Олег Мушинский – 13 заповедей (страница 42)

- Устное пожелание одного из служителей храма.

- Если вы игнорируете храмовую рассылку, то сообщаю вам, что я замещаю покойного ведущего Марка, который имеет право подписи таких запретов.

- Так напишите и подпишите. Вот карандаш и бумага.

Некоторое время стояла полная тишина, нарушаемая лишь звуком падающих капель. Затем послышалось тихое шуршание.

- Вот, - произнес голос ведущего Павла. - Официальный запрет на все операции с этими документами. Довольны?

- Нет. Но порядок есть порядок. Я подошью запрет к делу.

- И сообщите мне, если кто-то обратится. Немедленно.

- Немедленно, - ответил голос архивариуса.

Лязгнула решетка. Ведущий Павел быстро прошагал по коридору. Антон крадучись двинулся следом, на ходу доставая из поясной сумки пистолет. Он нагнал жреца у лестничной площадки. Кроме них, на лестнице никого не было. Антон, в последний момент вспомнив совет Ланса, взвел курок. Тот сухо щелкнул. Жрец обернулся на звук. Антон наставил на него пистолет. В глазах жреца промелькнул страх, но голос его прозвучал с привычной строгостью:

- Что вы себе позволяете, ведомый?

- Вы еретик, Павел, - заявил Антон, сознательно опустив обращение "ведущий". - Я застрелю вас и с чистым сердцем пойду на каторгу.

На этот раз ему действительно удалось напугать жреца.

- С чего вы это взяли? - с угасающей прямо на глазах строгостью произнес он. - Я не еретик. Нет-нет, совсем наоборот.

- Мне все известно.

Заготовленная фраза сама отскочила от зубов с должной холодностью.

- Тогда вам должно быть известно, что всё, что я сделал - я сделал во имя храма, - произнес жрец, опасливо косясь на пистолет.

- Включая убийство ведущего Марка?

- Это было необходимо, ведомый Антон, - со всей возможной мягкостью, словно бы объясняя сложный урок непутевому ученику, произнес жрец. - Ведущий Марк не просто поддерживал реформацию. Он был ее рупором в нашем городе и сам пошел бы на все, чтобы распространить ее здесь.

- Храм не осудил реформацию, - напомнил Антон.

- Осудит, - уверенно ответил жрец.

Он собрался было махнуть рукой, решительно отметая возможные возражения, но, взглянув на наставленный на него пистолет, предпочел ограничиться едва заметным кивком. Мол, всё так и будет.

- Вы ведь сами горожанин, ведомый Антон, - продолжал жрец. - Вы должны понимать, что все это вольнодумство идет с полей, а они там просто не способны понять всей сути учения Мамоны. Эти реформаторы говорят, что раздвигают рамки учения, но на самом деле они искажают его, - слово "реформаторы" он так произнес, будто сплюнул. - Это они - подлинные еретики. Они тащат эту ересь в города, сбивая с пути истинного наших сограждан. А я, и такие как я, лишь пытаемся их остановить.

В последней фразе прозвучал легкий, но вполне заметный упрек. Мол, для вас же стараюсь, а вы говорите - еретик.

- Вы - инквизитор? - спросил Антон.

- Нет, - ответил жрец. - Я мог бы солгать вам, но я говорю честно. Нет, я простой ортодокс, но я не могу смотреть равнодушно, как зараза реформации проникает в наши города, пока иерархи погрязли в пустых диспутах.

- И вы попросту отстреливаете зараженных.

- Ведущий Марк это заслужил. Можете мне поверить.

- Может, и мог бы, но мне очень мешает то обстоятельство, что вы повесили его убийство на меня.

Антон постарался, чтобы это прозвучало без насмешки. Ему были нужны ответы, а не обида жреца. Жрец, казалось, искренне удивился.

- С чего вы взяли, что на вас? - спросил он.

- Я прочел рассылку, - сказал Антон. - Там сказано, что его убил курьер, а курьер - это я.

- Ах, вот вы о чем, - жрец покачал головой. - Неужели, ведомый, вы до сих пор так и не поняли, что вы были всего лишь приманкой? Приманкой, на которую ловили тех, кто верен заветам Мамоны.

Такая мысль не приходила Антону в голову, хотя она многое объясняла. Начиная с письма, в котором не было ничего важного, и заканчивая бомбой, которая, получается, предназначалась тем, кто сумел бы перехватить курьера-приманку. Что ж, он доставил и бомбу, и письмо по назначению. Заказ исполнен. Единственная хорошая новость за весь день.

- Они просто использовали вас, ведомый Антон, - с сочувствием в голосе произнес жрец. - Чтобы за вашей спиной провести настоящего курьера. А потом бросили, даже не потрудившись объясниться.

- А настоящий курьер - это Ланс? - спросил Антон.

- Именно он, - тотчас подтвердил жрец. - Именно он. Это он привез ведущему Марку приказы противодействовать нам, это он убедил его немедленно действовать и потому это он на самом деле виновен в смерти ведущего Марка. Он, а не вы! К вам у храма нет никаких претензий.

Антон подумал, что да, ведущий Аркадий просто приказал их с Инией убить. Не выдвигая к ним никаких претензий.

- Значит, говорите, никаких претензий? - спросил Антон.

- Абсолютно никаких, - поспешно заверил его жрец.

- Тогда я хотел бы получить назад своего механика.

- Механика? - переспросил жрец. - Вы про того громилу, который приходил с вами в прошлый раз? Клянусь вам, знать ничего про него не знаю.

- Нет, - сказал Антон. - У меня зеленокожий механик. Это девица. Ее зовут Иния.

Жрец покачал головой и с легкой укоризной заметил:

- Я был о вас лучшего мнения, ведомый Антон.

- Нет, она не скво, - поспешил объясниться Антон. - Она действительно механик.

- Суть не в этом, ведомый Антон. Суть в том, что место зеленокожего - в полях, за стенами, но никак не в городе. Так определено самой их сутью. Крестьяне живут и работают в полях. Им не место среди нас.

- Суть в том, что она - мой работник, - холодно произнес Антон.

Жрец помрачнел.

- Тогда ищите ее у реформаторов, - сказал он. - Мне ваша девка не нужна и даром.

- А где искать реформаторов?

- В могилах, - резко ответил жрец, но затем его голос смягчился. - Но зачем вам это, ведомый Антон? Все ваши беды только из-за них. Они втравили вас в эту авантюру и подставили вас, и сделают это снова, если вы дадите им такую возможность. Послушайте моего совета. Отдайте мне пистолет, садитесь на шагоход и ступайте домой. Храм забудет о вашем участии в этом деле. Забудьте и вы. Забудьте, как неудачное вложение. И поверьте, - теперь голос жреца звучал тихо и вкрадчиво. - Те, кто стоит за правое дело, не забудут, как благоразумно вы поступили.

Звучало действительно благоразумно, хотя такое вложение не так-то просто было бы забыть. Жрец это понял и поспешил добавить:

- Уверен, ваши потери со временем компенсируются. А то, что вы не потеряли, так и останется вашим. Включая вашу жизнь, ведомый Антон.

Последняя фраза прозвучала особенно вкрадчиво, но с заметной ноткой угрозы. Мол, правильный выбор тут всего один.

- Интересное предложение, - сказал Антон. - Но вначале мне нужно вернуть моего механика.

- Смотрите, как бы вам в ваших поисках не найти больше, чем сможете переварить.

- Ваши люди уже пытались меня убить, - сказал Антон. - Я начинаю к этому привыкать.

В голове мелькнула мысль, что надо бы все-таки пристрелить этого Павла, однако Антон не был до конца уверен, что тот - не жрец. А главное, не было патронов. Антон положил пистолет на перила. Взгляд жреца тотчас метнулся к оружию. В конце коридора была дверь с надписью "выход". Антон направился туда. Жрец схватил пистолет. Тихо щелкнул курок. Антон вздохнул.

- Вы все равно не выйдете из города! - крикнул Павел ему вслед.

- Посмотрим, - сказал Антон.

И ушел.

Выход вел на храмовую парковку. Его "Жаворонка" здесь не было. Антон быстро взбежал по лестнице на балкон. За ним никто не гнался, однако Антон понимал, что это - пока. В романах главный злодей тоже редко гонялся за героем самолично. Обычно он подсылал к нему наемных убийц, и как минимум один убийца у Павла под рукой был.

К удивлению Антона, мысль об убийцах огорчала его куда меньше, чем досада на самого себя. Если бы он не был так резок со жрецом, то, возможно, смог бы выудить из того гораздо больше. С другой стороны, один раз Антон уже спросил у него, где искать ведущего Марка. Тогда Павел мало того что наладил его по неверному адресу, так там Антона еще и убить пытались.

- Нет уж, - проворчал он себе под нос. - Сам справлюсь.