Олег Мазурин – В ходе ожесточенных боев (страница 60)

Ильин понял: это конец! Внезапный страх сковал его тело — он вмиг побелел. Глаза депутата широко раскрылись. Челюсть у него отвисла. Мочевой пузырь от испуга сработал. Перед глазами, быстро-быстро замелькали флэш-картинки из его жизни. От детства до самой зрелости. Важные эпизоды его судьбы.

Марчук вжался в кресло и в ужасе, как загипнотизированный, смотрел на дуло автомата. У него даже в мыслях не было достать пистолет. Руки его заледенели на руле.

Блондинка, поддерживая второй рукой ствол, выровняла пистолет-пулемет и, стиснув зубы, хладнокровно потянула спуск… Висантлатаршла, бэйби! (До свиданья, крошка!)

Автомат ожил. Огненный язычок торопливо затрепетал. Пули зажужжали и роем влетели в салон, застряв в могучем теле банкира. Одна из пуль разбила линзу его очков и, прошив глаз, вылетела из-за затылка. Из двух отверстий ударила кровь. Ильин завалился на помощника и тем самым спас ему жизнь. Последняя очередь вонзилась в живой щит.

Марчуку и при этом покушении повезло: его только ранило. Но лишило на время голоса, подвижности и прибавила седых волос. Госпожа фортуна явно дружила с экс-комитетчиком. Видимо, за время своей кагэбэшной карьеры товарищ Марчук успел завербовать ее.

Светофор подмигнул желтым оком и, вспыхнув другим, зеленым, пристально уставился им на водителей. Мотоциклистка, бросив орудие убийства на разогретый асфальт, дала по газам и скрылась в неизвестном направлении. В синей «Ауди»  в неестественных позах застыли два человека. Сзади ее застопорились машины. Нетерпеливые и раздраженные водители яростно сигналили.

А Будапешт продолжал жить своей жизнью. Также сияло солнце. Также плыли по небу барашки-облака. Люди спешили по своим делам.

Вселенная не заметила, как в море веков смыло песчинку человеческой жизни. А следом за новыми песчинками несется очередная волна…