кто выиграл?

– Эльфы выиграли, – сказал Руслан. – Лешему надоел конфликт, и он постановил отдать всю отмель на поселение беженцам с запада. А с лешим у нас даже водяной не спорит. Тем более из-за нас.

Последнее у него прозвучало с легкой ноткой обиды. Вообще-то, мог бы. Когда черти водяную мельницу на дальней запруде ладили, водяной с лешим за каждую волну торговался, а тут только и сказал: зато мир будет. Да и беглецам помочь надо.

Последнюю фразу Руслан озвучил вслух. Не планировал, само вырвалось.

– Ну да, спасибо вам, – сказала Одри.

Руслан кивнул. Великое переселение ему довелось наблюдать лично. Много народу тогда привалило. Не только эльфы, хотя этих и было большинство. Всю отмель заняли.

Справедливости ради, эльфы тогда жадничать не стали и объявили всю подаренную им вотчину вольным городом. На языке документов это значило, что отныне отмель – нейтральная территория, где может поселиться любой. У кого, конечно, хватит средств обзавестись домом в Городе-на-отмели. Цены, как говорят, кусались. Но оно и понятно, вчерашним беженцам были нужны деньги.