Олег Кондратьев – Двойной захват (страница 15)

– Понимаешь, Серега, это действительно государственный заказ. Обеспечение, чувствуешь, какое? Ну, отсюда и секретность, конечно. – Без видимой связи с предыдущим разговором начал Сердюк. Оба они с Сергеем понимали, что это и есть главная тема разговора. Поэтому переход был вполне естественен.

– Мы же делаем свою повседневную работу. Какая разница, на кого, для кого. Государство-то одно. А мы – служивые люди. Нас ведь не заставляют делать то, что противно убеждениям или что-то сверх обязанностей. Ты сам этим дольше меня занимаешься. – Принимая молчание Сергея за согласие и одобрение, Сердюк продолжал с подкупающей доверительностью: – Я тебе больше скажу: мы, флотские, здесь, вообще, просто исполнители, это даже не Министерство обороны. Заказчик-то – Минатом, гражданские люди.

Одна вполне приятная новость пока не разглашается, но по окончании работ будет выделена определенная сумма в рублях для премиальных выплат. Тебе деньгами когда-нибудь даже за автономки платили?! То-то! А за то, что ты дозы здесь хватаешь, как звезды на погоны в штабных кабинетах? А теперь заплатят! И не копейки, а до двух окладов со всеми накрутками. Это минимум. Твоя смена и ты сам за ликвидацию ЧП в аварийных условиях получите по десять окладов! Впечатляет?!

Сергей молчал, а Алексей разошелся:

– Может, это и есть перестройка, рынок, веяние времени, а? Ну, кто у меня продолжительность рабочего дня считал? Я же сутками на службе. А так – извольте заплатить! Сверхурочные, выходные-праздники… Да на одних командировочных обогатиться можно!

– У меня в каюте на полке лежит, – перебил Сергей.

– Что? – не понял Сердюк.

– Да машинка для закатывания твоих толстых губешек!

– Ну и пусть! – не хотел расставаться с понравившейся мыслью Алексей, – сами отловим все, что мимо проплывает.

– Леха, Леха, плавает-то говно! Ведь учил же тебя, лейтенанта.

– Во, выпьем за наше лейтенантство! Ничего ведь не было, а жизнь была…

– Да ты философ!

Серега, казалось, глубоко задумался о чем-то, не мешая Алексею колдовать над стаканами и закусками. Потом, очнувшись, пристально посмотрел на своего начальника:

– Правильно ты все делаешь, Леша. И должность эта по тебе. Ты номинальный командир, а приказ о фактическом назначении вот-вот подойдет. Как у хорошего хозяина на твоем корабле у каждого будет все. И матроса ты не обидишь. На хрена тебе заморочки по каким-то идейным соображениям, если материальное обеспечение на таком уровне! А вы, батенька мой, матерьялист безыдейный!

Ладно, побоку смешки. Может, я чего сейчас неправильно формулировать буду или ты не так поймешь, запомни одно твердо: я отношусь к тебе как к другу. Целоваться не будем! Я понял так, что о происшествии со стержнем информировано высокое начальство…

– Серега, поверь, – пробормотал Алексей, – я ни сном ни духом!

– Тогда еще интересней. Значит, «стук» из низов пошел. Это, конечно, возможно, но как же быстро! Вот тебе первая нестыковочка. Вторая: спецзадание, режим повышенной секретности – и вдруг «вражеская» комиссия! Здесь тоже два варианта возможны. Или одно высокое начальство, которое разрешает деятельность такой комиссии, абсолютно не в курсе какие же на самом деле ведутся работы. Сейчас это в принципе возможно, но вероятнее другое: «спевка» произошла на самом высоком уровне. Тогда в чем же задача и цель комиссии? Очень серьезный вопрос. Если на него правильно ответить – все встанет на свои места.

Дальше. Фотографии мои пошли наверх. И это уже от тебя. Да не дергайся! Я ведь на это и рассчитывал. Вон, видишь, ставка теперь до десяти окладов поднялась. Понимаю, что ты не хочешь забивать себе голову историей происхождения этой зоны. А вот меня что-то настораживает. Новая секретная подводная лодка – это, вообще, как потайной летающий слон. Атомный ледокол, который в Мурманске стоит? Сейчас я тебе коротенькую историю поведаю.

Сергей прервался, чтобы промочить горло и кинуть в рот парочку кусочков аппетитной селедки с луком; туда же отправились солидный кусок жареного мяса, две остывающие подрумяненные картофелины и, зачем-то, ломтик лимона. Он блаженно откинулся на спинку стула, пожалев, что это не его любимое кресло, и глянул на Сердюка. Любые новости, потрясения или умиротворение лишь разжигали Лехин аппетит.

Как спринтер, Сергей еще мог посоревноваться с ним в еде, но при переходе на средние дистанции, а уж тем более на длинные или марафон, лавровый венок победителя безоговорочно обретал постоянную прописку на коротко стриженной, уже ощутимо лысеющей, мощной голове начальника мастерской. Поэтому, закурив, Сергей не стал дожидаться, пока то же самое сделает Сердюк, а продолжил рассказ:

– Помнишь, служил с нами на лодке Климович? Ну, ты его мало застал, он постарше тебя, почти мой ровесник. Ушел командиром дивизиона на другую ПЛ, потом механиком там же стал, а с год назад уволился в запас. Нормальный мужик, я и семью его хорошо знаю. Сейчас иногда в поселке с ними встречаюсь. Он получил в Коле квартиру трехкомнатную и взяли его механиком на атомный ледокол. Повезло, он головастый и молодой еще, здоровье – хоть куда. Взяли сначала третьим механиком, а сейчас вторым назначили. У жены хорошая должность в нашем поселковом домоуправлении, дети в родной школе. В общем, уезжать из поселка не хотят пока. Она мне сама говорила, что Ленчик по всему Северному Морскому Пути мотается, потом на приколе в Мурманске отдыхает и ремонтируется; а она и дети его теперь все равно чаще видят дома, чем когда на лодках служил. Раздобрел, уже вполовину почти как ты стал.

Так вот, у них на ледоколе второй механик за ядерную безопасность отвечает. Леня Климович сейчас как раз дома отдыхает, на неделю приехал. Я ему пару часов назад с бербазы позвонил. Дома застал, пообщались. Догадываешься, какую информацию он мне о вверенной ему зоне выдал?

Сергей блефовал безбоязненно. Все, кроме телефонного звонка, было правдой. А в «ледокольном» вранье он не сомневался ни секунды.

– Правильно. Никто их зоны не трогал! Перегрузка забита в план лишь на следующий год. Других атомных ледоколов сейчас в Мурманске нет. Надеюсь, в достоверности этой информации ты не сомневаешься? А хочешь, Леша, я тебе сейчас на карте покажу, из какого района пригнали эту спецплавемкость? Откуда мы таинственную зону себе перегружаем. Сделаю это исключительно с одной целью: спасти твою бессмертную душу от греха, чтобы не появилось желания рассказать мне какую-нибудь новую сказку о зоне, например, с Кольской АЭС.

Половина переборки около умывальника в каюте начальника мастерской была заклеена старыми морскими картами прибрежной акватории Баренцева и Белого морей. Сергей подошел к переборке и начал внимательно изучать их, то привставая на носки, то сгибаясь над самой палубой.

– Бинокль дать? – поинтересовался ехидно Сердюк Алексей.

– Вот! – Ладонь Редина закрыла кусок одной из карт. Заинтересованный Сердюк подошел поближе, пригляделся:

– На моей исторической Родине в таких случаях говорят: «З глузду зъихав!»

Сергей сразу поверил, что Лешка ничего подобного и предположить не мог, даже если и пытался об этом задумываться: искреннее, не наигранное удивление и недоверие явственно читались на его лице.

– Леша, я на МБ-10, что эту нашу закусь привезли, – Сергей махнул рукой в сторону стола с опустевшими уже тарелками, – проконсультировался. У простых, рядовых очевидцев.

– Ну-ка, ладонь убери! – Сердюк стал внимательно присматриваться к карте.

– Бинокль не нужен? Или микроскоп, – отыгрался Редин.

– Да здесь, вообще, ничего нет! Наши карты эти участки уже не расписывают. Это суша или море?

– На стыке.

– Шуточки у тебя, знаешь…

– Если бы. Ты недавно хорошее замечание сделал: «Государство-то одно!» А если нет? Если…

– Так, все! – Алексей вернулся к столу, – это чересчур даже для твоего извращенного ума. Я не буду ничего от тебя слушать, не буду тебя ни в чем переубеждать. Что, прописные истины повторять надо: «Меньше знаешь – крепче спишь»? Не буду разузнавать, докапываться, выяснять! Я – военный человек, и приказ для меня – все!

– Ладно, Леша, – примирительно сказал Сергей, хотя на языке вертелись, готовые сорваться, обидные слова и фразы, – я же тебя не напрягаю. Все, так все. Давай-ка, примем по чуть-чуть. Ребята сейчас придут, деликатесы подметут. У тебя кофе есть? Отлично! И перекурим это дело.

Чего это он разоткровенничался? Понесло идиота! Здесь каждый выбирает сам, как себя вести. И Лехина позиция, как и Женькина, и Генкина была нормальной, правильной. А что же тогда он, Сергей? Да провались оно, правдоискательство на свою жопу!

– Бери стакан, начальник! Будем ждать премиальных окладов. А свое отработаем честно. На эту, Новую Землю, что ли, прогуляемся. И фоток, считай, никогда не было. Так?

– Серега-а-а! Ну, тогда мы их еще так потрясем! Знаешь, я это умею…

И Алексей пустился в описание технических подробностей выдавливания льгот, выколачивания привилегий и урывания всего-всего по снабженческой части. Сергей не слушал. В этот момент ему казалось, что от его решения может что-то зависеть.

Крутанув маленькое колесико из любопытства или просто руки чесались, он привел в действие механизм, истинные размеры которого не сумел бы оценить, даже если бы и увидел.