Олег Морозов – Отделение номер 13. Том 2. Протокол "Очищение" (страница 10)
— Артур, не спи. Подключай свою шарманку, — скомандовал Вольф, заходя внутрь и бдительно оглядываясь.
Лаборант, все еще пошатываясь после использования некромантии, стянул с плеча рюкзак, достал спектрометр, на экране которого уже были скомпилированы все пакеты данных: координаты инкубатора, генетический код ассасинов, схемы финансовых проводок Муратова. Артур вытащил переходник — толстый кабель с медным штекером — и воткнул его в разъем старинного пульта.
— Данные готовы к отправке, Илья Андреевич. Но мне нужен код авторизации для прямого канала Совета Старейшин.
Власов, все еще висящий на спине голема, продиктовал длинную, бессмысленную на первый взгляд последовательность цифр и старославянских рун.
Артур быстро ввел их на латунной клавиатуре. Раструб пневмопочты взвыл. Золотистый свет внутри него вспыхнул ослепительно ярко, и спектрометр в руках некроманта удовлетворенно пискнул.
— Пакет ушел! — с облегчением выдохнул Артур, сползая по панели на пол. — Прямая, физическая маршрутизация. Их невозможно перехватить или стереть из сети. Совет получит их через пару минут. Мы сделали это. Директорату конец.
Рита обессиленно прикрыла глаза, прислонившись к стене. Вольф позволил себе короткий, резкий выдох, чувствуя, как напряжение медленно отпускает сведенные судорогой мышцы.
Но облегчение длилось ровно три секунды.
Пульт связи внезапно разразился пронзительным, режущим слух механическим треском. На небольшом круглом экране, вмонтированном в панель, замигала агрессивная красная надпись: "ВНИМАНИЕ. ПРОТОКОЛ АВТОРИЗАЦИИ СКОМПРОМЕТИРОВАН. ТОЧКА ОТПРАВКИ ПЕЛЕНГУЕТСЯ. УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: АБСОЛЮТ".
Власов побледнел еще сильнее, если это вообще было физически возможно. Его уцелевший глаз расширился от абсолютного, ледяного ужаса.
— Они... они перестроили архитектуру приема данных, — прошептал бывший инквизитор, не в силах оторвать взгляд от мигающего экрана. — Муратов взял под контроль узел Совета Старейшин. Он только что не просто получил наши файлы. Он получил наши точные координаты под землей.
Вольф перехватил трость, чувствуя, как остатки боевого адреналина вновь вскипают в уставшей крови, смешиваясь с пульсирующей болью в ноге. В глубине темного коллектора, откуда они только что пришли, раздался глухой, отдаленный, но быстро приближающийся гул тяжелых механизмов.
— Значит, у нас снова гости, — процедил диагност, шагая к выходу из капсулы. — И судя по звуку, они не намерены стучать.
Глава 5
Красный свет на терминале Узла связи не просто мигал — он пульсировал с частотой испуганного человеческого сердца. "УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: АБСОЛЮТ". Эти слова в лексиконе Инквизиции означали только одно: приказ на полную аннигиляцию квадрата без учета сопутствующих потерь.
— Артур, выдергивай кабели! Сейчас же! — рявкнул Вольф, перехватывая трость. — Они используют наш исходящий сигнал как наводку для телепортационного маяка!
Лаборант, чьи руки всё еще были покрыты серым пеплом после уничтожения «мясного мха», рванул провода на себя. Сноп искр осыпал его лицо, латунные разъемы с противным скрежетом вылетели из гнезд, и мерцающий экран терминала мгновенно погас. Но было поздно. Гул в тоннеле снаружи из отдаленного рокота превратился в плотный, вибрирующий рев, от которого свинцовые стены капсулы начали мелко дрожать. Воздух в тесном помещении мгновенно наэлектризовался.
— Это не просто техника, — прохрипел Власов. Он всё еще висел на спине голема, и его лицо в тусклом свете фонаря напоминало выцветший рентгеновский снимок: плоское, пепельно-серое, с пугающе отчетливыми провалами глазниц и острыми гранями челюсти. — Это «Жернова». Тяжелые автономные платформы... Муратов приберегал их для финала. Они выжигают всё живое в радиусе захвата. У них внутри стоят эфирные детонаторы, настроенные на тепло любого живого организма.
— Глеб, Рита — занять позиции у входа! — скомандовал Илья. — Артур, приготовь инфразвуковую гранату. Швыряй её в коридор, как только они окажутся на пороге! Свинцовые стены капсулы послужат нам щитом — пусть звук выжигает тоннель снаружи, а мы спрячемся за обшивкой!
Вольф шагнул к дверному проему. Его Истинное зрение, работающее сейчас на пределе, пробивало мрак коллектора. То, что он увидел, заставило его пальцы на рукояти трости сжаться до хруста.
В пятидесяти метрах от них, разрезая черную жижу тоннеля мощными сочлененными опорами, двигались две массивные тени. Это были не люди. И даже не химеры. Четырехногие стальные пауки высотой в человеческий рост, покрытые матово-черными бронепластинами, которые словно впитывали свет фонаря. Вместо голов у машин вращались блоки многоствольных излучателей, а в центре каждого устройства пульсировало такое же некротическое ядро, как в биомеханических ассасинах, но в разы мощнее. Оно светилось болезненным ядовито-желтым светом, освещая своды коллектора.
— У них магическая наводка на биологические ритмы, — быстро прошептал Власов, чье сознание балансировало на грани. — Доктор... вы не сможете... их разрезать. Их броня — сплав из костей павших паладинов, закаленный в крови демонов. Серебро их только разозлит, оно не пробьет этот слой.
— Рита, твой выход, — Вольф не оборачиваясь махнул рукой банши. — Нам не нужно их ломать. Нам нужно сбить их сенсоры. Дай им ультразвуковой шум. Максимально грязно! Перегрузи их процессоры хаосом!
Маргарита Шторм шагнула вперед, становясь плечом к плечу с Ильей. Она выглядела истощенной, под глазами залегли чернильные тени, но в её взгляде горела холодная решимость. Она знала, что этот крик может стать для её связок последним, что после него она может навсегда погрузиться в тишину.
— Погоди, — Вольф перехватил её за плечо. Он лихорадочно пошарил в глубоком кармане разгрузки и вытащил крошечную ампулу из темного свинцового стекла, обмотанную защитной лентой. — Эликсир «Стальной Глас». Артур сварил его для самого крайнего случая. Он принудительно восстанавливает эластичность связок на несколько минут, буквально цементируя разрывы магической взвесью. Будет больно, Рита, но это даст тебе шанс не захлебнуться кровью после первого же звука.
Банши кивнула, выхватила ампулу и зубами выдернула пробку. Она выпила густую, обжигающе-холодную жидкость, которая на вкус напоминала жидкий азот, смешанный с мятой. По её шее мгновенно прошла волна серебристого свечения, гематома под кожей начала стремительно сжиматься, а голос, до этого бывший лишь хрипом, обрел пугающую, неестественную силу:
- Понеслась!
Банши открыла рот.
Звука не было. Было лишь внезапное, резкое давление на барабанные перепонки, от которого у Артура из ушей потекла кровь. Воздух в тоннеле задрожал, превращаясь в густую, зыбкую линзу. Это был инфразвуковой террор, направленный прямым конусом в сторону наступающих машин.
Эффект был мгновенным. Ведущий «Жернов», уже наводивший свои излучатели на вход в Узел связи, внезапно замер. Его многоствольный блок начал бешено вращаться, паля вслепую по кирпичным сводам. Снопы синей маны вырывали огромные куски камня, обрушивая их в воду с фонтанами брызг. Вторая машина попыталась обойти напарника, но ультразвуковой хаос Риты сбил алгоритмы ориентации. Стальной паук начал спотыкаться, скрежеща суставами по полу. В этот момент Артур, высунувшись из своего укрытия, с силой швырнул инфразвуковую гранату точно под брюхо качающегося «Жернова». Глухой, выламывающий кости резонанс ударил по металлу, и машина, окончательно потеряв управление, завалилась на один бок, ударяя лезвиями по кирпичной кладке.
— Глеб, в угол! Закрой Власова! — заорал Вольф. — Артур, за мной!
Голем, понимая, что его главная задача — сохранить жизнь свидетелю, не стал бросаться в атаку. Он вжался в нишу у входа, прикрывая собой следователя и Риту.
Илья, игнорируя вспышки боли в икре, рванул не к упавшему, а ко второму «Жернову», который уже начал разворачивать свои батареи в их сторону. Его Истинное зрение выхватило уязвимую точку — тонкий зазор между бронепластинами, где под огромным давлением циркулировал охлаждающий эфир. Там пульсировала тонкая жилка энергии.
Вольф в прыжке вогнал серебряный клинок точно в этот стык второго паука. Серебро, вступив в контакт с высококонцентрированной маной, сработало как короткое замыкание, заставив машину на секунду застыть.
— Артур! Сейчас! Добивай! — прохрипел хирург, удерживая клинок в ране и уворачиваясь от искрящих манипуляторов.
Лаборант, преодолевая сковывающий ужас, вскинул ствол пустого огнемета. Он не стал нажимать на гашетку — в баках не было топлива. Вместо этого Артур плотно обхватил рукоять и направил всю свою сырую некротическую ману внутрь пустой системы. Полый ствол и сопло послужили идеальным направляющим каналом, фокусируя хаотичную энергию в узкий, плотный луч.
Броня, закаленная в крови демонов, выдержала поток концентрированного распада, лишь покрывшись сетью темных трещин, но серое пламя Артура нашло путь внутрь через пробитый Вольфом зазор. Ядро машины начало стремительно темнеть, поглощая мертвенный свет. Артур, вцепившись в ствол огнемета как в антенну, замер с широко распахнутыми глазами — его разум на мгновение слился с искаженной логикой машины. Некромантия превратила ядро в послушный, черный кристалл.