Олег Филатов – Операция «Царский ковчег». Трилогия. Книга 2. Символ веры (страница 4)

Рутинная работа захватила Алексиса полностью. Германия разворачивала свою промышленность и всё население на войну. Не проходило и дня, чтобы он мог не услышать призыва к разгрому евреев, коммунистов и прочих лиц. К этому времени начала складываться система концлагерей. Всё шло к новой большой войне, 2-ой мировой.

Вскоре Алексис воочию смог убедиться и имел полное представление о будущем Германии. Он ознакомился с творением лидера будущей Германии и с тем, какую роль он отводил России. Россия должна быть уничтожена. До сих пор отношения Германии и России строились на послераппальских соглашениях 1926 и 1931 годов. Эти соглашения поддерживали крупные финансово-экономические группы, в том числе и электротехнический концерн АЭГ, которым руководил господин Ратенау. Газета «Фоссише Цайтунг» также опубликовала информацию на эту тему. В МИДе осведомлённые лица поговаривали о том, что ещё 4 февраля 1930 года в Лондоне прошли переговоры. А сами истоки этих отношений начались с секретного сговора, который происходил в Лондоне ещё в июне 1926 года. Так пункт №1 повестки дня этих переговоров гласил: «Государства Европы и большевизм». В конце этого пункта значилось: «Большевизм должен быть ликвидирован». Второй пункт этой повестки гласил: «Интересы Европы на Ближнем Востоке». Заключался он выводом, что Германия и Англия заинтересованы в том, что панславизм должен быть ограничен и что они также заинтересованы в освоении экономического пространства. Выделялся Кавказ, который необходимо будет освободить от большевиков и, соответственно, Германия вместе с Англией должны будут заняться освоением экономического пространства и встать на пути большевизма, дабы он не смог распространиться на Турцию, Персию и Индию. И уже в 1933 году промышленные круги Германии переориентировались с сотрудничества с Россией, на подготовку к войне с нею.

Всё это меняло многое в судьбе Алексиса. Он понимал, что Германия, проигравшая 1-ю мировую войну, не смогла успокоиться и решила взять реванш. Так оно и произошло. В 1936 году войска Гитлера вступили в демилитаризованную Рейнскую зону, а за год до этого в стране был введён закон о всеобщей воинской повинности. Естественно, с самого начала было ясно, что фюрер не сможет удовлетвориться лишь Рейнской областью. Кроме того, он вывел Германию из Лиги наций и отказался от участия в конференции по разоружению.

Когда жизнь, казалось бы, наладилась, Алексису пришлось пережить своеобразное перевоплощение своей сути, души. Фашизм нёс миру необычайное варварство, то, что в голове нормального человека никак не могло уложиться. Алексис понимал, что фашизм будет проклят человечеством. Вся история Германии, её культура, искусство превращались наци в обыкновенные кальки с представлений о них главных наци. Основной мыслью была мысль – «Германия превыше всего». И эта мысль внушалась в головы бюргеров и со временем стала иметь главное значение в их жизни. Алексису пришлось приобретать навыки, привычки бюргеров перенимать оценку неких событий, о которых часто вели беседы и его коллеги по ведомству. Философствовать было некогда, фюрер требовал действий и притом решительных. Страна как в лихорадке производила военную технику, форму для солдат и матросов, тыловые учреждения также готовились к продвижению на Восток. Руководство МИДа знало о его происхождении, знало, что он из России. И решило, что кому как не ему давать консультации по России. Некоторое время его не приобщали к русским делам. Но вот как-то в один из дней руководителя отдела, где работал Алексис, вызвали наверх. Вернулся он в возбуждённом состоянии и одновремённо с этим он выглядел очень важным. Ему предстояло сообщить Алексису о принятом решении, перевести его в Русский или как его называли коллеги Восточный отдел, другие Европейским. Алексис воспринял новость сдержанно, как и полагалось это настоящему немцу. Теперь ему предстояло бывать в разных учреждениях, связанных с подготовкой натиска на Восток и познакомиться с тем, что же представляет собой этот натиск на Восток. На следующее утро Алексис пришёл на работу и направился в приёмную начальника Восточного отдела. Вскоре секретарь вызвал его.

– Вас ждёт господин Заукель, прошу. – Произнёс секретарь, обращаясь к Алексису.

– Благодарю Вас. – Ответил Алексис. Войдя в кабинет, он поприветствовал господина Заукеля.

– Добрый день господин Заукель.

– А Алексис, прошу, садитесь. – Произнёс Заукель. – Кофе, сигарету?

– Нет, спасибо.

Алексис отметил для себя, что, несмотря на свой возраст, Заукель был ещё стройным человеком с выхоленным, круглым, чуть покрасневшим лицом. Глаза его были голубыми, под ними были мешки. «Видимо они у него от усталости». – Подумал Алексис.

– Мне о вас рассказывала госпожа Ламздорф. Кажется, она упоминала, что Ваша матушка была в добрых отношениях с графом фон дер Шуленбургом?

– Вы совершенно правы, господин Заукель?

– Как Вам Берлин?

– Потрясает, господин Заукель.

– Господин Заукель, скажите, как Вы думаете меня использовать?

– Учитывая Ваше происхождение, и то, что у Вас такие покровители, я думаю для начала в качестве чиновника по особым поручениям. Получать задания будете от меня или моего сотрудника Генриха Шмидта.

– Готов служить Великой Германии!

– Но это лишнее Алексис, можно я так буду Вас называть? Это всё-таки будет по-немецки.

– Придётся много ездить. Но я думаю Вам это понравиться, ездить-то придётся по Европе. Вы ещё молоды и, конечно, Вам надо набираться опыта, впечатлений. Ну, а теперь пообщайтесь с Генрихом, съездите в город. Он Вам кое-что покажет и расскажет. Всего хорошего. Алексис и Генрих сели в «мерседес» и поехали сначала через «Александрплатц», затем заехали на главпочтамт, зашли в здание ратуши, где, как оказалось, у Генриха были свои дела. К вечеру Алексис пригласил Генриха поужинать. Так Алексис, как теперь его величали, сделал свои первые шаги на новом поприще. Вечер Генриху понравился. Он поблагодарил Алексиса за ужин и в свою очередь обещал ответить тем же. На следующий день Алексиса отправили в командировку. Сборы были недолги. Он выехал в машине по бетонке по направлению к городу Дрезден. Наконец-то он получил возможность отвлечься от работы и, честно говоря, он уже устал от большого города, и ему хотелось хоть на пару дней уехать от начальства. Автострада ложилась и ложилась под шины авто, словно ей не было конца. Отправившись в долину рек и замков, он рассчитывал попасть в Южную Саксонию, а именно, в Дрезден, к обеду, а, пообедав продолжить путь дальше.

ГЛАВА II

Она бежала как живой движущийся экран, на котором располагалась карта местности. Через четыре часа он въехал в город. Пообедав в одном из ресторанов, он заехал в Бюргермагистрат. В Городской совет он передал пакет, а оттуда отправился в сторону Дипольсвальдэ. Здесь он остановился в замке, который располагался рядом с городком. Это было небольшое здание, которое по своей архитектуре относилось к 18 веку. «Дрезден посмотрю на обратном пути», – решил Алексис. Проведя ночь в покоях, отведённых ему хозяином, он отправился в долину замков. Скорее за город, на реку, в лес, на воздух. Руководитель рекомендовал ему посетить замок Кёнигштейн – Королевский камень. Господин Заукель объяснил ему, что с его стен он сможет увидеть всю долину, через которую течёт Эльба. И вот его машина въехала через огромные ворота, с нависавшей над ней металлической решёткой, на территорию замка. Поднявшись наверх, он попал на площадку, с которой действительно была видна панорама долины. Река Эльба тонкой голубой лентой пересекала долину, по ней шли пароходы. По всей долине были видны замки. Их силуэты как бы делили её на сектора обороны. Рядом с замком расположились скалы. «Мрачновато», – размышлял Алексис. Эта обстановка должна, видимо, подчёркивать величие нации, её могущество и, конечно, таинственность всего немецкого. Закусив, чем Бог послал, Алексис отправился в обратный путь. По дороге в Дрезден, проезжая по горной местности, сплошь усеянной яблоневыми садами, он обратил внимание на производственные строения, высившиеся над этими садами. Это были шахты. Вскоре Алексису стало известно, что здесь на границе с Чехословакией, немецкие инженеры и геологи проводят изыскания, направленные на поиск урана. Он взял себе эту информацию на заметку. В Дрездене он посетил дворец Цвингер, который построил архитектор Пёппельман, это был всемирно известный памятник архитектуры 1711 – 1722 годов.

В Дрезденской картинной галереи, основанной в 1560 году, он долго наслаждался творениями Рафаэля, Джорджоне, Альбрехта Дюрера, Яна Вермеера. Всё это впечатлило его. «Но что ждёт творения мастеров, если разразиться война? – задавал он себе вопрос, – что будет с Германией?» Вернулся он Берлин 1-го августа 1934 года. Доложив Заукелю, о том, что задание выполнено, и по случаю приезда он приглашает его отобедать. Тот с благодарностью принял предложение. Алексис заказал бутылку бордо, коньяка, две бутылки фруктового ликёра и бутылку шоколадного. Алексису уже была известна слабость Заукеля – любовь к зелёному змию, а также форель, курицу по-французски с картофельным гарниром и салат. Обед проходил в отдельном кабинете. Алексис пил мало, в основном ел, но не забывал, чтобы бокал Заукеля был полным. Через некоторое время тот осовел. Разговор шёл о стратегии фюрера в дипломатии, которую он проводил по отношению к Восточным странам. Алексис уже не первый раз слышал об этом, но не только от него. Было понятно, Германия не остановится на присоединении ряда территорий, находящихся на её границах. Они необходимы были Гитлеру как плацдарм для ввода войск, откуда он, и начнёт свой поход на Восток, где находится необходимое жизненное пространство для развития немецкой нации сверхчеловеков.