Олег Кодорский – Выше убеждений (страница 6)

Я решился и открыл дверь. Действительно, странный он. Забился в самый тёмный угол, поджал колени и сидит, трясётся. На меня же он не обратил никакого внимания.

– Эй.

– Кто здесь!?

Он поднял голову так резко, что я даже дёрнулся от неожиданности.

– Парень, спокойно. Ты в безопасности.

– Ты кто такой!?

– Твой ангел-хранитель.

Я взял стул и подсел недалеко, напротив него. Спросить хотелось много всего, но я понимал, что он немного не в том состоянии, чтобы говорить.

– Тебя как зовут?

– М-меня?

– Да тебя, тебя.

– Стёпа я.

– Степан, значит. А я Голубь. Приятно познакомиться.

На мою протянутую руку он посмотрел, как на восьмое чудо света. В этот момент в комнату зашёл Леший.

– Забыл спросить. Ты же знаешь, что с ним делать?

– Не понял.

– Он здесь был и всё видел. Что ты не понял?

Конечно же я всё понял. Но как же мне этого не хотелось.

– Временем ты не ограничен, но постарайся сделать всё сегодня.

Он закрыл дверь.

В этот момент я посмотрел на Стёпу. Я посмотрел на это трясущееся тело, которое загнано в угол. В голове мелькнул вопрос – "За что же его так жизнь могла наказать?" За что сегодня я должен буду лишить его жизни? За то что он что-то видел? Да ежу понятно, что он молчать как рыба будет, лишь бы его больше не трогали. Да и вообще, зачем его тогда спасать было? Обычно мы это делаем чтоб добыть информацию, а уже потом не мучать дальше человека, но с этого то что взять? С другой стороны, конечно, черти и в тихом омуте водятся, но от чего то, глядя ему в глаза, мне хотелось ему верить. Верить его беспомощьности и беззащитности. И в этот момент у меня мелькнула мысль, которая, возможно, будет мне ещё долго отзываться плохим эхо в будущем. Но сердце, всё же, у меня есть.

Я выбежал из комнаты и окликнул Лешего, около лестницы.

– Да?

– Слушай. А давай его…это…

– Ну?

– …Примем?

У него медленно поползли глаза на лоб

– Ты выпил что ли? Или под чем-то? Ты хлюпика этого видел? Кем он у нас будет? Поварихой?

– Чистильщиком, – спокойно ответил я. А Леший только расхохотался

– Ох умора ты, друг. Иди ка проспись лучше.

– Леший, я серьёзно.

Он посмотрел мне прямо в глаза. Я бы даже сказал, прямо в душу. И я продолжил.

– Я за него поручусь. Натренерую в лагере сам, и сам же объясню всё. Будет шарить как я.

На секунду повисла пауза.

– У него выхода то особо нет. Захочет жить – придётся работать на нас. И вообще, первый раз ты его чего-то отпустил, а сейчас что?

Леший подошёл ко мне в плотную. Он всего на пол головы выше меня, но сейчас он выражал своё величие, будто выше на несколько ступеней эволюции.

– Во-первых, я его отпустил, чтобы он ко мне вернулся потом. И к тому же, в дом к нам он не заходил, людей, кроме меня и охранника не видел, так что информация только про сам дом у него была. А во-вторых, я не знаю зачем тебе это и что ты хочешь получить, – он глубоко вздохнул, – но так тому и быть. Бери в ученики его. Люди нам нужны. Учти только, что если хоть на грамм что-то пойдёт не так, я мешкать не буду.

Он развернулся и я наконец смог спокойно выдохнуть. Зайдя обратно в комнату, Стёпа уже лежал на кровати. Он уснул. Что ж, чудно. Был почти день и мне нечем было заняться. Поэтому я решил уделить время себе: пострелял во дворе по птицам, почитал, сходил на пробежку, в душ, почистил пистолет, перебрал свои вещи, нужное постирал, прибрался в комнате, помог ребятам спрятать чьё-то тело, ещё почитал. Так дело подошло к вечеру. Поужинав, я написал Насте, что всё в порядке, но завтра я приехать не смогу, дела. Надо будет вводить в курс дела нашего новенького. Надеюсь, к утру он хоть говорить будет нормально.

Уснул я с мыслями о том, что жизнь приняла новый оборот. Дел будет больше, чем обычно.

Глава 10

– Вставай давай.

Я уже был одет, а вот он и не думал куда-либо собираться. Я понимаю, стресс, раны, плохое осознавание происходящего. Но я тут, можно сказать, уже дважды ему жизнь спас, и валяться здесь просто так ему никто не позволит.

– Вставай, кому говорят! – я стукнул его подушкой. Он пришёл в сознание. Что самое интересное, по его глазам было видно, что он не просто проснулся, а именно установил контакт с мозгом.

– Где я??? – спросил он, выпучив глаза.

– В аду побывал и переродился! Так что, где и прежде. Нам о многом надо поговорить. Но сейчас одевайся и дуй на улицу, в машину. Будут что-то спрашивать, захотят поговорить – всех игнорируй. У тебя 10 минут.

Дисциплина – один из самых важных аспектов нашего дела, поэтому надо приучаться быть точным даже в самых мелких деталях.

Я ждал его в машине и он появился через 14 минут. Для первого раза сойдёт. И вот мы уже едем в лагерь, где он начнёт делать из себя агента. Грубо говоря. Он молчал и переваривал всё происходящее. Я чувствовал, что у него много вопросов, которые он боится задать, поэтому нарушить тишину я решил первым.

– Что с тобой случилось?

Он ещё какое-то время прибывал в своём пространстве, затем, не поднимая глаз, стал рассказывать:

– Меня спутали…они хотели узнать что-то, я даже не помню что…а я ничего не знаю…я вообще должен был быть дома и смотреть фильмы в гордом одиночестве.

– С кем перепутали?

– То есть тебя не интересует, кто это был, зачем это было и вообще кто я такой?

– Были это плохие парни, это всё что нужно знать о них. Зачем – мне не интересно, потому что есть шанс, что за такую информацию и мне шею скрутят. А вот кто ты – мне не просто не интересно. Ты и сам должен забыть кто ты. Отныне, всё будет подругому, Стёпа.

– Откуда ты знаешь моё имя?

– Ты сам вчера его назвал.

– Я вчера говорил?

– Если это можно так назвать.

– Как долго я у вас был?

– Пару дней. – повисла пауза. – Так с кем тебя спутали?

– С братом. У меня есть брат близнец, Феликс, мы как две капли похожи.

Вот оно что. Теперь то понятно, почему пока он истекал кровью, "его" же видели на стрелке.

– Что ж, парень, сперва запомни: твоя жизнь начинается не с дня рождения, а с сегодняшнего дня. И первое, что нужно сделать, это выбрать кличку.

– Всмысле, кличку?

– У нас нет имён. Имя – то, что тебе дают при рождении, а тут мы все перерождаемся. У нас клички. Я, кстати, Голубь, если ты забыл.

Он усмехнулся. Это немного взбесило.