Олег Григорьев – Обгоняющий ветер (страница 8)

В следующее мгновение ноги подбросили его в воздух, и он, сделав сальто, приземлился в трёх шагах позади того места, куда его вынесло, а там одновременно высекли искры из камня два острых дротика. Боковым зрением он увидел в разных концах пещеры знакомых воинов, спутников Пиола, которые уже спускали тетиву луков. Словно в замедленной съёмке, стрелы лениво отрывались от тетивы, глядя на него лезвиями стальных острий. Иван позволил им медленно сползать с луков, а сам тем временем не спеша зашёл за спину стрелявшего слева воина, поднял руку и ударил стрелявшего ребром ладони чуть ниже шеи. Потом вернулся в нормальное течение времени. Стрелы звякнули о камень стен, а воин медленно упал к его ногам. Другой воин сбросил тогда своё оружие и скользящим шагом двинулся к противнику.

Невыносимо медленно он шёл. Иван успел выйти на середину зала и глядел, как его противник очень медленным и плавным движением метнул в него тяжёлый кинжал – и тот поплыл, вращаясь, прямо в середину груди. Иван, спокойно обойдя летящий нож, поймал его за рукоять левой рукой и, одновременно поймав кисть вытянутой руки нападавшего, слегка повернул её вверх и влево. Нормальное течение времени вернулось опять.

«Довольно!» – раздался звучный голос, и Пиол, появившись из центральной двери, выбросил руки вперёд и резко развёл их в стороны. Тогда Иван и его противник повернулись к нему лицом и склонили головы, приложив к груди левые руки, сжатые в кулак. Правая рука воина висела, как плеть, и он сразу же подхватил её правой. Поединок закончен.

– В чём дело, Пиол, разве так встречают Посвящённого жрецы Оузара? – спросил Иван на певучем и звучном языке Окронии. Пиол улыбнулся в ответ, а Иван вдруг увидел перед собой не могущественного жреца Ордена Оузара, а смертельно усталого старого человека.

Лёгкая, тёплая и удобная одежда пришлась Ивану как раз впору. Пиол жестом пригласил его снова занять места в центре зала. В его жестах было безграничное уважение. Уцелевший противник Ивана подошёл к своему товарищу и, придерживая повреждённую руку, встал возле него на одно колено, склонив голову. Пиол посмотрел в ту сторону.

– Вы сможете вернуть её, Асор? – обратился он к Ивану.

Это было легко. Иван мысленно отпустил какую-то верёвочку, и лежащий через мгновение, глубоко вздохнув, поднял голову.

– Тахеонный генератор, – проговорил Пиол.

– Да, – отозвался Иван.

Только сейчас до него дошёл смысл первого вопроса Пиола. Очнувшийся воин снял защитный шлем со своей головы, и Иван увидел лицо девушки. Он не смог бы в словах описать сразу её лицо, настолько оно поразило его своей одухотворённой силой, хотя глаза её были ещё подёрнуты дымкой недавнего шока.

– Это Урра, – сказал Пиол, – она тоже член Совета Девяти.

Иван почувствовал, что предпочёл бы, чтобы она была членом совета двух, одним из которых был бы он сам. Он подавил свою внезапную радость и, поклонившись ей, вышел вслед за Пиолом из Святилища.

Опять сияло заходящее светило, гро́зы безмолвно полыхали на горизонте, только вокруг была уже осень. Сколько же находился Иван в той странной неизвестности? Жах сидел рядом на скале. Иван весело помахал ему рукой, но птица гордо отвернулась от жеста привета.

– Он только что появился, – кивнул на птицу Пиол, – и поэтому я сразу поспешил к храму.

Они опять сидели с Пиолом на колкой сухой траве, на краю обрыва. Внизу, далеко под ногами шумел еле слышный прибой, перекатывая камни. Иван принял на себя второе имя – Асор легко и без напряжения, ведь с именем Иван его не связывали никакие воспоминания. Просто оно было более привычным. То, что он испытывал в данное время, можно было бы назвать лёгким радостным удивлением. Но всё-таки тут было другое. Это напоминало постепенное вспоминание будущего, которое уже было, неважно с кем – с ним или с кем-то другим. Так воспринял он и внезапную осень, и своё боевое искусство, и многое другое, что он начинал уже осознавать или только предчувствовал. Вот и сейчас в голове его медленно и необычайно чётко всплывали слова старинного манускрипта, считающегося у жрецов Оузара чем-то вроде Ветхого Завета:

«…и придёт к Хранилищу Трона один из высших жрецов Оузара и увидит там Пришедшего, одетого в одежду из трав и сидящего у входа. И будет с ним один из клангов, птиц-убийц, видящих далеко, который будет служить ему по своей воле, потому что много битв предстоит Пришедшему и птицу ждёт богатая добыча. Пришедший склонит голову перед Оузаром, и Вечный Трон откроется и откроет ему все тайные знания. И это будет началом конца Владык Смерти в Окронии, перед эпохой Мирного Труда и Благоденствия».

Манускрипт Тайного Пророчества

Ордену Оузара. III век Эры Восхождения»

Этим строкам уже тысячи лет. Пиол рассказал ему о Кланге, который сопровождал будущего Асора и которому он дал имя Жах. Кланги – это дикие птицы-убийцы, которые живут на скалах, поросших лесом, вдали от человеческого жилья. Кланги только убивают, никто и никогда не видел их приручёнными. Им всё равно, кто оказывается жертвой: животное, птица или человек. К тому же кланги обладают странным даром – предвидением будущего, что породило и продолжает порождать множество примет и суеверий. Свидетели нападений Кланга рассказывали о странной способности этой птицы передвигаться с очень высокой скоростью, подобно тени, или оказываться одновременно во многих местах. Поэтому Кланга невозможно было убить мечом, копьём или стрелой. Всё это странным образом сближало Асора и Кланга. Да, теперь он будет звать его Клангом, но пока видение будущего выражалось в точном знании и предчувствии самых ближайших событий. Вот и сейчас Асор не понимал, как можно спокойно продолжать сидеть здесь, когда через несколько часов начнётся такое, что… Знание опять пришло к нему. Это знал только Асор, и он должен был решать, а вовсе не Пиол. Верховный жрец был всего лишь только Верховным жрецом, знаний и умения которого уже катастрофически не хватало.

Интереснее всего было, когда на пути попадались планеты, населённые разумными существами. Сначала он просто рассматривал их, присматривался к их образу жизни, заботам и радостям. Но однажды он попытался представить себя одним из них, ощутить их движения, услышать окружающие звуки их ушами, надеть их одежды. И… он был ошеломлен, хотя знал заранее о такой своей способности! Он стал одним из них! Он был одет в короткую кожаную куртку и такие же штаны, крепящиеся к куртке короткими ремнями. С плоской вершины огромного камня, стоявшего посреди большой лесной поляны, он видел толпу суровых воинов, окаменевших в молчании. Потом вперёд вышел суровый седой старец, плотно обмотанный материей и похожий вследствие этого на мумию, отдал короткую команду, и к непрошеному гостю отовсюду бросились воины.

Лавина разнообразных звуков обрушилась со всех сторон. Он испугался, что навсегда превратился в аборигена, простого смертного, привязанного к поверхности его планеты. Рванувшись вверх, он опять оказался высоко над лесами и озёрами, свободный и бесконечный. Он вдруг сразу осознал, что на самом деле свободен и бессмертен, и ему было наплевать, остался ли он при этом человеком.

Существа, среди которых он появился и вдруг исчез, были потрясены. И он познал – и принял возможность свободной трансформации, жгучая радость опалила всё его существо, но возвращаться на Землю он не хотел…

Пиол сидел рядом с Асором и смотрел на грозовые облака, опоясавшие горизонт. Они уже сливались в сплошную чёрную ленту, окантованную ослепительной бахромой молний, пробивавших иногда её насквозь. И всё это – на фоне оглушающей тишины.

– Пиол, – проговорил Асор, встретив пристальный взгляд жреца. – Пора! Мы должны быстро уходить отсюда. С юга сюда движется смерть.

Пиол некоторое время молча смотрел на него, сдвинув брови, а потом Иван увидел, как жёсткое и бесстрастное выражение лица Пиола сгладилось. Пиол понял и принял: пришло Время Асора.

Четыре человека поднимались узкой тайной тропой рядом с очень крутой, почти вертикальной стеной, торопясь выйти на плоскогорье. Они спешили. Асор шёл впереди, следом шла Урра, за ней – Пиол, а замыкал шествие Безымянный воин.

Урра, глядя в спину шедшего впереди Асора, не знала, что и думать. Она не могла забыть того момента, когда увидела Пришедшего в первый раз. Он сидел, прислонившись к камню, похожий на персонажа скульптуры «Мудрец и Воин» в храме Восхода, а за его спиной, на уступе скалы, сидел Кланг, фатальная птица-убийца. И Урра тогда почувствовала, как у неё вспотела ладонь, сжимавшая дротик: ей представилось, как Кланг пикирует на незащищённого человека и бронированная лапа с когтями, охватив его голову, превращает её в кровавое месиво из мяса и костей. Но Кланг издал клич готовности к бою, а незнакомец просто повернул голову и спокойно посмотрел на них. Урра не могла забыть его взгляда. А потом, когда Пришедший исчез из храма и стена закрыла Трон, когда много дней они не знали, к чему всё это приведет, они не раз обсуждали с Пиолом все мелочи. Потом прибыл гонец из монастыря и сразу был послан с известием. Через четыре дня здесь, в Храме Оузара, состоялся Совет Девяти.

– Пиол не имел права активизировать Трон без согласия Совета! – бесновался Кроул, возглавляющий Круг Света по связям с государственной властью. – Доступ к Великим Знаниям мог получить преступник или шпион Великого Магистра. Совет должен лишить Пиола сана Верховного жреца и судить как преступника!