Олег Мир – Колдун (страница 56)

— А что так? — искренне обеспокоенно спросила она.

— Номер забыл, — кисло ответил я.

— Мда, — слово прозвучало как приговор моей некомпетентности как ухажёра.

Допив отвар, я без сил повалился спать, бабка явно намешала там чего-то успокоительного, последние мысли, что пришла ко мне перед не забытьём, я так за весь день и не попил ни разу настойке, что выдала травница.

Глава 11

Я шел по обочине дороги, сбивая сапогами, капли воды со стебельков травы. На саму проезжую часть выйти не было никакой возможности, ее разбили, тракторами до состояния глиняной каши. Раньше за дорожным полотном следили, старались держать в надлежащем состоянии, теперь всем плевать, лишняя статья расходов не к чему. Кому надо тот и так проедет. В эти осенний день солнце решило порадовать нас своим появлением, пусть не жарко, но зато ничего сверху не падает, да и свет с небес, что не говори, привносит в душу радость.

А у меня в голове занозой сидел вопрос, озвученный бабушкой перед моим уходом: «Почему ты не перебывал ее спасти?». На что я, не найдя ничего более умного, спросил: «А ты бы спасла?». Она промолчала, а я вышел на улицу. Старушка не знала и половины про Церберов и промолчала, что уже мне мучиться совестью.

Воспоминания всплыли в голове удушающей вонью сигар, и дешевой попсой из телевизора. Квартира полковника Карженова. В стельку пьяный Ким спит на кресле, Катя-Лея танцующая на столе подпевая певичкам из телека «American Boy уеду с тобой…». Полуголая девка на коленях Норда и еще несколько в спальне. Мы отмечали очередное удачное дело. И Норд, копируя отцовские интонации Максима, увещевал меня остаться на службе. Манил большими деньгами и невероятными перспективами. Объяснял, что империя пала и сейчас смутное время, где умелые парни вроде нас могут стать королями. А я четко понимал, не смогу переступить через себя, и если соглашусь, то Женя Клыков умрет, навсегда оставив после себя беспринципного Жеку.

Всю свою сознательную жизнь я боролся и уничтожал сверхъестественных тварей, а сейчас должен, закрывать глаза на некоторых из них и других так и вообще подсовывать неугодным нашему начальству людям. Был бы с нами Максим он бы эту шоблу в порошок стер. Я же обложил всех матом, хлопнул дверью и ушел. И спустя день написал рапорт об увольнении. Чем поломал несколько очень перспективных и главное прибыльных схем. А потерю денег эта троица мне не смогла простить.

И где они сейчас, на побегушках у Надзора, и вину за свою неудачу Церберы определенно повесили на меня. Так что плевать на них и их спасение. Да и не пацифист я чтобы вот так прощать посягательства на свою жизнь.

Я зло ударил лопух, тот качнулся и ударил в ответ промокшими колючками, что обильно прицепились к штанам. Тихо матерясь, стал очищать ткань от репейника.

Миновал заброшенную лесопилку, какие-то сараи, зайдя в лес, накинул капюшон дождевика. Продвинулся по двум колеям метров сто, и только затем свернул в чащу, так короче до заправки. Пока шел по мху, огибая деревья, пришел к выводу: лес меня уже не столь сильно и пугает. Так в душе ворочается застарелый страх и только. И всего-то надо было, чтобы избавиться от фобии, амулет, да ночка с монстрами под боком.

Тело на прежнем месте не оказалось, но следы волочения явно указывали на здания заправки. Прежде чем войти скинул капюшон и осмотрелся, сомнительно, что сейчас кто-то бродит средь деревьев, но предосторожность превыше всего. Я не боялся, что меня заметят входящим в лес. Ну, пошел мужик в лес с утра, ну вышел потом. Что тут такого? Другое дело если ковырять лопатой землю, тут уже от любопытства мало кто удержится. Немного постоял, собираясь с духом, все же трупы прячу не каждый день. Вошел в темное нутро здания. В полумраке разглядел брезент, и характерные очертания под ним. Неподалеку прислонённая к стене стояла штыковая лопата рядом лежал топор. Бабка обо всем позаботилась, правда расчленять труп я не намерен, полностью закапаю. Взял лопату и не удержался, присел возле трупа, секунду еще поборолся с самим собой, и все же приоткрыл брезент. И тут же закрыл, зрелище, не из приятных, лохмотья кожи и куски мяса, на изуродованном черепе. Мерзость, меня передернуло от отвращения. Убедился в наличии тела и отправился на поиски места для захоронения.

А ведь мне ее не жалко, совершено, словно домашнее животное хороню. Причем не любимого тузика, я вечно злющего гуся, который вместо благородной смерти от мясницкого ножа, подавился камнем и помер. Обидно досадно, но ладно.

Место для захоронения искал по одной простой причине, где легче копать. Нашел небольшой чистый участок с песком. Стянул плащ, уложил его на ближайший лапник, и приступил к работе. Копать яму одной рукой дело очень трудное, и крайне раздражительное. Через полчаса я вспотел, хоть выжимай, дыхание сбилось, а яма углубилась на штык не более. Оперся на лопату, пытаясь восстановить дыхание, провел большим пальцем по лбу, скидывал проступивший пот.

— Яма себя не выкопает, так что вперед, землеройка, — подогнал я себя, занося копательный инструмент.

Не прошло и минуты как я зашипел от досады, и выматерился в голос. Кто бы мог подумать, под землей обнаружились корни деревьев. Рубить лопатой трудно и неудобно, сразу вспомнился позабытый топор. Я про свою бабушку опять плохо подумал, а она, как обычно, правильно всё продумала. С топором и лопатой дело пошло быстрее. Когда топор впивался в землю, я кривился от такого кощунственного обращения с орудием труда.

Пока в очередной раз сидел в яме пытаясь отдышаться, донесся чей-то громкие голоса. Внутри все сжалось, и трусливые мыслишки тут же полезли отдавать команды ногам на бегство. Забил я их быстрее, чем таракана тапкам. Если найдут, вежливо пошлю на хер, а когда обидеться и начнут настаивать намекну на то, что я черный копатель. Сейчас это входит в моду, то тут, то там люди с металоискателями бегают. Вроде это дело даже прибыльное, и как мне помниться у нас тут бои шли, пусть не очень интенсивные, но все же. Даже есть легенда, что в соседних болотах танк немецкий утонул со всем экипажем. И вроде бы местный «Остап Бендер» водил каких-то историков место показывал, где он лежит. Чем все закончилось уже и не помню. Голоса прошли мимо и удалились, посидел еще пару минут и снова принялся за дело. Когда яма дошло до груди, решил, что хватит.

С трудом выбрался, облизал пересохшие губы, сильно жалея, что не взял воды. И не теряя времени, потопал за телом. Ухватился за брезент и тяжело пыхтя, потащил, и как ее бабка передвигала непонятно. Оказавшись снаружи, понял, если так поволоку, то останутся следы, и мало ли кто может по ним пройтись. А мне лишние поводы для подозрений не нужны. Вот на таком обычно и прокалывают, чуть поленился, и все пропало. Переборов брезгливость, кое-как закинул тело на плечо, и почти бегом поспешил к месту захоронения. Уронил куль возле края ямы, дернул за черный край брезенты, тот противно зашуршал, выплевывая тело на дно ямы. Труп плюхнулся в небольшую лужу, что успела собраться пока я отсутствовал. Покопался в кармане, достал листок с заклятьем быстрого разложения. Для активации всего и надо что, оторвать левый угол, где был нарисован круг с тремя кривыми линиями. Кинул листок в яму, тот капризно крутанулся и вильнув упал мимо тела. Чертыхнувшись, спрыгнул вниз, положил на спину трупа. Пыхтя, вылез, окончательно перепачкавшись в грязи.

Ну, вот и все, через день, если и откопают, то любая медэкспертиза, скажет: тело мертво уже как неделю, еще через денёка три так и вообще протухнет, словно месяц тут лежит. Ладно, пора за работу, а то что-то становится волнительно, а вдруг те, что шли мимо назад повернут.

Закапал быстро без всяких условных перекуров, лишнюю землю растолкал по сторонам. Насобирал мху и веток и раскидал, маскировка хренова, но все лучше, чем ничего, будем надеяться на дожди они, как известно очень умело прячут следы преступлений. Надел сырой плащ. Надо было его под крышей оставить. Ладно, поздно каяться. Лопату спрятал в здании, а топор решил-таки вернуть домой. Увидь, кто лопату даже с пьяных глаз зададутся вопросом, а на кой она ему в лесу. Пока капал было жарко, но стоило пройти метров сто, как продрог. Уже выходя к дороге, что вела к скотомогильнику, увидел на макушке сосны, свою куртку, что обидно на стволе веток почти нет, пару штук наверху, не в счет. И вот как ее назад вернуть? Там метров шесть, если не больше, надо еще подумать, где взять лестницу такой высоты. Да и представляю я себе зрелище иду такой в лес с лестницей, и полдороге меня встречает какой-нибудь мужик. Вопрос об моей вменяемости у него возникнет сразу же. А если скажу, что иду куртку снимать, так тут без всяких сомнений будет звонок в диспансер. Походил что та лисица из басни вокруг сосны, и с горестным видом пошел дальше. Отличная куртка очень уже она мне нравилась. Просто так не сдамся, еще подумаю, как ее вернуть на грешную землю.

Придя, домой получил нагоняй от бабушки, зато, что весь вымазался и за оставленную лопату. Мои жалкие оправдания, были низвергнуты гордым Пфф. Меня снова отправили мыться в холодную баню. Наспех окатился, и поспешно обтерся полотенцем, в одних штанах забежал в дом. Включил чайник и насыпал кофе и сахаром в кружку, пошел одеваться. Но выпить горячительного не получилось, бабка указала на часы, а там минутная стрелка неумолимо приближалась к без десяти одиннадцать. Что означало, пора бежать на остановку. Из деревни автобусы ходили не то чтобы редко, всего три раза за день, утром в обед и вечером. Но нужный мне шел только в обед. Быстро собрался, рассовав по внутренним карманам куртки пластиковые колбочки с зельем травницы. Это бабуля расстаралась для моего удобства.