Олег Герасимов – Восточные узоры (страница 59)
Мы едем в Пальмиру — древний город, расположенный в оазисе в Сирийской пустыне. Шоссе, построенное недавно с учетом последних достижений дорожной техники, уносит нас из оазиса Гута в пустыню. На границе двух миров видны развалины постоялого двора прямоугольной формы с мечетью. Видимо, здесь и раньше проходила дорога в восточные районы и в Пальмиру. Справа от шоссе идет железнодорожное полотно, слева — линия электропередачи. Железная дорога в то время строилась советскими специалистами и была еще не завершена. Ее общая протяженность должна составить 700 километров. Она свяжет порт Латакию с городом Камышлы, в районе которого открыты месторождения нефти. Надо сказать, что сирийцы предпочитают большие междугородние автобусы с кондиционерами и удобными самолетными креслами, Одна из фирм, ”Карнак”, создана государством с участием частного капитала, и билеты на автобусы этой фирмы нужно заказывать заблаговременно. ”Карнак” эксплуатирует автобусы японской фирмы ”Мицубиси”. Она зарегистрирована в Дамаске, а в Халебе (на севере Сирии) существует другая, уже частная фирма ”Зейтуни”, которая имеет 50 таких же автобусов, также курсирующих по всей стране.
Сирийская пустыня в мае уже пожелтела. Но это — пустыня не в нашем понимании, а скорее сухая степь, где можно выращивать зерновые культуры. Поэтому то тут, то там я вижу желтые заплаты полей. Рядом с ними — небольшие домики, построенные из больших серых кирпичей, и садики, отгороженные от полей стройными кипарисами. Некоторые обнесены глинобитными заборами, поэтому невольно напрашивается сравнение со Средней Азией.
Через час подъезжаем к развилке дорог. Здесь стоит традиционная будка полицейского, вокруг которой расселось несколько охранников — молодых парней в цивильной одежде с автоматами Калашникова.
Сразу после полицейского поста местность немного оживляется. Склоны невысоких холмов, сбегающих к дороге, покрыты еще не сжатыми ячменем и пшеницей. Небольшие стада овец бредут на водопой, пристроившись за бородатыми козлами. Пастухи восседают на небольших черных осликах. Вдалеке, у горизонта, видны несколько черных больших палаток и грузовик со смонтированной на ном буровой установкой. Вода в этой части Сирийской пустыни находится неглубоко, и поэтому здесь нередки обустроенные артезианские скважины.
Черные палатки кочевников, сшитые из вытканных на ткацких станках узких полотнищ, встречаются все чаще. Палатки принадлежат арабскому племени аназа, которое обитает и в Саудовской Аравии. Для кочевников не существует границ: они передвигаются в места, где больше воды и травы для скота.
Внезапно небо начинает темнеть, и через несколько минут мы въезжаем в темное облако пыли. Сильный ветер раскачивает автомашину, она скрипит всеми своими тягами и сцеплениями. Темное облако пыли исчезает так же внезапно, как появилось. Взору открываются фосфатные рудники, серая порода ссыпана в терриконики, у подножия которых валяются ржавые экскаваторы и автомашины. Еще несколько минут — и мы в оазисе, называемом по-арамейски Тадмор, а на-всех европейских языках — Пальмира. Действительно, вокруг много финиковых пальм, и название этого уголка сирийской земли вполне оправданно.
Пальмира отождествляется с именем царицы Зенобии, второй жены царя Одената, которая после гибели своего мужа в 267 году взвалила на себя бремя верховной власти. Она настолько хорошо вела государственные дела, что вскоре подчинила своему влиянию Египет и часть полуострова Малая Азия. Римская империя не могла смириться с экспансионистской политикой Зенобии. Хотя ее муж Оденат считался большим другом Рима и в его честь чеканились монеты, его жене такую дерзость не хотели прощать. В 272 году римский император Аврелиан начал войну против Зенобии, и в следующем году после продолжительной осады Пальмира была взята. Царица Зенобия попала в плен и была доставлена в Рим, где прошла в процессии почетных пленников. Ей была выделена не большая вилла на берегу Тибра, где она и закончила свои дни.
Расцвет Пальмиры относится к I–III столетиям. Три века благополучия и относительного спокойствия превратили караванную станцию в крупный центр торговли и ремесел с развитым орошаемым земледелием. Следы былого процветания видны и сегодня. Большая колоннада растянулась почти на тысячу метров. Здесь проходила главная улица шириной 11 метров, от которой отходили боковые 6-метровой ширины аллеи. Эта знаменитая колоннада Пальмиры описана во всех учебниках истории. Я брожу при заходе солнца по этой древней дороге, вдыхаю настоянный на степных травах воздух, трогаю рукой нагретые за день колонны из желтого песчаника и удивляюсь лепным капителям на колоннах. На некоторых колоннах были надписи, посвященные гражданам, пожертвовавшим наибольшие суммы денег на сооружение этой улицы.
В какой бы зарубежной поездке я ни бывал, я всегда стремился выкроить как можно больше времени для осмотра археологических памятников, стремился не пропустить ни одну историческую достопримечательность. Но мой интерес к этнической культуре арабских народов не сравним ни с чем. И я с нетерпением отправляюсь в музей Пальмиры, который можно назвать краеведческим.
Добротное двухэтажное здание современной архитектуры построено из пиленых песчаных глыб. На первом этаже музея помещен макет пещеры первобытного человека, которая была открыта американскими археологами в 1955 году в местечке Аджля, что в окрестностях Пальмиры. Здесь же собраны скребки из кремня, нуклеусы, наконечники копий и стрел. Но самые интересные для меня предметы находятся на втором этаже, куда я отправляюсь в сопровождении служителя музея Фавваза Муджахида, ставшего моим гидом.
Второй этаж разбит на две половины: в первой показана повседневная жизнь оседлых жителей, во второй — кочевников. Оседлые жители Пальмиры были в основном ремесленниками, и поэтому комнаты разделены по ремеслам, если не считать одной-двух комнат состоятельных горожан. Все экспонаты рассказывают о традиционной культуре арабов, которых не коснулось европейское влияние, и по времени относятся к началу XX века. Следы этой культуры, особенно в сирийской провинции, чувствуются и сегодня, и поэтому отрицать ее значение, забывать ее было бы опрометчиво и опасно. Свои корни нужно знать и уважать, ибо человек без роду, без племени, без традиций всегда и везде весьма уязвим.
Обход мы начали с комнаты, посвященной ковроткачеству и плетению циновок. Яркие тадморские ковры, циновки и изделия из пальмовых листьев — корзинки, туески, крышки, тарелки — очень красивы. В следующей комнате экспонируются изделия сапожного ремесла. Тадморские мужские сандалии именуются ”клашат”. К названию женских тапочек добавляется слово ”халебские”, по арабскому имени города Халеб, эта обувь так же называется и в других арабских странах.
Комната тадморского горожанина чрезвычайно интересна. Здесь много общих для народов этого региона предметов. Например, ”тагнур” — печь для выпечки хлеба, ”кыдр” — казанок, ”хаззаза” — детская люлька, наша керосиновая лампа со стеклом — ”шама дан”, т. е. ”длинная свеча”.
Вторая половина музея представляет жизнь кочевников. Экспонируется палатка с сидящими в ней обитателями, приводятся списки родословных лошадей и имен их владельцев, причем среди владельцев названы не отдельные лица, а живущие здесь племена и кланы племен.
Особенности Востока, и прежде всего мусульманского, сейчас уже признаются всеми. Меня, в частности, интересует племенная иерархия и обязанности шейха (главы) племени. Каждое племя состоит из родов, каждый из которых возглавляется уважаемым старейшиной — ”ваджих”. За тем идут простые члены племени и еще ниже — слуги. Шейх племени может быть выбранным и поэтому является ”мухтар” (”избранный”). Иногда шейх занимает свой пост и по наследству. Но в любом случае при плохом исполнении своих обязанностей шейх может быть смещен. А обязанностей у него более чем достаточно. Он регулирует отношения с другими племенами, объявляет войны и в случае победы делит добычу, женит и разводит своих соплеменников, собирает налоги, принимает гостей, объявляет время перехода на другое место и т.д.
Но, пожалуй, больше всего меня поразила скрупулезность, с которой арабы-кочевники хранят чистоту крови своих скакунов. Рассуждать об арабской породе лошадей, которая лежит в основе всех горячих пород, можно бесконечно долго. Я хочу лишь привести уникальный список лошадиных семей и их владельцев, зафиксированный в пальмирском краеведческом музее. Племя шаммар имеет лошадей ”джадреният” и ”саклавият”; племя мавали — только ”саклавият”, а племя тай — ”мулайхият”. Племена шаммар, мавали и тай живут в северной части Аравийского полуострова — в Ираке и Сирии, Самым богатым собственником по числу лошадиных пород оказалось племя рувайла, которое проживает в северо-восточной части Аравии и в Сирии и родственно племени аназа. Рувайла владело шестью лошадиными породами. Мой гид Фавваз не скрывал, что он происходит из племени аназа, и очень гордился своим родством с рувайла. По его словам, аназа разбивает 4,5 тыс. палаток по всей Сирии: в Хауране, в окрестностях Дамаска, Хомса и Пальмиры. Зимой они перебираются в Саудовскую Аравию. Если предположить, что в каждой палатке живут трое-пятеро человек, то всего в Сирии насчитывается 13–20 тыс. аназа.