Олег Голиков – Рыбки в мутной воде (страница 9)
«С Лёшкой б-будет трудно…»
Это было последнее, что он запомнил из разрушившего его жизнь проклятого предновогоднего дня.
****
А Лёха…. Пребывая в полном восторге, Лёха совершенно счастливый ехал со своей подругой в чистеньком вагоне харьковского метрополитена, набитом весёлой предпраздничной толпой и пропитанном запахом свежей хвои. Крепко державшая его под руку Галя была бесконечно красива. Зардевшаяся от удовольствия и шипучего морозца девушка беспрестанно крутила головой по сторонам, время от времени, сверкая белоснежными зубами. А ещё она постоянно поворачивалась к Алёшке и, приподнявшись на цыпочки, нежно целовала его в холодную щёку. При каждом поцелуе сладкие ощущения наполняли молодое тело Туманова. И он, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не расцеловать любимую прямо здесь, только слегка покачивал головой и отрешённо улыбался.
В предвкушении главного праздника, народ вокруг одобрительно поглядывал на красивую молодую пару, а слегка подвыпивший седоусый дядька с маленькой ёлкой под мышкой, чем-то похожий на деда Мороза, только без бороды, даже тихо присвистнул от восхищения: «Во, блин, даёт молодёжь!». Ехать пришлось долго, с двумя пересадками. Примерно через час путешествия по городу, включая увлекательную поездку по новым станциям метро, под набирающим силу снегопадом они подошли к серому многоэтажному дому. Остановившись на минутку у подъезда, девушка возбуждающе прошептала Лёхе на ухо: «Это снова случится между нами, мой милый Капитан…. Как же я этого ждала!»
Квартира под номером сто два на шестом этаже была до краёв наполнена взбудораженной молодёжью. Миловидная хозяйка Лидочка – беспрерывно смеющееся миниатюрное создание, отворила новым гостям двери и, поцеловавшись с Галей, распахнула свои огромные серые глаза на Туманова:
– Ой, какой гарный парубок! И вы шо, прямо-таки из Ленинграда и до нас? А вот и вешалка – раздягайтесь!
Алексей не успел ответить, как весёлая дивчина схватила под руку его Галю, и исчезла вместе с ней за широкими двустворчатыми дверями, за которыми была слышна музыка, то и дело перекрываемая шумом разношёрстных голосов. Туманов поставил сумку в угол, неторопливо разделся и после некоторых усилий пристроил свою дутую куртку на трещавшей от пёстрой одежды хромоногой вешалке. Затем осторожно осмотрелся. Увиденное впечатляло. Отставному футбольному Капитану, проживающему в «главноинженерской» просторной квартире, просторная лидочкина прихожая показалась просто огромной. Импортные обои и хрустальные светильники-бра, массивные деревянные двери и красивый дубовый паркет, фантастически большой аквариум, чудом вошедший прямо в бетонную стенку – всё это наводило на мысль о неплохих доходах семьи, сумевшей «оторвать» себе в кооперативном доме такие царские хоромы.
Не найдя тапочек, Алексей осторожно заглянул на кухню, впечатляющие размеры которой после необъятной прихожей уже не вызвали особого удивления. На большом деревянном столе расположилось огромное блюдо с бесчисленными бутербродами с сыром, ветчиной и копчёной колбасой. Эту невыносимую кулинарную роскошь обступали небольшие симпатичные вазочки с маслинами двух сортов и с какими-то ещё совсем уж немыслимыми дефицитами. Повсюду, переливаясь в свете королевской люстры, мерцали пустые и полупустые хрустальные рюмки и бокалы. Несмотря на яркое освещение, возле высокого финского холодильника, горячо целовалась какая-то парочка. И Туманов, смутившись, осторожно прикрыл дверь. Внезапно брошенный своей возлюбленной в чужой квартире Лёха на миг почувствовал себя одиноким и никому не нужным. Но когда он заглянул в большое зеркало, занимавшее полстены в прихожей, и хищно ухмыльнулся своему отражению, в нём тут же взыграл азарт бессменного футбольного фаворита. И, пригладив непокорный вихор чёлки, Туманов уверенно распахнул перед собой двери в зал.
Несмотря на то, что до Нового года оставалось ещё часов пять, народ здесь праздновал и веселился вовсю ивановскую. К аромату импортных сигарет примешивался ещё какой-то странный незнакомый Лёхе запах, словно кто-то неподалёку поджёг копну с сеном. Стало ясно, что молодой народ на Украине гулял по-взрослому без особой осмотрительности на строгие запреты. В большом, светлом от множества огней помещении в дальнем углу, переливаясь маленькими лампочками, медленно вращалась красавица-ёлка, усеянная разноцветными змейками серпантина и густыми серебряными нитями разноцветного «дождика». Натянутые от углов комнаты к люстре гирлянды, были увиты натуральной хвоей, на которой, покачиваясь, висели какие-то незнакомые, наверняка импортные нарядные игрушки. Вся обстановка создавала впечатление какого-то шикарного детского утренника в далёком зарубежье, проводимого с капитальным состоятельным размахом. Гостей было человек пятнадцать, некоторые в детских дешёвых масках. И вся эта гудящая расписная ярмарка, выкрикивая английские слова знаменитой песни, дружно отплясывала под полузапрещённый «Чингизхан» – «Москоу! Москоу!»
На появление Алексея никто не обратил внимание. Внезапно исчезнувшей Гали среди танцующих не наблюдалось. И он, приподнявшись на цыпочки, начал осматриваться. Увидев знакомый силуэт на балконе, Туманов ловко продрался сквозь плотную толпу танцующей подвыпившей молодёжи. Возле самой двери на балкон, он почувствовал, как сзади его обвили женские руки, и, обернувшись, увидел перед собой высокую светловолосую девушку в вечернем платье с блёстками, которая крепко обняла его и плотоядно улыбалась полными яркими губами под полумаской лисички. Туманов хотел что-то сказать, но незнакомка, послав ему короткий воздушный поцелуй, расхохоталась и тут же улизнула прочь. Алексей, сам не зная почему, вдруг рассердился и сильно дёрнул за балконную ручку.
Галя была не одна. Рядом с ней стоял невысокий широкоплечий паренёк с комическими чёрными усиками под широким приплюснутым носом. Он недовольно зыркнул на вошедшего, и, повернувшись к девушке, которая растерянно заморгала глазами, процедил:
– Этот, что ли, твой гость?
Сделал шаг вперёд, Туманов спокойно приблизился к незнакомцу, мысленно прикидывая область первого удара. Его соперник, (а в том, что это обиженный соперник сомневаться не приходилось), нехорошо прищурил глаза и тоже слегка подался вперёд.
– Славик, не заводись! – Галя, неуверенно улыбнувшись Лёхе, положила свою ладошку на плечо недовольного парня, и примирительно добавила:
– Не стоит, мальчики, праздник портить. Лучше познакомьтесь, выпейте, там, и не ругайтесь…. А я ужас как танцевать хочу! Пока-пока – увидимся!
С этими словами «панночка» проскользнула между двумя насупившимися молодыми людьми, и пропала в тумане шумного зала. Крепыш Славик медленно полез во внутренний карман, и, пристально следя за Алексеем маленькими бульдожьими глазками, так же медленно извлёк пачку «Мальборо». Выбив из неё сигарету, он протянул её сопернику:
– Кури…
– Спасибо, у меня свои, – вежливо отозвался Туманов, и сделал шаг назад, словно примеряясь к одиннадцатиметровому штрафному.
Но ситуация неожиданно перестала быть тревожной. И приготовившийся было к неизбежному удару Лёха Капитан уверенно прикурил от протянутой позолоченной зажигалки свой питерский «Беломор» легендарной табачной фабрики Урицкого. С минуту соперники постояли в молчании, глубоко затягиваясь и пуская тугие струи дыма в приоткрытую балконную створку, из-за которой потягивало быстро крепчающим морозом. Лёха уже собрался просто выкинуть окурок и уйти по-английски, когда вдруг Славик заговорщицки приблизился к нему вплотную, и коротко кивнул на прикрытую балконную дверь:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.