Олег Ивик – Мифозои. История и биология мифических животных (страница 10)

Существует и еще одна версия гибели злосчастного змея: Аполлодор утверждает, что Пифон не пускал Аполлона в охраняемое им святилище, «где тогда давала предсказания богиня Фемида»[89]. Пифон был по-своему прав, ибо сын Лето прибыл в святилище не для того, чтобы узнать судьбу у богини правосудия, а чтобы занять ее место. Но победил сильнейший: Аполлон уничтожил змея, изгнал Фемиду, а святилище с оракулом присвоил.

Вот этому Пифону и отдала Гея новорожденного Тифона «на вскормление». Дельфийский змей был, судя по всему, мужского рода. Но даже будь он и самкой, все равно неясно, как и чем он мог кормить младенца, имевшего некоторые гуманоидные черты (человеческий торс и голову). Однако этот вопрос как-то решился, Тифон вырос и объявил войну Зевсу. Аполлодор пишет:

«Будучи существом такого вида и такой величины, Тифон забрасывал раскаленными скалами небо и носился с ужасающим шумом и свистом. Буря огня вырывалась из его пасти. Боги, увидев, что он устремился к небу, кинулись бежать в Египет; преследуемые, они меняли свой облик и превращались в животных. Когда Тифон находился еще далеко, Зевс стал метать в него свои перуны; когда же Тифон приблизился, Зевс ударил его кривым стальным мечом. Тифон бежал, и Зевс преследовал его до горы Касия, возвышающейся над Сирией. Увидев, что Тифон тяжело ранен, Зевс вступил с ним в рукопашную. Тифон охватил Зевса кольцами своего тела и, вырвав у него кривой меч, перерезал Зевсу сухожилия на руках и ногах. Подняв его на плечи, он перенес его затем через море в Киликию и, дойдя до Корикийской пещеры, запер его в ней. Там же он спрятал и сухожилия, завернув их в шкуру медведя, и поставил стеречь все это драконицу Дельфину: она была полузверем. Однако Гермес и Эгипан[90] выкрали эти сухожилия и тайно вставили их Зевсу»[91].

Кстати, О. М. Иванова-Казас выражает обоснованные сомнения по поводу достоверности этой истории, поскольку руки Тифона оканчивались не пальцами, а змеиными головами. Исследовательница пишет: «Остается загадкой, как Тифон, не имея рук, смог отнять у Зевса меч и вырезать у него сухожилия – разве что схватил меч пастью одной из сотни змеиных голов?»[92]. Гесиод, подробно описавший битву богов с Тифоном, об истории с сухожилиями умалчивает. Но так или иначе, в конце концов злокозненное чудовище было повержено.

«Вернув себе прежнюю силу, Зевс внезапно ринулся с неба на колеснице, влекомой крылатыми конями, и, метая перуны, преследовал Тифона до горы, которая называется Ниса. Там Мойры ввели в обман преследуемого Тифона: они убедили его, что у него прибавится силы, если он отведает однодневных плодов. И вот, преследуемый далее, Тифон прибыл во Фракию и, сражаясь там в области Гемийского хребта, метал ввысь целые горы. Так как Зевс эти горы отражал своими перунами обратно, Тифон пролил вблизи этого хребта много крови, и, как говорят, по этой причине хребет и был назван Гемийским. Когда Тифон кинулся бежать через Сицилийское море, Зевс набросил на него гору Этну в Сицилии (эта гора огромной величины), и из нее до настоящего времени, как говорят, из-за брошенных туда перунов вырываются языки пламени»[93].

Гесиод ничего не сообщает о мойрах, обманувших доверчивое чудовище, в его версии Зевс расправился с Тифоном самостоятельно:

Зевс же владыка, свой гнев распалив, за оружье схватился, – За грозовые перуны свои, за молнию с громом. На ноги быстро вскочивши, ударил он громом с Олимпа, Страшные головы сразу спалил у чудовища злого. И укротил его Зевс, полосуя ударами молний.

Автор «Теогонии» упоминает Этну, из расселин которой после попадания божественных перунов забило пламя. Но местом последнего упокоения Тифона Гесиод называет не подножие Этны, а Тартар:

Пасмурно в Тартар широкий Кронид Тифоея забросил[94].

Гомер в «Илиаде» указывает, что Тифон был погребен в Аримах, которые, как правило, ассоциируются с Киликией или Сирией. Впрочем, римляне считали, что Гомер имел в виду остров у берегов Кампании (Италия). Последнее согласуется с утверждением Пиндара[95], что Тифон простерт под землей от Этны до Везувия:

Ныне же Сицилия и холмы над Кумами в ограде валов Давят его косматую грудь, И привязь его – Снежная Этна…[96]

Эсхил[97] в трагедии «Прометей прикованный» пишет:

…Дряблой распластавшись тушею, Подножьем Этны накрепко придавленный, Близ узкого пролива он лежит, Тифон…[98]

Под Сицилией помещает поверженного Тифона и Нонн Панополитанский. Надо сказать, что у этого автора была своя точка зрения на ход битвы. Описанный Нонном Тифон не только сражался с богами, но и едва не разнес в клочки всю греческую вселенную. Он разметал на небе созвездия, заставил грохотать «мировую ось», от поступи чудовища содрогались горные цепи. Когда Тифон вступил в море, вода взметнулось до вершин Олимпа. Речь шла уже не только о том, кто будет на этом Олимпе править, но и о сохранности всего мироздания… Мир был спасен чудом: нарушитель порядка оказался страстным любителем музыки, и подосланный к нему Кадм игрой на флейте усмирил чудовище и обезоружил его. После чего боги одержали над противником нелегкую, но убедительную победу и раздавили поверженного меломана островом Сицилия.

Тифон – одно из многих чудовищ, возможно упокоившихся под Сицилией или непосредственно под Этной. Напомним, что там же, по весьма достоверным данным, лежат еще по крайней мере два гиганта: Энкелад и Бриарей (тезка гекатонхейра). Вероятно, потому эти места и отличаются высокой сейсмической активностью, а из боковых кратеров Этны (их у нее более 200) в среднем раз в три месяца извергается лава.

Особое мнение по поводу места захоронения Тифона имеет Аполлоний Родосский. Он утверждает, что чудовище было сражено молнией Зевса на Кавказе, после чего упокоилось «под стоячей водой Сербониды»[99] – так называлось озеро в Нижнем Египте.

Но где бы ни был похоронен Тифон, к его останкам существовал доступ и люди применяли их при колдовстве. Сенека[100] в трагедии «Медея» пишет, что знаменитая колдунья использовала «Тифона члены» при изготовлении плаща, который должен был сжечь ее соперницу.

Тифон был однолюбом (не путать с троянцем Тифоном – возлюбленным богини Эос). Его единственной женой, от которой он имел нескольких детей, Гесиод считает Ехидну, дочь морских божеств Форкия[101] и Кето[102]. Правда, у Тифона были и другие отпрыски, чьи матери неизвестны. Например, Гесиод называет его родоначальником ветров:

Влагу несущие ветры пошли от того Тифоея Все, кроме Нота, Борея и белого ветра Зефира…[103]

Но каким образом Тифон дал жизнь ветрам и участвовала ли в этом деле женщина, Гесиод не уточняет. Судя по всему, Ехидна была все-таки единственным существом женского пола, с которым связал свою судьбу Тифон.

Несмотря на то что Ехидну называли нимфой, строение ее тела, равно как и повадки, однозначно позволяет отнести супругу Тифона к типу Mythozoa (мифозои). Гесиод пишет:

Кето ж в пещере большой разрешилась чудовищем новым, Ни на людей, ни на вечноживущих богов не похожим, – Неодолимой Ехидной, божественной, с духом могучим, Наполовину – прекрасной с лица, быстроглазою нимфой, Наполовину – чудовищным змеем, большим, кровожадным, В недрах священной земли залегающим, пестрым и страшным. Есть у нее там пещера внизу глубоко под скалою, И от бессмертных богов, и от смертных людей в отдаленье: В славном жилище ей там обитать предназначили боги. Так-то, не зная ни смерти, ни старости, нимфа Ехидна, Гибель несущая, жизнь под землей проводила в Аримах[104][105].

Гесиод называет Ехидну «прекрасной с лица», не уточняя, которое из ее лиц он имеет в виду: есть данные, что их была по крайней мере сотня. Аристофан[106] в «Лягушках» именует Ехидну «стоглавой». Аполлодор рассказывает, что она «похищала путников». Непонятно, какие путники могли забредать к подземной пещере, где Ехидна, по словам Гесиода, пребывала «и от бессмертных богов, и от смертных людей в отдаленье». Впрочем, не исключено, что злополучная супруга Тифона потому и похищала редких прохожих, что страдала от одиночества. Правда, тот же Аполлодор сообщает, что воровавшая людей Ехидна была дочерью Тартара и Геи, да и обитала она, по его словам, на Пелопоннесе, в Аркадии (напомним, что Гесиод местом жительства своей героини называет Аримы, которые никто из древних авторов не помещал на Пелопоннесе). Поэтому нельзя исключить, что на свете существовали две нимфы с одним и тем же именем и схожими повадками. Ехидна, о которой пишет Аполлодор, понесла заслуженное наказание за свои бесчинства: ее убил многоглазый Аргус, «застав ее спящей»[107].

Слюну Ехидны использовали для приготовления магических зелий. Овидий описывает, как эриния[108] Тисифона явилась в дом к царю Атаманту и его жене Ино, чтобы погубить их, отравив приготовленным тут же снадобьем. В качестве ингредиентов она принесла с собой:

…ужасного жидкого яду, Пены из Цербера уст и отравы из пасти Ехидны, И заблужденье ума, и слепого забывчивость духа, И преступленье, и плач, и свирепость, и тягу к убийству. Все это перетерев и свежею кровью разбавив, В медном сварила котле, зеленой мешая цикутой[109].

Если нимф по имени Ехидна и было две, то Овидий, вероятно, имеет в виду жену Тифона – не случайно он упоминает ее рядом с Цербером, сыном Тифона.