Олег Кондратьев – Не гневи морского бога (страница 61)
– Марр, странная фамилия.
– У грузинов встречается. Он родился, кажется, в Кутаиси. Только это – не хозяин. Так, номинальный директор, подставной. Но сейчас он вполне респектабельный бизнесмен, против него никакого компромата.
– А кличка Князь тебе ничего не говорит?
Майор нахмурился и сдержанно ответил:
– Слышал. Якобы главный босс. Задержанные дилеры пару раз проговаривались. Только никто и никогда этого человека не видел. Знаешь, «братва» часто сама распространяет подобные слухи. Чтобы уважали, боялись, не лезли в чужой воровской «бизнес», думать не смели о каком-то новом переделе.
– Действует?
– Ещё как!
– А этот живой гад притаился где-то и дергает за все ниточки. Ведь не может быть, что на общей территории один талантливый мерзавец умело «стрижет» бизнесменов, а другой, равный ему, гениально наладил производство и трафик наркотиков. Плюс еще третий на досуге убирает всех, неугодных первым двум.
– Да, согласен, это противоестественно и нереально.
– Значит, Князь.
– А это всё как-то затрагивает тебя лично, Дэн?
– Что ты! Исключительно в общепознавательных целях.
– Ну-ну. А то уж я подумал…
– Что?
– Да тут намедни у ресторана «Белые ночи» какие-то отморозки набросились на целую группу благопристойнейших граждан города, которые только собрались отужинать. Представляешь, двое уважаемых граждан до сих пор в больнице! Иномарку им повредили. Просто беспредел какой-то. А отморозков-то всего трое было. Говорят, что двое из них были в форме морских офицеров.
– Наверно, маскарад.
– Да-да, очень похоже!
– Спасибо тебе, Сергей, за информацию. Пойду я, пожалуй. Передай мою искреннюю благодарность Ирине Сергеевне.
– Непременно. А ты будь поосторожней, не попадись к таким… отморозкам.
– К этим – точно не попаду!
Думай, Дэн, думай! Что полезного ты извлек из рассказа Разумовского? Ну, предположение Василия, что его возили не к Князю, подтвердилось полностью. Зато, вылезла какая-то чертовщина с лабораторией по производству наркотиков. А такое, казалось, перспективное направление! И вдруг самым таинственным образом всё исчезает. Прямо растворилось в ином измерении, но продолжает посылать оттуда совершенно реальные сигналы в виде регулярных поставок наркоты. И каким боком сюда пришить Юго-Восточную Азию с Финляндией и Норвегией?!
А выводы какие? Появился реальный путь к Князю – это Григорий Марр. Тёртый калач, четыре «ходки», нахрапом не возьмешь и на хромой козе не объедешь.
Думай, Дэн, думай!
В квартире Вилкова ждал неожиданный вызов.
– Ты где шляешься, больной?! – Рык нёсся из трубки домашнего телефона и принадлежал командиру перегрузочной ПМ. – Я с утра телефон оборвал. У нас на полдень была назначена перешвартовка. – Дэн глянул на часы: 15.30! – Слава богу, у завода все буксиры оказались в разгоне. Перенесли на 16 часов. Бегом на борт! Потом доболеешь.
– А, может, как-нибудь…
– Как… себе на тупую башку! Кто на палубе будет швартовными командами руководить?!
– А лейтенанты?
– Ты их обучи сначала, натренируй. Они же ни… уха ни рыла…
– Так, у меня… форма не глажена! – брякнул Вилков и предусмотрительно положил трубку на стол.
Из неё продолжало верещать:
– …сам… отглажу… на… всё! …до посинения…
Денис уже надел брюки и стремился попасть в рукава тужурки. Вот он затянул удавку форменного галстука и надвинул на лоб фуражку.
– …по наглой морде… мозгоклюй… если через пять минут… мать…
Вилков поднял трубку:
– Начинаю перемещение, господин начальник. Целую.
– Да… тьфу!
Дэн кивнул телефону и быстрым шагом направился к выходу.
Перешвартовка – это хорошо. Ведь сейчас приходилось лишний километр по заводскому причалу шкандыбать до родной ПМ. Почти до входных маяков. А в самом начале пути, рядом с 10-м цехом пустовало отличное место, куда на сотню свободных метров идеально вписалась бы 80-метровая плавмастерская. Так ведь нет, всё тянули с разрешением. То ли ждали, что ПМ уйдет, то ли кого-то другого туда запихнуть хотели, чтобы даже для мелкого ремонта не устраивать кроссы к маякам. Слава богу, наконец-то разродились!
Ускоряя шаг, Денис подумал, что командир в общем-то правильно «изрыгал огонь». Ему самому придется неотлучно рулить в ходовой рубке, а действиями матросов-швартовщиков на палубе, кроме капитан-лейтенанта Вилкова, руководить некому. Матросики были молодыми и неопытными, и таким же пока оставался недавно назначенный лейтенант. Тут Дэн спешил исправлять собственный прокол: во время нескольких предыдущих швартовок ему легче было самому командовать, чем тратить время на обучение «молодых и необстрелянных». Тем более что случай подвернулся подходящий. Одно дело подходить к свободному причалу и совсем другое – встрять на пространство, ограниченное с обеих сторон «живыми» кораблями. Кстати, надо будет точно узнать, кто там стоял до них и каковы их габариты. А то ведь и до беды недалеко.
Когда морской буксир пристроился к внешнему борту ПМ, Вилков оглушительно громко свистнул. Тут же распахнулась дверь в буксирную рубку, и наружу высунулся шкипер. «О, настоящий, с бородой!» Дэн знаками показал, что хочет переговорить, и получил в ответ приглашающий жест. Не дожидаясь трапа, он прыгнул с высокого борта своего корабля прямо на палубу буксира и прошел к рубке.
– Привет, служивый!
– Здорово, командир! Чего хотел?
– Сориентируй меня по месту швартовки. Хватит для маневра?
– Самый раз. Там до вас «Гоголь» стоял, а вы с ним по длине почти одинаковыми будете. У меня глаз-алмаз.
– Тот самый «Н. Гоголь», который ещё колесный?!
– А, других не только на Двине, во всей стране не сыщешь.
– Неужели на плаву?
– Не тонет. Я ж его сам месяц назад и выводил. С ходом пока проблемы остались.
– И куда его?
– Да рядом совсем, по Никольскому заливу за Ягринский мост, и у твердого берега поставили, рядом с улицей Первых причалов.
– Ну надо же! Я думал, что такую рухлядь только на утилизацию.
– Так и собирались. Его же еще в 1972 году «Звездочка» выкупила. Сами же капитально отремонтировали и стали как свою плавучую базу отдыха использовать, по Двине курсировали. Ну а как перестройка началась, денег не стало. Вот и гнил у причала. Тогда же и решили – на иголки! Года два или три уже тому назад было. Слушай, пойдем ко мне в каюту! Да не переживай: мы еще с полчаса перешвартовываться не начнем. Вон, видишь, – шкипер указал рукой на противоположный берег узкого канала, – там наш второй буксир мусоросборнику помогает. Пока до свалки не оттащит, не освободится. А вашу лайбу по технике безопасности только двумя буксирами можно швартовать. Так что, посидим, покалякаем.
Следом за шкипером Денис спустился палубой ниже в малюсенький закуток. Хозяин тут же приподнял крышку рундука и выставил на стол бутылку водки. «Ну, понятно, что тебя в каюту тянуло. И еще поговорить».
– Рулить-то не помешает?
– Ты чё?! Я 20 лет за штурвалом! С закрытыми глазами…
– Верю, верю, только по чуть-чуть.
Шкипер хмыкнул и плеснул обоим по полстакана. Чокнулись, выпили, и он протянул руку:
– Евгений. Можно, Жека.
– Дэн. Денис.
– Вот я и говорю: на иголки! Тут-то смех и пошел. Начали собрания проводить: «Не дадим, мол, загубить дедушку русского речного флота! Своими силами отремонтируем. Сохраним для потомков». Каких-то защитников старины приводили, агитировали. Даже деньги пообещали. А что еще работягам надо было, когда дома жрать нечего?! Получку нормальную год не видели. Все «за» проголосовали. И ведь знал народ, что нечисто дело. Шушукались по углам, мол, это начальство какие-то свои делишки обделывает. Насрать им на потомков! Поговаривали, что сдают пароход в аренду хрен знает кому и хрен знает зачем. А рабочим один раз какие-то крохи заплатили – и амба. Даже ремонтные бригады перестали посылать. Только вахту на «Гоголе» выставили, чтоб ничего не растащили; да время от времени «колёса» прокручивали, чтоб уж совсем не заржавели. Стоял тут всё это время, только электричество да воду жрал. Хорошо, наверно, арендаторы платили.
– Так чего ж там делали?
– А хрен его знает! Говорю же: охрану поставили и не пускали никого. Иногда ползали какие-то людишки по палубам, но это, наверно, остатки экипажа были.
– Cейчас-то чего вдруг спохватились и убрали?
Жека равнодушно пожал плечами: