Олег Колмаков – Гарем ундер-лейтенанта Говорова (страница 11)

– Кошечка, ты даже не представляешь, как мне приятно! – с придыханием произнёс Герман.

Руки офицера уже начали свой витиеватый путь по стройному и гибкому телу партнёрши. Прикосновения к бархатной коже, к мягким бёдрам ещё сильнее возбуждали ундер-лейтенанта. Пассивное созерцание обнажённого женского тело его более не устраивало. В голове молодого человека уж вовсю начали созревать очередные «коварные» планы. Герман уложил Ванессу рядом с собой, обнял даму и нежно провёл по её спине ладонью сверху-вниз, слегка задержавшись на мягких ягодицах партнёрши. После чего рука офицера невольно скользнула между девичьих ножек. Ночная гостья инстинктивно сжала бёдра, тем самым отрезав Говорову путь к самому сокровенному. Данное обстоятельство несколько удивило Германа, ведь минутой ранее он там уже побывал. И не просто побывал, офицер владел её прелестями практически безраздельно, свободно проникая в них своим мужским естеством. Впрочем, спустя мгновение, Ванесса расслабилась и чуть развела те самые ножки в стороны. Дама оказалась полностью готовой к тому, чтобы мужчина лёг сверху и вновь погрузил в неё своё упругий стержень.

Говоров удовлетворённо провёл своей ладонью по женской промежности, оставив свою руку между мягких бёдер. Ванесса вытянулась в струнку, и тихий стон застрял у неё в горле. Офицер почувствовал, как задрожали от возбуждения её ножки, как задёргались веки прикрытых глаз, как её реснички защекотали его щёку.

– Как тебе? – прошептал ундер-лейтенант.

– Очень!.. Очень приятно!.. – застонала Ванесса. – …Прошу, не останавливайся! Я хочу почувствовать это ещё!..

Говоров переместил руку вверх, положив её на животик партнёрши. Точнее, чуть ниже животика, на то самое место, где пробивалась густая и мягкая растительность. Ложиться на даму Герман не спешил, хотел вдоволь насладиться её молодым телом, доставив ночной гостье, да и себе самому, как можно больше удовольствия. Действия офицера были по-прежнему аккуратны, он старался использовать все свои умения, весь свой прежний опыт, дабы Ванесса получила ещё большее наслаждение.

– Я вовсе и не подозревала настолько это может быть великолепно!.. – продолжала шептать барышня. – …Мне очень хорошо!

Одним из своих пальцев Говоров ласкал то, что барышня пыталась ранее скрыть между своих ножек. Ванесса застонала в преддверии того, что в обязательном порядке должно было произойти. Герман припал губами к её сочным губам, продолжая гулять своим пальцем по совсем иным губкам.

В этот самый момент даму затрясло. Говоров никогда прежде не видел столь эмоционального возбуждения. Мышцы ног и пресса принялись сокращаться безумно резко, заставляя ходить ходуном всё тело Ванессы. Офицеру даже показалось, будто бы дама вот-вот соскользнёт с кровати от нехватки сил. Тем не менее, партнёрша очень стойко перенесла, навалившуюся на неё внеземную благодать. Герману даже пришлось придержать стройное тело гостьи. Каким-то чудом, девушка не потеряла сознания.

Во время женских судорог и спазмов досталось и Говорову-младшему, на тот момент случайно оказавшемуся в руке Ванессы. Он подвергся сильному сжатию, вытягиванию; его бесконтрольно теребили и выкручивали. Лишь пару минут спустя барышня пришла-таки в себя, оставив детородный орган в покое.

– Невероятно!.. – без какого-либо надрыва или придыхания произнесла гостья. – …Признаться, я никогда ранее не чувствовала себя так хорошо. Это чувство!.. Я хочу испытать его вновь и вновь. Это какой-то новый мир!.. – чуть покраснев и опустив глаза, Ванесса тихо добавила. – …Мне кажется, я влюблена!..

Припомнив ранние слова Ванессы о том, что всё происходящее лишь сон, Говоров чуть приобнял даму и решил по полной программе использовать данное, отчасти безотчётное или, если хотите, то и потустороннее состояние своей души и тела.

– Если любишь, тогда ты должна!.. В общем, помоги мне испытать тоже самое, что ты сама пережила совсем недавно!.. – Герман, конечно же, намекал на соитие. Однако результат его просьбы, превзошёл самые смелые ожидания.

– По-настоящему любящая девушка, может это запросто сделать для своего парня!.. – в знак согласия кивнула головой Ванесса. – …В том нет ничего предосудительного или постыдного. Я лишь опасаюсь, что у меня что-то вдруг не получится!..

Покорно опустившись на колени, дама взяла в руку мужское достоинство. Тут-то и случилось абсолютно непредвиденное. Ванесса вдруг приблизила к Говорову-младшему свои жаркие губки. Герман смотрел на это действо словно заворожённый не в силах пошевелиться, ни что-либо сказать. Сейчас он испытывал невыносимо-огромное возбуждение.

«Надо полагать, рассказывая о блудницах из европейских борделей, именно об этом и говорили ранее Лазарев с Демидовым!..» – припомнил Герман.

Почувствовав на головке своего члена влажный язычок и то, как барышня принялась робко ласкать им детородный орган, время от времени покрывая его поцелуями сверху донизу, Герман запрокинул голову и застонал. Ему оставалось лишь положить свою ладонь на затылок барышни, дабы задать необходимый ритм её движениям. Впрочем, в том не было особой нужды. Скорее всего, на уровни некоего подсознания, нежели на каком-либо ином опыте, дама прекрасно осознавала, что ей необходимо было делать, потому и разрядка наступила довольно-таки скоро…

Утром, едва проснувшись, Говоров убрал карту «тройку червей» с изображением Лауры обратно в колоду. Её место на каютном столике заняла «тройка пик». Данную рокировку Герман объяснял себе тем, что в отличие от Лауры, крутившей офицером, как ей вздумается, Ванесса готова была исполнить любой его каприз. Последнее, было для офицера гораздо упоительной.

– Говоров, ты мне вот, что скажи!.. – к Герману обратился лейтенант Аничков. – …Что, чёрт побери, происходит по ночам в твоей каюте?

Только-только в кают-компании закончилось офицерское собрание. Большинство мужчин успело разойтись, отправившись по своим служебным делам. В помещении осталось лишь несколько человек.

– Во-во, и я собирался спросить тебя о том же!.. – поддержал Аничкова Демидов. – …Помниться, данная тема, ранее уже поднималась!

– Господа, вы о чём? – в полнейшем удивлении развёл руки Говоров.

– Как это о чём?.. – чуть повысил голос Аничков. – …Из твоей каюты постоянно доносятся какие-то подозрительные стуки, крики, а порой и визги!..

– Причём, складывается полное ощущение, будто бы, визжит женщина!.. – с некоторой ехидцей в голосе, дополнил Глеб. – …В детстве я слышал легенды о вурдалаках, которые по ночам перевоплощаются в кровопивцев и убивают своих соседей. Герман, быть может и ты, переодеваешься по ночам в женские платья, после чего орёшь дерниной разными голосами?

Говоров обнажил шпагу, посчитав слова Демидова личным оскорблением.

– Ах, ты, поскудник!.. – он незамедлительно ринулся на своего обидчика.

Однако путь ему преградил всё тот же Аничков, вставший между ундер-лейтенантом и констапелем.

– Господа, прекратите! Иначе, я буду вынужден обо всём доложить капитану!

Шпага была вновь возвращена в ножны. Офицеры разошлись, проводив друг друга суровым взглядом.

Глава 9

Элеонора.

Она была чуть старше двадцати. Светловолосая полька (по крайней мере, именно об этой национальности дама обмолвилась во время знакомства с Говоровым). Достаточно ладная и складная. Вдобавок ко всему, барышня прекрасно понимала, что именно от неё потребуется.

Несколько озадачила Германа лишь одна из фраз, брошенная гостьей как бы мимоходом. В тот самый момент, когда молодые люди уже оказались в объятиях друг друга, Элеонора вдруг на полном серьёзе заявила о том, что она желает стать настоящей шлюхой.

– То есть, ты собираешься работать в борделе? – уточнил офицер.

– Нет-нет!.. Надо полагать, ты неправильно меня понял. Речь не идёт о грязной профессии, о каких-то панелях, домах терпимости и тому подобном. Я лишь собираюсь овладеть искусством, завоёвывать мужчину через постель.

– И что ж тебе в этом мешает?

– Опыт! Увы, но у меня он слишком мал!.. – абсолютно спокойно, будто бы разговор шёл о чём-то вполне обыденном, ответила Элеонора. – …Честно признаться, ты у меня всего лишь третий. Меж тем, я успела войти во вкус и кое в чём поднатореть!.. Что же касаемо нашей нынешней встречи, то ты вполне симпатичный молодой человек; к тому же смотришь на меня отчасти голодным взглядом. Так почему бы мне не расширить свой арсенал познаний именно с тобой? Тем более что и прибыла я к тебе, как распоследняя шалава, готовая исполнить практически любое твоё желание!..

От данных слов, в паху Говорова наметилось кое-какое оживление. Очевидно, заметив данные перемены, Элеонора пересела на его колени. Офицер предпочёл полностью отдать инициативу партнёрши. Ведь именно она, а не он, собирается стать изысканной развратницей. Так пусть тренируется, набирается необходимого опыта, которого ей вовсе не достаёт.

Без каких-либо пауз дама принялась тереться своими мягкими половинками о его мужское достоинство. Ещё сильнее она возбудилась, когда руки ундер-лейтенанта обхватили её за талию. Данная игра постепенно начала принимать достаточно интимных характер. Барышня всё плотнее и плотней прижималась к офицеру, в то время как его руки держали даму за бёдра. Несколько поддавшись своим фантазиям, Говоров чуть наклонил Элеонору вперёд.