Олег Кондратьев – Месть по наследству (страница 28)
— Это какой?
— Упрямый осел! Прекрасно ведь понимаешь, что мы вместе — это лакомая добыча. Небось, затем сюда и сорвался, чтобы друзей защитить? Еще один догадливый экстрасенс объявился! Разве я не прав?
Соловьев промолчал.
— И чем ты защищать собрался? Это хоть и травмат, но все же кое-что.
— Ладно, — проворчал Гена, — убедил. Давай сюда. Исключительно, чтобы тебе тяжесть лишнюю не таскать. А то выпадет, выстрелит, поцарапает кого или музыкантам дудку прострелит.
— И на том спасибо. Ты, Ген, если устал или нужен укол с капельницей, то уединяйся в отдельной каюте. Кроме нас с Василием, туда никто не войдет. Вот тебе ключ.
Небольшой катер, приближающийся к теплоходу с левого борта кормы, заметили не сразу, а только когда над остеклением его рубки замигал синим цветом проблесковый фонарь и раздались хриплые звуки из какого-то допотопного репродуктора. Громко, визгливо и абсолютно невнятно.
Ввиду повышенной навигационной опасности проходимого места на посту управления «City Blues», кроме рулевого, находился сам капитан судна. Он щелкнул переключателем внутрислужебной связи и распорядился:
— Петрович, подскочи-ка на ют, разберись, что там за маломерка чудит!
Минут через пять в рубку неторопливо вошел помощник капитана, кряжистый мужик предпенсионного возраста.
— Ну, Серега, — обратился он к капитану, который был моложе его лет на двадцать, — верно народ говорит: «Мал клоп, да вонюч», — и пояснил: — Эта «маломерка» — патрульный полицейский катер.
— Да у нас с линейным УВД на водном транспорте никогда проблем не было!
— А вот с этими, похоже, намечаются. Больно они борзые. Сразу начали сыпать цитатами из своей должностной инструкции. Мол, обязаны контролировать, сопровождать, предотвращать… на всей акватории… старая песня.
— Вот пусть контролируют и сопровождают по «всей акватории», а не лезут на борт. Вода большая.
— Есть тут одна загогулина, как говорил наш президент. Покойный. Если поступает сигнал о противоправных действиях на борту, то речная полиция обязана осмотреть объект и принять меры к пресечению на месте хулиганских действий, связанных с нарушением общественного порядка. Вот они и хотят осмотреть. Говорят, что в дежурную службу позвонили сознательные граждане, мол, проклятые буржуи так нарушают общественный порядок на борту проплывающего парохода, что мирный покой добропорядочных жильцов близлежащих домов просто уничтожен начисто.
— Хотят осмотреть?! Ты представляешь, какие люди у нас на борту отдыхают?
Помощник задумчиво почесал затылок:
— А я вот думаю, какие близлежащие дома?
— Это, наверное, новый квартал на Приморском проспекте, — вмешался рулевой.
— Да оттуда и взрыва бомбы не услышишь.
— Петрович, не отвлекайся! Делать-то что?
— Что… что… Странно как-то все. А делать? Так это вопрос не по навигации. Значит, Федора Генриховича звать надо. Внешние контакты по его части. Пусть разбирается.
Помощник был на теплоходе ходячей энциклопедией. Ему верили безоговорочно. Капитан кивнул и, поправив фуражку, вышел.
— Странно, — повторил Петрович, — откуда они вообще взялись? Новую станцию водной полиции тут рядом, у буддийского дацана, только еще собираются строить.
— Так вон сколько здесь плавсредств вдоль берега нашвартовано. Даже собственные ангары имеются.
— Вот именно. Слона спрятать можно. И переодеть.
— Чего переодеть, Петрович?
— А чего хочешь. Ты, Витек, рули тут аккуратно, а я пойду с одним человечком пообщаюсь.
— С вами поговорить хотят, — шепотом произнес официант, склонившись к уху Вилкова, — вон там. — Он кивнул в сторону помоста с музыкантами.
«А, — понял Дэн, — на малой прогулочной палубе».
Он поднялся из-за стола, жестом остановил готового последовать за ним Лысенко, извинительно улыбнулся даме и двинулся в указанном направлении. На палубе его поджидал незнакомый мужчина.
— Здравствуйте. Я — Петрович, помощник капитана. Сейчас на борт поднимутся сотрудники водной полиции. Мне неизвестны истинные цели их визита, но думаю, что вас они могут заинтересовать.
— Почему вы так решили? — искренне удивился Денис.
— Я видел, как и чем вы интересовались, когда проверяли с заместителем генерального готовность нашего теплохода к мероприятию. Кстати, в машинном отделении вас я лично сопровождал.
Вилков внимательно пригляделся к неожиданному собеседнику и припомнил своего «экскурсовода по механической части». Тот был в бесформенном комбинезоне, замусоленной шапочке, надвинутой на лоб, с перепачканным лицом… но точно это был он!
— Простите, не узнал сразу. Сегодня вы такой… импозантный. Меня зовут Денис. — Они пожали друг другу руки. — Что же вас все-таки насторожило? Или сотрудники правоохранительных органов вам неприятны по определению?
— Я доверяю нашей полиции. Но сейчас как-то много странностей.
И Петрович коротко поделился с Вилковым своими сомнениями. Потом добавил:
— Кроме того, катеров таких я давно уже не встречал на наших водах. Обычно это «Стрижи» или «Соколята», из новых «Мангусты» проекта 12150. Водники теперь ни на какой другой и садиться не хотят. А к нам причалил «Адмиралтеец»! — Заметив, что его не понимают, Петрович пояснил: — Проект 371 «Адмиралтейский» задумали еще сразу после войны, а в серию запустили в начале 60-х! Послужили они отлично. Только уже в конце 90-х их начали списывать и распродавать.
Вилков был морским офицером и такую тематику схватывал на лету.
— Значит, водная полиция пожаловала к нам на раритете. А символика, оборудование? — поинтересовался он у всезнающего и приметливого Петровича.
— Вся полицейская атрибутика на бортах имеется. А вот проблесковый фонарь на рубке не штатный! Они его с полицейской машины сняли. И общаются через обычный рупор-мегафон. У всех водников громогласная централизованная система для этого есть.
Дэн с уважением посмотрел на помощника капитана:
— Вам бы, Петрович, экспертом работать!
— Стар я уже. Зато опыт ого-го какой накопил!
— А ваш опыт не подсказывает случайно, как дальше события будут развиваться?
Старый «морской волк», не задумываясь, ответил:
— Сейчас они погонами и корочками на заместителя генерального надавят. Тот не захочет шум поднимать и станет искать консенсус в размерах денежной компенсации.
— То есть вы думаете, что это бандитский наезд? — уточнил Дэн.
— Бандитский или полицейский — разницы особой нет. Еще в 90-е мы на такое вволю насмотрелись. — Петрович чуть задумался и не совсем уверенно предположил: — Если только…
— Ну-ну!
— Если только все это не связано как-то с вашими гуляниями. Тогда черт знает, что может быть!
«Отличный мужик. А какой морской нюх и сообразительность! Надо с ним побыстрее распрощаться».
— Ну, какая тут связь с нашими посиделками! Поели-попили, попели-станцевали. Даже морду никому не набили, потому что все свои. Мы же мирные люди! Думаю, Федор Генрихович обо всем договорится. А вам, Петрович, не стоит вмешиваться в этот процесс. Как говорят, «деньги любят тишину». Вот за то, что ко мне обратились, огромное спасибо!
Помощник капитана пристально посмотрел в глаза Дэну, чуть заметно усмехнулся, кивнул и пожал протянутую руку.
— Василий! — Через приоткрытую дверь ресторана Вилков негромко присвистнул и призывно махнул рукой. — На минутку!
Они уединились в каюте, и Дэн очень схематично рассказал другу о визите водной полиции и подозрениях помощника капитана. Чуть подумав, он поведал и об инциденте с плакатом.
— Так они здесь сейчас? — поинтересовался Лысенко.
— Да. Зам генерального пытается на юте с ними договориться.
— Дай мне минуту подумать, — попросил Василий. Он подошел к иллюминатору, приподнял шторку и надолго замер, отрешенно уставясь в безупречно чистое стекло.
«А Васька-то наш здорово изменился за последние годы. Да и не Васька он, даже не Василий, а Василий Арутюнович! Не верится, что когда-то из нашей дружной троицы он был самым веселым, импульсивным, бесшабашным, способным на скорые, но не всегда обдуманные поступки».
Лысенко вернулся на койку, и теперь в его глазах не было ни капли отрешенности, в голосе звучала твердость, а в суждениях убедительная логика.
— Судя по затянувшейся паузе, решить вопрос финансовым способом не удается. Учитывая возможности компании «Астра Марин», такое допустимо только в случае, если посетившие теплоход полицейские преследуют абсолютно другие цели.
— А ты еще в чем-то сомневаешься после появления «W» на плакате?
— Эти события могут быть не связаны между собой.