Олег Иванов – Город как конфликт (страница 5)

И хотя Гарвардская энциклопедия рассматривает NIMBY вполне в нейтральном ключе, в урбанистике и СМИ закрепилось употребление этого акронима с негативным окрасом – «синдром НИМБИ», «НИМБИсты». Жителя представляют неадекватным ретроградом и себялюбцем, эмоционально и безосновательно возражающим против всего вообще. Известный специалист по транспорту Вукан Вучик писал: «В своем худшем виде синдром НИМБИ был проявлением эгоистичного лицемерия – люди хотели получить новые возможности, но требовали, чтобы негативные последствия новшеств ложились на других. Во всех случаях речь идет о местных интересах, противостоящих общим целям проекта».

YIМBY против NIMBY

Неологизм YIМBY (Yes In My Backjard; «Да, в моем дворе!) появился, когда пиарщики и маркетологи различных градостроительных компаний осмыслили его потенциал в рамках создания фиктивной поддержки градостроительных инициатив. Создано это опять же полуфиктивное движение в противовес NYMBY, которых «джимбисты» обвиняют в противостоянии всему новому, важному для жителей современного мегаполиса, а также в элементарном эгоизме – нежелании терять поделиться своим комфортом часть собственного материального блага ради общегородских целей – например, YIMBY всячески высмеивают собственников жилья, которые не хотят лишаться привычного вида из окна, умалчивая при этом, что «вид из окна» влияет на стоимость жилья, а разницу собственникам никто компенсировать не собирается. Вместо этого сайты YIMBY демонстрируют идеальные виды высокотехнологичных городов, где всем удобно. Объединения и кампании YIMBY нельзя рассматривать как общественные движения, очевидно, что их деятельность является сугубо коммерческой и происходит как часть пиара той или иной градостроительной инициативы. Представители местных сообществ не поддерживают YIMBY, справедливо считая их лоббистами капиталистических принципов эксплуатации городской среды.

Особенностью городских (градостроительных) конфликтов современной России является то обстоятельство, что их сторонами почти всегда выступают организованные группы. Связано это в том числе и с тем, что идеальная схема взаимодействия подразумевает непосредственную связь каждого с каждым. Однако с технологической точки зрения, учитывая масштабы градостроительной деятельности, такая система едва ли возможна на практике и, даже если могли бы быть реализована, скорее всего обладала бы отрицательной эффективностью. В связи с этим возникает проблема создания надежных коммуникационных связей, которые бы обеспечили устойчивость участников, входящих в этим организованные группы.

Ну а поскольку в современной России отсутствует легитимный институт цивилизованного диалога между различными участниками градостроительного процесса и общественностью (диалога как до стадии возникновения конфликта, так и уже «внутри» конфликта), ситуации вокруг ГК обостряются, как правило, в геометрической прогрессии: каждая сторона отстаивает исключительно собственные интересы и ценности, никак не реагируя на интересы и ценности других сторон и, таким образом, платформа для формирования общественного согласия просто не может быть сформирована.

Городские власти, например, обычно рассматривают урбанизованные территории в качестве ресурса для дальнейшего развития, привлечения новых инвестиций, улучшения имиджа, приобретения новых нематериальных смыслов и ценностей общегородского и регионального (или национального) значения. Предпринимательское сообщество (бизнес) при этом оценивает территорию исключительно с позиции извлечения личной (корпоративной) прибыли. Местное сообщество относится к территории, как к месту своего ежедневного обитания, отдыха, как к месту, наделенному целым комплексом нематериальных смыслов, имеющих, как правило, существенное значение только для окрестных жителей и, зачастую, не распространяющееся за пределы квартала. Попытка реализовать ту или иную градостроительную инициативу «сверху» почти всегда сталкивается с тем, что на стадии осмысления идеи интересы местного сообщества, ценности и привычки простых людей, сформировавших на данной территории относительно удобную в их понимании среду, уже проигнорированы. Естественно, что горожане, адекватно отвечают на внешнюю угрозу своим территориям, коллективно возражая против предлагаемых трансформаций, даже если таковые носят объективный характер. При этом наиболее активная часть местного сообщества стихийно объединяется, демонстрируя способность к самоорганизации. Таким образом формируются не только имеющие относительно короткую социальную жизнь инициативные группы различного масштаба, но и движения общегородского характера, активно влияющие на формирование общегородской проблемной повестки, в том числе и вне пределов поля конфликта, организационно породившего их.

Помимо непосредственных участников ГК, исследователи нередко выделяют так называемые «группы поддержки». К ним относятся те участники конфликтной ситуации, чьи интересы рассматриваемым градостроительным конфликтом затронуты в незначительной степени, либо не затронуты вовсе. Вот, например, что об этом пишет один из самых авторитетных российских специалистов в сфере градостроительных конфликтов Л.Н. Цой: «В последнее время все чаще градостроительный конфликт – это отголоски конфликтов между инвесторами по поводу земли. Здесь пускаются в ход СМИ, пропаганда, начинается информационная война, которая побуждает жителей выходить на улицы, протестовать, выступать против строительства. Если 10 лет назад действительно были конфликты между строителями, инвесторами и жителями, сегодня уже протесты жителей, очень часто только отголоски невидимой борьбы, иногда, политической. К тому же, в большинстве случае рационализировать градостроительный конфликт – понять против чего, как, на каких основаниях, сколько протестует граждан – порой невозможно. Чаще всего, те, кто протестует, на деле не знают, против чего они выступают, они просто никому не верят и опасаются худшего после строительства. Был случай, когда бабушку с плакатом, которая митинговала против стройки, спрашивали: что за стройка? почему она не довольна? Ответ был неожиданный: «заплатите мне, я другой плакат возьму». К тому же мы в течение месяца делали фотографии протестующих, оказалось, что это одни и те же лица».

ПРИЛОЖЕНИЕ V. Нейтрализация городских конфликтов

Власти и предприниматели редко бывают заинтересованы в разрешении городских конфликтов – это дороже и может серьезно нарушить первоначальные планы по освоению той или иной территории. Поэтому во всем мире заинтересованные в освоении того или иного спорного пространства лица предпочитают не решать проблему путем выработки компромисса, а нейтрализовывать ее. В таких ситуациях власть и бизнес вынуждены тратить значительные усилия на то, чтобы протестующие жители поддерживали ее, как говорится, «добровольно и с песнями» – не добившись решения спора в свою пользу, а просто приняв решение власти как устраивающую их данность.

В этом смысле нейтрализация является противоположностью коллаборативному планированию: решение о том или ином изменении городского пространство остается неизменным, а сам конфликт растворяется в бесконечных «экспертизах», разговорах, «документах» и т.д. Модель нейтрализации требует не независимого эксперта, а специалиста по пиар-технологиям, способного убедить жителей в том, что предлагаемое изменение его привычного пространство – именно то, о чем он давно мечтал. Ну а активных протестующих власть стремится маргинализовать, объявить неким отклонением от «нормальных людей», которые рады изменениям. Большинство методов, которыми пользуются при этом пиарщики, довольно просты и широко известны, но не становятся от этого менее действенными. В их числе обесценивание

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.