Олег Кондратьев – Не гневи морского бога (страница 68)
– Не-а. Забудь. А вот вашим будущим детишкам обязательно про меня расскажи. Может, честными вырастут.
Майор шутливо замахнулся на Вилкова, потом почесал подбородок:
– А я и впрямь был бы не против, чтобы они в чем-то на тебя походили. Только не внешне!
– Пусть походят на тебя. Во всем!
– Ладно, постараюсь. А ты, Дэн, не переживай: всех ваших доставили, куда надо; тебя с друзьями отвезут в бригаду на моем транспорте – лучше вам сейчас не встречаться с нашими правоохранителями. А я уж тут себя национальным героем удачно выставлю: такущую ОПГ вычислил, разгромил, задержал! Главаря ликвидировали, канал наркотиков пресекли. О, кстати! Помнишь, ты интересовался одной нашей бензозаправкой? Там, где хозяином недавно стал Гриша Марр.
Вилков, безразлично глядя в сторону, чуть пожал плечами.
– Ну, понятно, где уж тут всё упомнить! Так вот, сегодня ночью их кто-то очень грамотно под наш «Антитеррор» подставил. Позвонили анонимно, сообщили о бомбе в топливных хранилищах. Ребята, конечно, отреагировали по полной программе.
– Нашли бомбу-то?
– Нет. Зато их собачка наркотики унюхала! Правда, немного. Лет на пять – семь, но с гарантией. Впрочем, вижу, что это тебе совсем не интересно. Ну и правильно.
Майор проследил за взглядом Дениса, обращённым в сторону криво сидящего в воде «Гоголя».
– Да-а-а, совсем бандиты распоясались. Чуть свет – уже кровавые разборки устраивают. – Разумовский посерьёзнел. – Совсем скрыть ваше участие во всём этом, – он махнул рукой на причал, – вряд ли получится. Но в своем отчёте я представлю вас, как добропорядочных, законопослушных граждан, которые – в числе прочих! – своевременно сигнализировали о… беспорядках в этом районе. – Майор еще раз внимательно оглядел поросшие кустарником окрестности, на которых не наблюдалось никаких жилых строений, кроме двух-трех развалившихся деревянных хибар. – Думаю, что оказались вы на месте этого побоища абсолютно случайно: решили отдохнуть на природе, рыбалка, пикничок… А потом, по моему приказу, немедленно удалились. Это важно!
– Да, не волнуйся, я всё понял. Пикник так пикник.
Разумовский кивнул:
– Ну-ну. Ты, если что, звони.
– Это вряд ли, товарищ майор.
…………………………………………………………………
– А я сказал, что не потерплю ничего подобного на своем корабле! Устроили, мать вашу, лазарет, блин! Один весь в синяках, с огнестрелом, рука на фиг переломана и ребра в гармошку; второму чуть ногу не отх…фигачило осколком стекла. И куда мне прикажете об этом доложить?!
– Товарищ командир, я даже не знаю. Наверно, никуда. Простудились оба. Наш доктор их выходит за неделю.
– Вилков, не надейся на моё хорошее к тебе отношение! Ты – провокатор! Меня на ковер завтра вызывают в штаб БелВМБ! По поводу разгрома на улице Первых Причалов. Что ты там делал?
– Где?
– На причале, твою мать!
– Собрались мы, значит, на пикник…
– Вилков!
– Вот я же говорю: мясо, приправа, маринад…
– Одиннадцать пострадавших и четырнадцать трупов! Это, как я понял, в результате неправильного розжига костра, да?!
– Как вы догадались, товарищ командир? Именно так: уксус, специи, огонь, ужас…
– Слушай сюда, Плевако. Своих мы выходим, без вопросов. И начальству я их в обиду не дам. – Заметив, что Вилков собирается что-то возразить, командир плавмастерской повысил голос: – Но, если еще раз ты, сукин сын, что-нибудь затеешь… без моей санкции, клянусь: оторву тебе яйца и… твоим друзьям тоже. Дэн, неужели ты подумал, что мы тебя бросим?!
– Вот потому и молчал. Нельзя мне… простите! Лучше дайте отгул на два дня, а?
– Может, лучше к доктору в лазарет?
– Не, дома и эти… самые… помогают.
– Бутылки, что ли?
– Друзья.
– А тебе хватит двух-то?
– Вы уточните, пожалуйста: дней, друзей или бутылок?
– Шут гороховый! Чтоб духу твоего не было на моем пароходе! Обо всем я позабочусь. Болей на здоровье, а то действительно совсем неважно выглядишь. Четыре дня даю.
– А можно пять?
– Ты же говорил, что и пары суток достаточно!
– Так это на отдых.
– От чего, позвольте спросить?!
– Честно? От вас, любимый командир!!
Эпилог
– Может быть, Вася, передумаешь, а? – Друзья вновь собрались на уютной кухне городской квартиры четы Лысенко. – Все эти служебные заморочки и неурядицы – временное явление. Дело банды Князя получило слишком большой резонанс. Ну, сам посуди: погиб начальник вашего МИС; мичман Драган оказался… черт знает кем. Твоя фамилия тоже мелькает во всех реляциях. Вплоть до Москвы. Негативная реакция командования вполне предсказуема. – Генка Соловьев, как всегда был рассудителен и логичен. – Пройдёт немного времени, и всё устаканится.
– Да, поймите вы, ребята: то, что начальником ОМИС назначили не меня, а пришлого со стороны, – не играет практически никакой роли в принятом мной решении. – Лысенко задумался. – Ну, если только совсем чуть-чуть. Как говорится: за Державу обидно! Ведь этот московский ставленник – родственник какой-то «шишки» из Главного штаба ВМФ. У этого юнца ещё водка на капитанских звёздочках не обсохла, а тут сразу на должность второго ранга. Да и по специальности он – «массовик-затейник» по воспитательной работе!
– Так, куда же ещё пристраивать доблестных выпускников бывших политических училищ? – Стоявший у приоткрытого окна Вилков, вернулся за стол. – В действующие части? Хотя таковых и не осталось практически. А тут такое «хлебное» место в прямом смысле этого слова.
– «Хлебным»-то кто его сделал? Покойный Гулий. А теперь точно всё развалится.
– Вот и оставался бы служить, продолжил, так сказать, дело…
– Нет уж, увольте-с. Пусть с ним капитан Лисин сосуществует. Впрочем, ничего плохого я им не желаю. Лисин – отличная рабочая лошадка. А уж наш главбух… ого-го! Валентина Ивановна Корзун все тылы прикроет. А я – на вольные хлеба, в свободное плавание. Мы с Наташкой так решили.
Будто услышав своё имя, на кухню заглянула хозяйка дома.
– Совет в Филях продолжается? Может, мальчики, вам ещё чайку?
Василий нежно обнял жену за талию и привлек к себе на колени.
– Успокойся, родная. Видишь, – он кивнул на стол, – здесь и так всего полным-полно. А эти оболтусы опять уговаривают меня не увольняться на гражданку. Твердят, что сгину, мол, в топком болоте частного предпринимательства. Разорвут нас на кусочки кровожадные акулы зарождающегося бизнеса. По миру пойдем с нищенской сумой.
Наташа пристально посмотрела на Генку и Дэна своими огромными черными глазами.
– И вы такое допустите?!
С громким стуком отодвинув стул, Вилков вскочил, вытянулся, изобразил «щелчок каблуков» пятками мягких войлочных тапок и резко склонил подбородок на грудь:
– Мадам-с! Как вы могли такое предположить?! Всегда-с… к вашим услугам-с…
Женщина чуть усмехнулась:
– Вы бы, кавалер, опять к окошку прогулялись. Там одна наша близкая родственница вот-вот должна подойти. Кажется, в ваших услугах именно она нуждается больше всех.
Денис тут же устремился к окну и отодвинул штору.
– Сестра Танюшка? – шепотом поинтересовался Василий у жены.
Та кивнула и тоже шепотом ответила:
– Позвонила только что. Узнала от меня, что вы тут все собрались и… Сейчас прилетит, красавица.
– Думаешь, у них это серьёзно?
Наташа пожала плечами:
– Поживем – увидим.
– Хватит шептаться! – не оборачиваясь, сказал Вилков. – Я всё слышу.