Олег Лукошин – Аптечная философия футбольных ставок (страница 13)

Мне же самому с каждой трансляции полагалось по 35 евро. В те годы доллар равнялся тридцати рублям, а евро – сорока с хвостиком, так что за каждую свою трансляцию я должен был получать что-то около полутора тысяч рублей. Для нищей российской провинции вполне нормальные деньги.

Хорошо помню свою первую трансляцию матча первенства ФНЛ. Она состоялась в марте. Стоял мороз -15, на стадион пришла лишь кучка пенсионеров и подростков. В перчатках нажимать на телефонные кнопки не было возможности, поэтому я героически давил на них голыми руками. Да, немного подмёрз, но в целом всё прошло позитивно и прикольно. Ошибок не допустил.

Технически трансляция осуществлялась следующим образом: на твой телефонный номер следовал звонок из Австрии и ты соединялся с их компьютером. В наушниках (а трансляцию в обязательном порядке следовало вести в наушниках) начинали раздаваться голосовые подсказки робота: указать температуру и погодные условия, указать качество газона, указать, какая из команд первой наносит удар по мячу. В принципе, для знающего язык ничего сложного. Проблема обнаружилась лишь в том, что за два часа трансляции связь как минимум пару раз терялась. Австрийский робот вновь осуществлял тебе дозвон, и хорошо, если за это время на поле не произошло никаких событий – забитых голов, жёлтых или красных карточек. Потому что их необходимо было обозначить в трансляции. Для этого в неё вклинивался живой человеческий надсмотрщик и на ломаном английском начинал задавать тебе какие-то вопросы. Порой, из-за плохого качества связи или же фанатских криков на стадионе разобрать их было сложно. За все те восемь месяцев, что я занимался этой деятельностью, лишь один-единственный матч прошёл без сбоев связи и, соответственно, без вклиниваний австрийского куратора. Впрочем, по первым матчам они встревали в трансляции и без всяких сбоев связи – как бы для контроля.

После трансляции скаут обязан был оперативно зайти на сайт агентства и составить краткий отчёт о прошедшем матче. Помнится, там надо было указать какие-то обязательные данные о посещаемости, погоде и чём-то ещё, а также выразить свои впечатления о характере матча. Мол, игра прошла динамично – или же, наоборот, тухло.

Став оператором букмекерских трансляций, я стал лучше понимать, как букмекеры черпают информацию о матче и корректируют кэфы. Например, за пятнадцать минут до начала матча следовало указать погодные условия и состояние поля. Идёт дождь, дует сильный ветер и поле разбухло – значит, игра будет тяжёлой, вязкой и с небольшим количеством голов. Светит ласковое солнышко, температура 20 с небольшим, а ветер умеренный – самая плодотворная ситуация для голевой игры. Жара и духота – тоже невысокая вероятность голевой игры. Или же по ходу матча (это мои собственные наблюдения, и я не вполне уверен, что они трансформируются в корректировку кэфов): если смена владения мячом от одной команды к другой происходит в таком быстром темпе, что едва успеваешь нажимать кнопки, то матч с высочайшей вероятностью будет результативным и выйдет за Тотал больше 2,5. Если же команды подолгу владеют мячом, не торопясь осуществляя ввод аутов или розыгрыш штрафных, то больше двух голов в нём вряд ли случится.

Поначалу, пока я обслуживал матчи чемпионата ФНЛ в своём городе, всё складывалось нормально. Болельщиков на матчи ходило мало, я занимал на стадионе место поодаль от небольших фанатских кучек, спокойно тыкал почти два часа пальцами в телефонные клавиши и даже успевал закусить бутербродом с газированной водой. Кстати говоря, как-то раз я обнаружил поодаль от себя представительницу конкурирующей фирмы. Девчушка лет двадцати – судя по всему, решившая подзаработать студентка – сидела на соседнем секторе и весь матч бубнила в телефон на ужасном английском: «Бол эвэй… Бол хоум…» Представьте себе, она передавала голосом те же самые команды, что я транслировал нажатием телефонных клавишей! Я мысленно поместил себя на её место и ужаснулся: два тайма, не отрываясь, трындеть в телефон английские фразы, чтобы кто-то на другом конце оперативно преобразовывал их в сводку о матче – какой кошмар! Мда… Мне ещё повезло с агентством. Оказывается, на российском рынке работали и прочие зарубежные структуры, у которых отсутствовали телефонно-компьютерные программы с цифровой кодировкой.

Всё шло нормально, но мне не хватало заработков. Домашние матчи наш клуб проводил раз в две недели. В месяц выходило всего два матча. Кисло… И я решил расширить географию операторской деятельности, заявившись на матчи второй лиги – в городах, расположенных в относительной близости от моего.

Как выяснилось позже, это была большая ошибка. Мотаться в другие города я решил в немалой степени по той причине, что австрияки в своих трепетных информационных письмах, которые со дня моего вступления в банду регулярно прилетали ко мне по электронной почте, клятвенно обещали, что все транспортные расходы и билеты на матч компенсируются. Увы, это оказалось обманом. Мой куратор, юная особь с вкрадчивым голоском прыщавого идиота, растолковал мне, что агентство компенсирует расходы на транспорт только «правильным» европейцам, западным, но никак не вшивым россиянам. Компенсацию за билеты, однако, он обещал «продавить». В своём родном городе я, журналист, посещал матчи бесплатно как имевший аккредитацию представитель местной газеты, а вот в других городах никто меня бесплатно на стадионы не пускал.

Билеты куратор действительно «продавил». Затраты на них компенсировали, правда с трёхмесячной задержкой. Удивительным образом и оплаты за трансляцию тоже стали поступать с задержкой. Деньги, кстати говоря, мне перечисляли через одну не слишком популярную платёжную систему. Естественно, никакие налоги я с этих заработков не платил.

Деловитые и неимоверно наивные в своей европейской прогрессивности австрияки, из лучших побуждений пытаясь облегчить участь своих агентов, присылали мне по почте за день до матча «аккредитацию» – пэдээфку, с текстом на английском, который якобы должен был открыть передо мной все двери. «Аккредитации» начинались с одной и той же эпической фразы: To whom it might concern – «Всем, кого это касается». Далее сообщалось, что сим документом подтверждается, что его обладатель является представителем такого-то европейского спортивного агентства и хорошо бы, господа россияне, поспособствовать ему в работе. Ни даты, ни подписей, ни печатей. Просто голый текст. Не скажу за других агентов, но лично я эту филькину грамоту никому и никогда не показывал. Я вообще не могу представить работника российского стадиона, который согласится пропустить человека с такой бумаженцией.

За билеты на стадион худо-бедно компенсацию я получал, а вот с затратами на транспорт влип по полной. Первый же мой выезд в соседний город обошёлся мне рублей в семьсот. Добрался я туда на рейсовом автобусе, это относительно недорого, а обратно пришлось возвращаться на такси, потому что автобусы поздним вечером уже не ходили. Плюс затраты на внутригородской транспорт, на перекус… Я пытался хорохориться, убеждать себя в том, что всё равно остаюсь в плюсе – ведь получу за трансляцию полторашку. Однако на первом же выездном матче меня настиг косяк – я пропустил жёлтую карточку и не отразил её в трансляции. Каким образом – непонятно. То ли судья не продемонстрировал её по всем правилам, высоко подняв вверх, то ли слишком неудобным в этом Зажопинске оказалось место для просмотра – трибуны располагались удивительно далеко от поля. За этот косяк полагался штраф – половина заработка за трансляцию. Так что за тот выезд я получил в итоге при своих реальных и актуальных тратах примерно семьсот пятьдесят рублей. И то лишь через пару месяцев.

Первая выездная проблема, тем не менее, не отвадила меня от продолжения вояжёрской деятельности. Я продолжал заявляться на матчи в другие города, исправно ездил на них и честно выполнял свои обязанности. Однако выезды требовали денег здесь и сейчас, а получал я их только месяцы спустя. Причём совсем не с тем плюсом, на который изначально рассчитывал. Наметился нехороший финансовый перекос. Да и сами по себе поездки по городам отнимали много физических и моральных сил.

Плюс ко всему (а точнее минус) вся эта выездная операторско-букмекерская деятельность стала сказываться на моей основной журналистской работе. Чтобы отправиться на трансляцию в другой город приходилось юлить, отпрашиваться с работы хотя бы на полдня – а значит, пропускать какие-то события и мероприятия и меньше писать для родной газеты. И, следовательно – меньше получать. С беспокойством воспринимали мои регулярные выезды и в семье. Жена грустила в одиночестве, дети плакали без отца…

В итоге, после восьми месяцев работы, взвесив все за и против, я пришёл к выводу, что овчинка выделки не стоит. Заработок выходит жидкий и не покрывает тех усилий, которые я в него вкладываю. К тому же меня всё больше беспокоили задержки в выплатах – они становились всё длиннее. Для семейного человека с постоянной работой подобная операторская деятельность явно не подходит. Она, скорее, создана для молодых – парней и девушек, не отягощенных семьёй и стабильной работой. Все карты им в руки!