Олег Колмаков – Под покровом угольной пыли (страница 12)

– А напарник твой, Волков Николай?.. – провокационно поинтересовался майор. – …Когда он домой успел уйти? Чего-то я не заметил парня среди остальных рабочих!..

– Какой такой Волков?.. – в искреннем удивлении переспросил Шурупов. – …Впервые о таком слышу!.. Вы наверняка что-то путаете, гражданин следователь!.. Ведь я всю ночь работал на пару с Печёнкиным!..

Сергей усмехнулся. Открыв ящик письменного стола, он извлёк оттуда, переданные ему накануне списки рабочих цеха. Перелистав пару страниц, он ткнул пальцем в заголовок: «Третья вахта котельного цеха». После чего, улыбнувшись, произнёс.

– Взгляни-ка сюда!.. А ещё лучше, зачитай вслух, что там написано!..

Расшлаковщик придвинулся к столу и чуть ли не по слогам принялся озвучивать двенадцать пунктов.

– Сидоров А. С. – начальник смены!.. Меньшиков В. П. – машинист 1 и 2 котла!.. Коротков Ю. М. – машинист 3 и 4 котла!.. Моторин А. Н. – машинист 5, 6 и 7 котла!.. Никифоров А. Г. – машинист 8 и 9 котла!.. Барский О. Н. – дежурный слесарь!.. Торопова А. М. – машинист мельниц!.. Иванова Н. И. – машинист углеподачи!.. Политковский С. Ю. – дежурный электрик!.. Шурупов Л. М. – обходчик котельного оборудования!.. Печёнкин В. Д. – обходчик котельного оборудования!.. Павлов Д. С. – дежурный инженер станции!.. Гражданин следователь, всё!..

Шурупов уставился на Шаталова ничего не понимающим взглядом: дескать, чего ещё ты от меня хочешь?

Майор немедленно перехватил списки смен и молча, перечитал открытую ранее страницу.

«Не может этого быть!.. Буквально вчера, прямо перед своим уходом, я лично видел отпечатанную здесь фамилию Волкова!.. Дай Бог вспомнить, вместо кого она тут значилась. Вместо Печёнкина или Шурупова?.. – Сергей принялся судорожно ворошить каждую страницу списка, просматривая фамилии, начинающиеся с буквы «В». Однако, кроме Васильева, Викулова и Валухова – никакого Волкова среди всего реестров рабочих станции он так и не обнаружил. – …А ведь эта комната оставалась на ночь открытой!.. Потому и могли подменить вчерашние списки. Ну, конечно!.. Как же я сразу об этом не догадался!..»

– Припомни, не было ли в цехе нынешней ночью кого-то из посторонних?.. – поинтересовался Шаталов, пытаясь хоть чем-то заполнить нелепую паузу. При этом он задал вопрос, который не далее, как вчера, поставил того же Волкова в определённый тупик.

– Я работаю на станции менее месяца!.. Потому и трудно мне определить: кто здесь посторонний, а кто постоянный!.. – Шурупов старался сохранять видимое спокойствие. И, тем не менее, чуть дрожащая интонация голоса расшлаковщика всё же выдала его внутреннее волнение. Что вовсе не осталось без внимания майора.

– Ладно. Можешь быть свободен!.. – Сергей откинулся на спинку стула и махнул расшлаковщику рукой, дескать, проваливай. Какой толк с того, кто работает на предприятии без году неделя. Он либо ничего не расскажет, либо приврёт то, чего и вовсе не было. Так к чему же было тратить на «первохода» своё драгоценное время, когда впереди у майора ещё оставалось одиннадцать, куда более опытных котельщиков.

Дождавшись, пока отпущенный покинет кабинет, Шаталов набрал номер отдела кадров и потребовал к телефону своего сотрудника.

– Кучеренко, ты сейфы с архивами успел опечатать?

– Успел. Думаю, мы подъехали весьма кстати!.. – Кучеренко поспешил обрадовать командира. – …Кадровики тут чай собрались с утра попить!.. Короче, застали мы их прямо-таки врасплох!.. Потому и не думаю, чтоб успели они чего-то уничтожить.

– Молодец, капитан! А теперь отыщи мне в тех станционных архивах и личных делах всё, что имеет хоть какое-то отношение к некоему Николаю Волкову! Пошерсти там хорошенько, переверни шкафы и столы, просмотри каждый клочок бумаги, загляни в мусорные корзины!.. В общем, отыщи мне хоть что-то на этого парнишку!.. Да, и вот ещё что!.. Где там Демченко?

– Забрал личное дело Сидорова и уж полчаса, как куда-то умчался!..

– Хорошо. Как только вернётся, сразу отправишь его ко мне.

Допросив Печёнкина и Политковского (в отличие от тех же машинистов котлоагрегатов, людей свободных и не привязанных к конкретному рабочему месту), Шаталов получил практически тот же самый результат, что и с Шуруповым. Точнее, полное отсутствие какого-либо результата. Дескать, ничего мы не видели; о Волкове впервые слышим;  никаких посторонних минувшей ночью мы не заметили. Политковский, так и вовсе заявил о том, что на ночную смену он пришёл с дикого похмелья, потому и проспал минувшую вахту в своей каморке электриков.

Никакие уловки, хитрости и прочие методы воздействия на подозреваемых в том или ином преступлении, которые обычно применял Шаталов и которые (за редким исключением) срабатывали практически всегда, на сей раз, майора не выручили.

Спустя ещё какое-то время, были допрошены ещё трое. Ответы их были достаточно искренними и выглядели предельно правдиво. При этом никто из них, так же не имел ни малейшего понятия о призрачном Волкове.

Таким образом, половина рабочей смены была уже опрошена. Пора было подводить некоторые предварительные итоги, которых вовсе не было. При этом в обязательном порядке следовало отметить тот малоприятный факт, что авантюра, задуманная Сергеем ещё в Управлении, себя вовсе не оправдала. Майор, фактически, оказался без своих «козырей», на которые весьма и весьма рассчитывал. Речь сейчас идёт о том самом парнишке Волкове, которого накануне, похоже, видел лишь один Шаталов. Потому и не мог майор «надавить» на допрашиваемых рабочих чем-либо конкретным. При этом Сергея не покидала мысль о том, что эти самые слесаря и электрики, давая свои пространные и заведомо ложные ответы, просто-напросто над ним потешаются.

Меж тем, стрелки часов уж успели перевалить за цифру «12». Дабы добиться в  последующих допросах, хоть какой-то маломальской подвижки, Шаталову как воздух нужна была сейчас какая-то свежая, при этом весьма «убойная» информация, опираясь на которую он и начал бы «колоть» упёртых котельщиков.

Забегая вперёд, следует отметить, что примерно к часу дня эта самая информация, как будто бы, начала к нему постепенно поступать.

Вначале в кабинет майора заглянули криминалисты, до сего момента рыскавшие по котельному цеху.

– Георгич, могу тебя кое-чем порадовать!.. – поспешил с докладом Лавров. – …При осмотре цеха, на валу дробилки седьмого котла были обнаружены клочки рабочей спецовки. По цвету и материалу они вполне могли соответствовать останкам одежды трупа, обнаруженного сегодняшним утром на золоотвале. Однако чтоб говорить более уверенно о том, что эти куски материи ранее принадлежали одной и той же рабочей одежде, необходима лабораторная экспертиза.

– Обожди, Валера!.. – остановил криминалиста Шаталов. – …В начале объясни, что такое дробилка?

– Ну, если по-простому!.. Сгоревший уголь превращается в шлак и в золу. Вся эта хрень, оседает на самом дне топки, в золосборнике. Периодически золосборники очищают, сбрасывая всю ту дрянь, на золоотвал! Дабы зола могла беспрепятственно проследовать по трубам, крупные глыбы шлака измельчаются в тех самых дробилках. Механизм достаточно простой, если не сказать, примитивный.

На вопрос, заданный машинисту Никифорову о том, как в дробилке его котла могли оказаться останки чей-то одежды, тот вполне резонно и практически не задумавшись, ответил: мол, при запуске котлоагрегата топку обычно разжигают факелом. Кусок той горящей ветоши мог запросто упасть в золосборник, после чего и намотало его на вал дробилки.

Чего уж тут говорить. Любой профессионал в том или ином деле, может запросто обвести вокруг пальца не только сотрудника милиции, но и иного мало ведающего в данной области человека. Однако в этом конкретном случае, Сергей (ни разу в глаза не видевший ни дробилок, ни золосборников) почему-то сразу согласился с версией машиниста. Какой-то внутренний голос; если хотите, то некая внутренняя память подсказала Шаталову то, что объяснения Никифорова вполне логичны, достаточно правдоподобны и вполне уместны для данного случая.

Чуть позже, дал о себе знать капитан Кучеренко. Он связался с майором по внутренней связи и с радостью сообщил о том, что ему всё-таки удалось обнаружить карточку на имя Николая Волкова, временно-принятого на работу, в качестве обходчика.

Оказывается, забытый всеми листок, чудом застрял между металлических ящиков несгораемого шкафа. Правда, датировалась та карточка, декабрём прошлого года. И кроме фамилии, имени и даты рождения данного стажёра, ничего более не содержала. «Кадровики» о таком работнике, якобы, вовсе не помнили. Вроде бы, он сам сбежал со станции, так и не доработав до конца испытательного срока. Случилось это, как будто бы, накануне новогодних праздников.

– Капитан, запроси через «адресное», место жительства этого самого Волкова и отправь за ним кого-то из наших! – тут же распорядился Сергей.

Шаталов так не успел порадоваться первым, пусть и весьма сомнительным успехам, как в его кабинет вошёл начальник котлотурбинного цеха Ипатов.

– Командир, ты чего тут творишь?.. А ну, живо сворачивай своё расследование!.. – заявил он с самого порога. – …Ведь ты парализуешь работу целого цеха. Задержанные тобою мужикам, уже сегодня должны заступить на ночную вахту!.. Им отдыхать-то осталось часов пять, не считая дороги!.. Ни дай-то Бог, в следующую ночь случиться какое-то ЧП!.. Тут-то они и припомнят твои нынешние допросы, как оправдание своей усталости и своего же недосыпа!.. А если и впрямь, кто из машинистов уснёт на рабочем месте? Тут и котёл можно угробить!.. А вместе с ним, разом остановить и всю станцию в целом!..