Олег Филатов – Операция «Царский ковчег». Трилогия. Книга 3. Соединяя берега (страница 15)

Семья Филатовых – Ирина (38 лет), Ольга (40 лет), Олег (42 года) выглядела изможденной вечером в четверг. Исследования в отделении судебной медицины Хельсинского Университета начались утром в восьмом часу. После этого представители средств массовой информации, начиная с американской «Си-Эн-Эн», забросали их вопросами: на основании чего Филатовы считают себя детьми сына последнего царя, Алексея? Что рассказывал их отец? «Отец говорил отвлеченно, но никогда прямо не упоминал, что он сын царя. Представьте себе, что это могло бы повлечь за собой в Советском Союзе. Его бы посадили в психбольницу», – говорит руководитель маркетинговой службы петербургского радиозавода, Олег Филатов.

«Он боялся также, что могло бы произойти с нами, с детьми», рассказывает Олег Филатов, а сидящие рядом сестры, инженер-химик Ирина и искусствовед Ольга, кивают в знак согласия.

«Но об этом он не говорил напрямую, и мы пришли к такому выводу, в конце концов, на основании его рассказов в нашем детстве и тех шрамов, что у него были. Но он всегда подчеркивал, что нам нужно самим думать и сравнивать с тем, что заявляется официально».

По словам Филатовых, их отец рассказывал о том, что царская семья была казнена в 1918 году в Екатеринбурге. Отцу было тогда 14 лет. «Он рассказывал, как будто это произошло с каким-то третьим лицом. Но когда он рассказывал о том, как их заставляли опять лезть к краю, могилы штыками, он говорил о себе», вспоминают Филатовы. По словам детей, отец рассказывал о своей судьбе намеками. Однако на основании этого дети сделали вывод, что во время казни отец был ранен, но смог убежать, когда царская семья была в могиле. «У него на теле была рана от удара штыком, хотя он никогда не был на войне», добавляет Олег Филатов. В течение всей своей взрослой жизни отец носил имя Василий Ксенофонтович Филатов. «Он жил как обычный советский человек, по-другому в Советском Союзе было просто невозможно». Из-за работы отца-учителя Филатовы жили на окраине Советского Союза. Например, Олег родился в немецкоязычном районе в Оренбурге, что на Южном Урале, а сестры – в Вологде, в маленькой сибирской деревне. Василий Филатов умер 1988 году в Астрахани на берегу Волги. После переезда в Санкт-Петербург в 1983 году Олег Филатов начал выяснять судьбу отца только после его смерти. «Я просил даже провести официальные исследования, но их запрещали. Поэтому нам пришлось обратиться к таким людям, как, например, профессор Попов В. Л., которые проводят такие исследования как частные лица.

Все-таки поездка родственников в Финляндию для проведения исследований не была простой. Она бы не удалась без поддержки Русской Православной Церкви и частного фонда «Чернобыль».

«Однако профессор Попов В. Л. придерживался того мнения, что это исследование стоит осуществить», – продолжает Олег Филатов. «Проживающая в Германии в Штуттгарте наша сестра Надя Филатова Хертинг не смогла поехать в Финляндию». В октябре прошлого года брат и сестры побывали в Германии, где был изучен «ДНК», но исследований черепа проведено не было.

Ну, а если в результате исследований станет ясно, что отец Филатовых может быть царским престолонаследником? «На данном этапе мы не хотим пока определять свою позицию. Посмотрим сперва, что покажут исследования, ну а потом как-нибудь», говорят сестры и брат.

78-летняя мать Филатовых еще жива, она проживает в Санкт-Петербурге, где похоронен ее муж. «Человек всегда стремится быть похороненным там, где он родился», говорит Олег Филатов.

Подписи под фотографиями, опубликованные в газете гласили:

«Жители Санкт-Петербурга Ирина, Ольга и Олег Филатовы выглядели в четверг измученными. Им сделали рентгеновские снимки черепа, чтобы выяснить, являются ли они наследниками царской семьи, как им когда-то дал понять их отец». В газет были помещены фотографии с подписями:

«Царская семья перед революцией. Слева принцессы Ольга и Мария, царь Николай II, царица Александра, принцесса Анастасия, наследник престола Алексей и принцесса Татьяна».

Следующая статья в этой же газете называлась «Брат и сестры Филатовы побывали в Финляндии на исследованиях». В ней шла речь о том, что в соответствии с договором о сотрудничестве, финны провели запрошенные Попов В. Л. исследования, передали ему результаты и оставили ему свои комментарии. Первая часть договора уже выполнена. Трое Филатовых в октябре побывали в Хельсинки на исследованиях черепа и «ДНК». Результаты уже переданы профессору Попов В. Л.

Проблема заключается в том, что образцы, взятые у Филатовых, не с чем сравнивать. Так что Ранта надеется, что финские специалисты по судебной медицине весной побывают в России. «Мы готовы изучать, как найденные в Екатеринбурге кости, так и останки отца Филатова, если его могила в Астрахани будет вскрыта, на границе с Чечней».

У русских для этого нет денег. Попов В. Л. надеется на спонсорскую помощь из Финляндии.

Ранта не думает, что финны могут принести много нового в исследования костей. «Можем, тем не менее, гарантировать, что исследования будут проведены качественно. Затем останки можно будет задокументировать и захоронить. Теперь похороны отложены, по крайней мере, до февраля».

Финны хотят сфотографировать, сделать рентген и измерить кости из Екатеринбурга и кости отца Филатова, а также их черепа и снять с них образцы «ДНК». «Череп – это более надежный и безопасный источник взятия образцов „ДНК“, чем длинные кости, тем лучше, тем более что в екатеринбургских костях „ДНК“ осталось уже очень мало». Ранта хочет также сделать рентген, на котором были бы видны зубы мудрости дочерей. Они точнее показывают возраст, чем износ зубов. Ранта готова сотрудничать с теми лабораториями, которые уже изучали екатеринбургские останки. «Мы могли бы попросить у них, по крайней мере, сравнительный материал». Далее в статье, которую написала Катри Пелтола, излагался материал о Филатовых, которые проживают в Финляндии. Она называлась:

«Депутат Филатов «может быть» является родственником царю». В ней шла речь о том, что «род Филатовых также представлен в Финском парламенте. Депутат от социал-демократов Тарья Филатов, тем не менее, не знает, есть ли у нее какие-нибудь родственные связи с Филатовыми из Санкт-Петербурга.

«Депутат Тарья Филатов, являетесь ли Вы родственницей царя Николая II?»

«Все может быть. Не знаю, исследован ли этот вопрос. Наш род где-то лет двести назад переехал из Белоруссии поближе к границам Финляндии. Отцовский род, откуда мы получили фамилию Филатов, происходит из Нююрёля, откуда-то оттуда».

«Я не знаю, кто из проживающих в России Филатовых мог бы быть нам родственниками. Там все-таки очень много Филатовых». В вашем роду не проводились родовые исследования? Мы с отцом такого не делали. У меня такое впечатление, что кто-то что-то исследовал, но ничего более подробного по этому поводу я не знаю».

Ну, а возможная родственная связь с царской семьей, не является ли достаточной причиной для проведения исследования? «Ну, поэтому поводу я уже слышала усмешки» Пусть будет так. Наш род, говорят, был в слугах у царя. Не знаю, правда ли это, но пожилые люди полушутя рассказывают такие истории». Собираетесь ли вы заняться такими исследованиями? «Да, конечно, это было бы интересно. Надо только выяснить, проводил ли кто-нибудь такие исследования раньше. Отец наверняка знает». Таким образом, статьи, опубликованные в различных газетах, создавали положительный фон, в освещении самого начала процесса исследований, но в этом деле не обошлось и без ложки дегтя в бочку с мёдом. В процессе работы учёных у них нашлись и оппоненты. Так 19 декабря 1995 года в Куопио, где проходила часть исследований, связанная с попыткой идентификации Василия Филатова как Наследника Цесаревича Алексея Николаевича Романова отношение к группе исследователей было не однозначное. Один из сотрудников кафедры Ротовой Патологии, рентгенологии и судебной медицины адъюнкт Пертти Сайнио высказал свое несогласие с постановкой данной темы и возможности ее осуществления на базе Университета, и опубликовал критическую статью в газете «Савон Саномат» от 17 декабря 1995 года от имени Университета.

Своей публикацией он задел честь и достоинство членов группы, что привело к разбирательству с участием ректора. Господин Колмаков С. В. написал письмо в адрес ректора и самого Пертти Сайнио. Соответственно, в этой дискуссии постоянно упоминались имена членов семьи Филатовых, поскольку, так или иначе, наша семья являлась объектом исследований. Так господин Колмаков С. В. писал ректору Университета в Куопио, что он, ссылаясь на прилагаемую статью из газеты «Савон Саномат» обращается к нему с просьбой дать разъяснения на следующие вопросы:

1. «Является ли правдой, что “ У Университета Куопио. нет ни малейшей возможности помочь исследователям в разрешении судьбы последней царской семьи России».?

2. Был ли адъюнкт-профессор, Пертти Сайнио, уполномочен делать заявление для средств массовой информации от имени Университета (» У Университета Куопио, согласно заявлению профессора Пертти Сайнио, не имеет ни малейшей возможности помочь исследователям»? )

Далее он писал о том, что «…судьба последнего императора России царя Николая Второго и его семьи является до сих пор неразгаданным вопросом вне зависимости оттого, что сделаны многочисленные исследования для разъяснения дела (даже исследования по ДНК). В связи с особенностями дела в кругах историков, судебно-медицинских экспертов и судебных следователей это дело считается «самым мистическим преступлением века». До сих пор не решен вопрос о том, чьи останки были найдены в могиле расположенной недалеко от Екатеринбурга. Подтверждением этому является постановление Святейшего Синода Русской Православной Церкви, которое (высший церковный орган) не согласуется с решением о принадлежности останков царской семье Романовых и то, что захоронение останков было отложено.