Олег Мушинский – Ангелы постапокалипсиса: Голод (страница 27)

— И всё-таки лучше бы убрать их отсюда, — сказал я.

— Кого и куда вы собираетесь убирать? — раздался голос сестры Анны.

Она вышла из дверей, и прикрыла их за собой. Я только успел приметить по ту сторону пару любопытствующих мордашек.

— Глаз предлагает убрать приют из опасной зоны, сестра, — проинформировал ее Факел.

— Дельное предложение, — отозвалась сестра Анна.

— Ох, а я уж надеялся, что вы пришли забрать своих культистов, — громко проворчал поп, появляясь из бокового прохода. — Мне в мертвецкой для приличных людей надо как-то место освободить.

— Вначале позаботимся о живых, — отозвался я.

— А что с живыми? — поп оглянулся на сестру Анну. — Пригреты, накормлены, крыша какая-никакая над головой.

Монахиня торопливо забормотала слова благодарности. Я кратко обрисовал свои опасения по поводу горгулий. Факел добавил, что пока что опасения только теоретические. Местные ополченцы на площади весьма эффективно отбивали нападение летающих тварей.

— Это пока они не разбежались, — сказал я. — И пока к горгульям не подоспело подкрепление.

Все, кроме Факела, непроизвольно оглянулись на окна. На улице по-прежнему гремели выстрелы, кричали люди и шипели горгульи. Последние крутились совсем рядом. Одна даже промелькнула за окном, заглянув внутрь, и умчалась прочь еще до того, как я успел вскинуть винтовку. Хотя она, скорее, испугалась Факела. Инквизитор шагнул к окну, поднимая раструб огнемета.

— Давайте не будем дожидаться, пока они заявятся сюда, — поспешно предложила сестра Анна.

— Но вы же не предлагаете выйти к ним туда? — с такой же поспешностью вопросил господинчик.

Тревоги в его голосе было еще побольше, чем у сестры Анны.

— Нет, — сказал я. — Помнится, в первый год войны все церкви были объявлены убежищами, а из убежища должен быть запасной выход.

Я оглянулся на попа. Тот неуверенно кивнул.

— Было дело, — произнес он, задумчиво поглаживая бородку. — Ход подземный наши солдатики прорыли. Вот только было это пять лет назад, и с тех пор никто за тем ходом не следил. При входе у меня соленья стоят, а что там дальше — один Господь ведает.

— Ему можно довериться, — сказал Факел.

— А куда ведет ход? — спросил я.

— В лес, — уверенно ответил поп, и уже менее уверенно добавил: — Но куда именно, я не знаю. Карта где-то была, но не уверен, что сыщу.

— Сориентируемся на месте, — сказал я.

— Так я пошла собирать своих? — спросила сестра Анна.

Я выглянул за окно и сказал, что давно пора. Горгульи оттесняли наших охотников от церкви. Франт в шляпе с пером с нетерпением поглядывал в нашу сторону. Я высунул руку в окно и махнул ему: мол, уходите отсюда. Он не заставил себя уговаривать.

Короткая команда, и охотники шустро попятились, стреляя на ходу. Горгульи налетали на них. Одна словила выстрел в упор и украсила своим трупом узенький газончик. Сочного василькового цвета, она отлично смотрелась на зеленом. Особенно дохлая. Другие твари усвоили урок и больше обозначали атаку, чем на самом деле пытались кого-то достать, но обозначали достаточно убедительно. Охотники чуть ли не бежали.

А в небе из-под облаков появился второй клин горгулий. Этих было порядка полусотни и они сходу нацелились на церковь.

— Уходим, — сказал я. — Немедленно.

Сестра Анна молнией метнулась за главную дверь. Я услышал хлопок в ладоши, и ее звонкий голос приказал собираться. Факел глянул за окно, нахмурился и кивнул. С огнеметом на этой позиции он был задал тварям жару, но в конце концов его бы банально задавили числом, и он это понимал.

— Проход там, — поп указал рукой направление.

Как оказалось, вход в подземелье был замаскирован под настоящий полуподвал с ларем для картошки, полками для солений и свисающими с потолка гирляндами лука. Поп ухватился за полку у дальней стены и дернул на себя. Вся стена едва заметно вздрогнула. Факел взялся рядом и дело пошло веселее. Стена отъехала в сторону, открывая темный проход.

— В общем, вот он, — сказал поп, махнув рукой в темноту.

— Мы готовы, — объявила сестра Анна.

Поп пошарил на полках и нашел фонарь. В воздухе запахло керосином. Буквально. Чиркнув спичкой, поп запалил фонарь и протянул мне со словами:

— Возьмите. Пригодится. В комплекте, так сказать, шел.

— А вы что же? — спросил я.

— Да мне храм не на кого оставить, — ворчливо отозвался поп. — Буду отсюда за вас молиться. Авось, поможет.

— Не самое разумное решение, — честно сказал я.

Поп развел руками и изобразил лицом: уж какое есть.

— Пока церковь не пустует, это отвлечет на нее горгулий, — прагматично заметил Факел.

— Вот! — заявил поп тоном "а я что говорю!"

Спорить я не стал. Это действительно могло нам помочь. Ему — вряд ли, но это был его выбор.

— Мы готовы, — донесся сверху голос сестры Анны. — Где вы?

— Здесь! — отозвался я. — Поспешите.

— Ты иди первым, — сказал мне Факел. — А я сзади прикрою, если понадобится.

— Надеюсь, не понадобится.

Я заглянул в ход. Это был узкий тоннель, обшитый досками. Бревна подпирали низкий потолок. Чтобы пройти, мне пришлось наклонить голову. За вторым бревном меня нагнала сестра Анна.

— Господин Глаз, — тихо окликнула она, поравнявшись со мной. — Надеюсь, вы знаете, куда мы идем.

— Конечно, знаю, — с легким сердцем соврал я, быстро шагая вперед. — У меня всё распланировано. Не беспокойтесь.

— Я стараюсь, — отозвалась сестра Анна. — Но у меня же… Ой!

— Где?!

Я остановился, вскинув винтовку. Держать ее вместе с фонарем оказалось неудобно. Сестра Анна дрожащим пальцем указала вперед. Поперек прохода сидела крыса. Она была серая, толстая и совершенно непохожая на порождение ада. Я выдохнул.

— Брысь!

На мордочке крысы отчетливо читалось: приятель, вообще-то это я тут дома, а ты — в гостях, но, когда у гостя в руках оружие, с ним не больно-то поспоришь. Встав на четыре лапы, крыса с достоинством удалилась в дыру в стене. Я отдал фонарь монахине и мы двинулись дальше.

Крысы нам попадались еще несколько раз, но все они благоразумно убирались с нашего пути. Дети, кстати, их совсем не боялись, в отличие от их предводительницы. Кто-то из мальчишек даже предлагал поймать пару штучек — всё ж таки мясо, но нам было не до того. Земля содрогнулась, и с потолка осыпалась пыль.

Не знаю, что там рвануло, но задерживаться тут явно не стоило. "Тут" по моим прикидкам было — под дорогой. Дальше ход начал подниматься. Очень кстати! Под ногами захлюпала вода. Я прибавил шагу, и вскоре уперся в толстенную деревянную дверь.

Снаружи на нее для маскировки подложили слой дерна. Я его едва с места сдвинул, да и то лишь когда уперся в дверь плечом и навалился со всей силы. Когда обозначилась щель и в нее хлынул солнечный свет, я замер, прислушиваясь.

Над головой встревоженно перекрикивались птицы. Вдали гремели выстрелы. На секунду их перекрыл грохот разрыва, затем снова началась стрельба. Я понадеялся, что это подоспели штурмовики, но потом выяснилось, что в Дубровнике был запас динамита и кто-то придумал задействовать его против горгулий. Кстати, успешно. Горгульи решили не связываться с сумасшедшими, и караван беглецов из Дубровника благополучно добрался до станции.

Оттолкнув дверь, я выбрался наружу и первым делом глубоко вдохнул, только сейчас осознав, какой же затхлый воздух был в подземелье. Вокруг стоял лес. Кроны деревьев закрывали небо и, соответственно, нас от взглядов сверху.

— Вылезайте, — скомандовал я.

— Дети! За мной! — продублировала команду сестра Анна.

Я подал ей руку. Она не отказалась от помощи, но, едва выбравшись, поспешно отняла ладонь. За ней начали вылезать дети. Сестра Анна пересчитывала их, но не в числах, а называя каждого по имени. Я не запоминал. Затем выполз тощий господинчик. Теперь у него в руках был саквояж. Последним буквально продрался Факел.

Пока он, громко ворча, отряхивался и приводил в порядок амуницию, дети сориентировались раньше меня.

— Вон там наш приют, — говорил один, указывая в одну сторону.

— А станция там, — отвечал другой, показывая направление.

Я спросил, где тропинка до станции, и сразу дюжина рук указала мне направление. Туда мы и двинулись. Я то и дело поглядывал вверх. Пару раз в просветах мелькали горгульи, но они пролетали так быстро, что вряд ли успевали что-либо разглядеть в море зелени под ними. Тем не менее мы с сестрой Анной следили, чтобы дети всё время оставались под прикрытием листвы. Когда началось болото, пришлось рассредоточиться и перебегать от дерева к дереву.

— Дальше вы дойдете сами, — сказал Факел монахине. — У нас с Глазом срочное дело.