Олег Мушинский – 13 заповедей (страница 24)

- Доброе утро, ведущий, - сказал Антон.

- Мое почтение, ведущий, - приглушенным басом добавил носильщик.

Он остался стоять у порога и торопливо сдернул с головы шапку, чуть не уронив при этом корзинку с мирской почтой.

- Утро доброе, ведомые, - отозвался жрец, не поднимая головы. - Можете оставить почту там.

Он указал карандашом на пару пустых полок справа от себя и снова погрузился в свои записи. Носильщик взглянул на Антона.

- Простите, а могу я увидеть ведущего Марка? - спросил тот у жреца.

Ведущий Павел помотал головой. Антон терпеливо ждал продолжения. Работа в бухгалтерии Директората научила его добиваться должного внимания занятых особ. Особенно демонстративно занятых.

Жрец дописал фразу и, наконец, поднял на него глаза.

- Ведущего Марка сейчас нет в городе, - сказал он. - Его замещаю я. Чем могу помочь?

- У меня для него почта, ведущий, - ответил Антон.

- Да, я так и понял, - сказал жрец. - Положите туда, - он снова указал на пустые полки. - Я лично прослежу, чтобы ведущий Марк получил почту как только вернется.

- Благодарю вас, ведущий, - ответил Антон. - Но мне поручено передать почту ведущему Марку лично в руки. Вы не подскажете, когда он вернется?

Взгляд жреца стал недовольным. Антон напустил на себя максимально невозмутимый вид, изображая готовность ждать столько, сколько потребуется.

- Ведущий Марк вернется только через неделю, - сказал жрец. - Я не могу сказать, когда конкретно, поэтому вам лучше оставить его почту здесь.

- Простите, ведущий, у меня другие указания.

- Надеюсь, вы не планируете простоять тут всю неделю? - с легкой усмешкой произнес жрец. - Хорошо. Сообщите мне, где вы остановились, и вас известят, когда он вернется.

Он положил поверх книги лист бумаги и приготовился записывать. Антон на секунду задумался. Потратить неделю на ожидание он никак не мог.

- Простите, ведущий, но мне поручено доставить почту как можно скорее, - сказал Антон. - Думаю, я лучше отправлюсь ему навстречу.

- Так, конечно, будет быстрее, - согласился жрец и добавил: - Подождите здесь.

Он встал и вышел. Носильщик поспешно отступил в сторону. В кабинет бочком проскользнул служитель. Он встал у полок с бумагами, всем своим видом показывая, что к сохранности храмовых бумаг тут относятся с должной серьезностью. Мол, зря господин с почтой сомневается. Антон оглянулся. Носильщик стоял в коридоре, но так, чтобы видеть нанимателя, если тот его позовет. Для Антона куда важнее было то, что он сам его видел.

Минут через пять жрец вернулся и служитель тотчас молча вышел.

- Ведущий Марк сейчас в деревне Каменка, - сообщил жрец. - Освящает новый Храм. Если поторопитесь, застанете его там.

- Благодарю вас, ведущий.

Жрец кивнул, вновь усаживаясь за стол и убирая неиспользованный лист бумаги обратно в папку.

- Если я больше ничем не могу вам помочь…

Он поднял руку для благословляющего жеста.

- Еще я хочу заявить о брошенном шагоходе, ведущий, - быстро сказал Антон.

Жрец удивленно приподнял бровь и тихонько проворчал себе под нос, что давненько такого не было. Пока ворчал, он достал разлинованный бланк и, положив его поверх книги, начал с привычной быстротой оформлять показания: кто нашел, где нашел, что нашел… Антон достал из поясной сумки бумажку с номером.

Жрец первым делом окончательно оформил заявление о находке и только потом достал с полки толстенный гроссбух с множеством закладок. Быстро пролистав его, он остановился на странице, отмеченной вклеенной желтой закладкой, внимательно сверил номер с записью в книге и удивленно произнес:

- Ох ты! Да это же храмовый курьер. Где, вы говорите, его нашли?

Антон повторил координаты и ориентиры. Жрец заглянул в заявление и закивал.

- Ну да, ну да, - произносил он на каждое движение головой. - И этот груз, - он перестал кивать и указал карандашом на сундучок. - Оттуда?

- Нет, ведущий, - ответил Антон. - Это моя доставка. Со Скорохода я спас только часть ходового оборудования, которое готов в любой момент вернуть Храму…

Жрец торопливо отмахнулся. Мол, не нужно.

- А где его почта? - спросил он. - Почту вы взяли?

- Нет, ведущий. Почту я даже не видел.

- Плохо, - сказал жрец, но через секунду добавил: - А может, и хорошо. Кто ж сейчас разберет… И самого курьера вы там тоже не видели?

- Думаю, видел, - ответил Антон. - Там на корнях висело тело. Точнее то, что от него осталось.

- Что именно осталось? - резко переспросил жрец. - Ведомый, выражайтесь яснее!

- Там зараза проснулась, ведущий, - ответил Антон, стараясь говорить одновременно быстро и кратко. - В трещине под Скороходом. Ее корни обвивали ноги Скорохода и на этих корнях висело разорванное тело.

- Тело, - повторил жрец. - То есть, он мертв. Вы уверены, что он мертв?!

- Да, ведущий.

- Вы это проверили лично?

- Нет, ведущий. Но зараженные корни разорвали его на части. Если только храмовые курьеры не наделены какими-то сверхчеловеческими качествами, то он точно мертв.

В романах персонажи с подобными качествами встречались, но только не в роли храмовников. Поговаривали, будто бы цензура специально следила за этим и даже в романах-фантазиях храмовники изображались исключительно простыми людьми, чтобы каждый мирянин верил, что при должном усердии он смог бы стать одним из них.

- Да какой там сверхчеловек, - проворчал жрец. - Обычный краснокожий. Но почту всегда привозил точно в срок.

- Краснокожий? - удивился Антон, и в ответ на вопросительный взгляд торопливо пояснил. - Простите, ведущий, мне показалось, останки были белые. Хотя ночью я мог и ошибиться.

Жрец внимательно взглянул на него, потом пожал плечами.

- Скорее всего, так и было, ведомый Антон, так и было, - сказал жрец. - Он был из Вигпорта, а там краснокожие довольно светлые. Хорошо, теперь этим займется Храм. Спасибо за своевременный сигнал, ведомый Антон. Я отправлю туда поисковую партию. Да пошлет вам Мамона успех и процветание!

Он начертал в воздухе благословляющий знак. Антон поклонился, принимая благословение, и покинул комнату.

- Ну что, нести обратно? - спросил носильщик.

Антон вздохнул и ответил, что да.

- Только вначале попробуем хотя бы мирскую почту сдать, - добавил он.

С этим у них проблем не возникло. Седой почтмейстер в синей форме вытряхнул письма на конторку и быстро рассортировал. Три легли на полки за его спиной, а остальные почтмейстер смахнул в деревянный короб с надписью "до востребования".

- А это вам, - сказал он, выставив на конторку другую корзинку.

Та была доверху наполнена письмами и запечатана обычной печатью с оттиском письма с крылышками. Антон покачал головой.

- Я по этой линии больше не работаю.

- А кто теперь возит почту? - спросил почтмейстер.

Антон пожал плечами и направился к выходу. Носильщик с сундучком на плече затопал следом.

- Эй! - окликнул почтмейстер. - А мне что с этой почтой прикажете делать?

- Отправьте ее по адресу, - посоветовал Антон и вышел за дверь, успев расслышать пару очень нелестных отзывов в свой адрес.

Во внутреннем дворике пожилая дама по-прежнему о чем-то шепотом просила Золотого тельца. Когда Антон вышел из дверей почты, она стрельнула в его сторону взглядом, и вновь погрузилась в молитву.

- И что она здесь-то молится? - тихо проворчал Антон. - Шла бы внутрь, в тепло.

- Говорят, здесь Мамона охотнее грехи отпускает, - пояснил носильщик. - А в тепле - какой же это подвиг веры?