Олег Филатов – Операция «Царский ковчег». Трилогия. Книга 2. Символ веры (страница 6)

А в 1935 году трудами Йоахима фон Риббентропа между Германией и Англией было подписано морское соглашение, по которому Германия вопреки Версальскому договору, разрешалось строить большой флот. В этом году Гитлер назначил Риббентропа на пост посла Германии в Англии. Его авторитет рос и он ещё в 1933 году получил чин штандартенфюрера СС, а в1935 году – бригадефюрера, а далее в 1936 году – группенфюрера. А позже в 1940 году – обергруппенфюрера и был зачислен в состав дивизии «Тотенкопф».

Алексис постоянно думал о том, каким образом он сможет оказать помощь России. Ведь его взгляды не соответствовали тем убеждениям, которые господствовали в его стране, но он явно видел и понимал, что нёс нацизм миру. И своей целью он поставил – попасть в Москву в составе посольства Германии.

Но сделать это надо сейчас. Но как? И он вспомнил ещё раз о том, что господин Шуленбург дружил с Александрой Фёдоровной и, следовательно, ему оставалось найти ход к нему. И вскоре случай представился. Как-то на одном из приёмов в МИДе, он, как и другие сотрудники, имеющие отношение к Восточному отделу, общались между собой, вели беседы, как вдруг Заукель подвёл к ним седого пожилого господина, которого и представил как графа Шуленбурга. Шуленбург стал рассказывать о том, что Восток – это непознанная и сложная для познания сторона света и самая большая её часть – это Россия.

– Да, господа дипломаты – я могу Вам сказать, что я знал семью императора и лично был знаком с её Величеством Александрой Фёдоровной, которая, как известно, было немкой. И он, обратив внимание на Алексиса, сказал:

– Вы, наверное, молодой человек были бы очень похожи на её сына. Да! Но, к сожалению, история очень несправедливо отнеслась к этой семье. Но Вы, очень, очень походите на Цесаревича. Я думаю, что мы с Вами поговорим о России позже. Мне говорили, что вы оттуда?

– Да, господин Шуленбург я оттуда, и смею вас заверить, что имею к этой семье отношение.

– Хорошо, молодой человек, в таком случае я Вас жду завтра у себя в 18 часов вечера. Вот моя визитка.

Граф откланялся. Алексис думал о том, что ему делать в создавшейся ситуации: радоваться или печалиться? Что принесет ему это знакомство? Но он представил себе, что его персоной Шуленбург мог интересоваться и ранее, поэтому, скорее всего, он навёл о нём справки. «Ну, что же чему быть – тому не миновать», – отметил для себя Алексис. На следующий день 22 января 1935 года ровно в 18.00, он подъехал на Фридрихштрассе. Особняк Шуленбурга бы исполнен в стиле ампир. Слуга провёл его в холл, поднявшись по лестнице наверх, он вошёл в кабинет Шуленбурга.

Этот кабинет, куда он вошёл, был приспособлен не только для работы, но и для приёмов и совещаний. На стенах были развешены картины европейских художников, в том числе и Рембрандта, вдоль стен стояли вазы, на полу лежал персидский ковёр. Обстановка нисколько его не удивила. Алексису было, с чем сравнивать. За свою жизнь он видел разные дома и кабинеты, оформленные как в английском, так и во французском стиле. Ему хорошо было известно, что дом, оформленный в английском стиле, обычно имел в столовой чиппендейловские стулья, а старинные гравюры и непременные академические портреты, пресные, как дистиллированная вода, подчёркивали типично английскую обстановку, как и гостиные с картинами Рейнольдса, Гейнсборо и мебель викторианской эпохи. Во Франции же ему приходилось видеть в домах особо знатных особ: в столовой – массивный обеденный стол с кручеными ножками, стулья, обитые кожей, – еще времени Людовика XIII; на стенах пейзажи Коро или другого мастера воздуха и светотени. В гостиной – мебель в стиле Людовика XV, за исключением часов в стиле Людовика XVII. В кабинете, двойные двери которого вели в спальню, – обюсоновский ковер, письменный стол времен первой империи… Здесь же вся обстановка имела оттенок немецкого стиля.

Граф Шуленбург внимательно разглядывал Алексиса. Сидя в глубоком кресле слева от двухтумбового стола, он вдруг увидел свою фотографию, на которой он был изображён рядом с матерью. Фотография стояла у графа на столе. Это была работа Карла Буллы 1913 года. На нём была матроска, волосы коротко подстрижены. Мама сидела рядом в кресле, в её руках было жемчужное ожерелье. Граф обратил внимание на то, как Алексис внимательно рассматривает фото и тактично, обращаясь к нему, сказал:

– Да, молодой человек, Вы очень похожи на этого мальчика. Я готов помочь Вам вернуться в Россию. Алексис посмотрел внимательно на графа и сказал:

– Благодарю Вас, но там меня никто не ждёт, а если и ждёт, то только Сибирь.

– Вы меня не поняли. Сейчас идёт формирование новых структур МИДа, в связи с новыми направлениями в политике рейха, смею Вас заверить, что, такие как Вы, понадобятся господину Риббентропу.

– Прошу прощения, господин граф, господину Нейрату.

– Нет, нет, Алексис, господину бригадефюреру Йоахиму фон Риббентропу. Без него Гитлер, как без рук. Вы пока просто не знаете, как обстоят дела. Да, сейчас он выполняет функцию посла в Англии. Но я Вам скажу, что, учитывая, что главное направление – Восток, он будет вести все дела. Сейчас он не получает довольствие от рейха, у него свой бизнес, виноторговый, но фюрер подарит ему пост рейхсминистра. Я знаю, что Вы одиноки в Берлине. Приходите ко мне, я буду рад Вас видеть, и мы поговорим подробно о вашем будущем, ведь Вы, кроме того, не бедный человек и мы сможем обсудить, куда Вам вложить Ваши капиталы. Всего хорошего. А сейчас я вынужден Вас покинуть. Дела.

Алексис вернулся к себе, почитал газеты, и лёг спать. Утром, он как обычно, пришёл за 15 минут до начала рабочего дня и в первую очередь ознакомился с документами. К 9 часам его вдруг вызвал к себе Заукель и сразу определил новое задание.

– Вам необходимо просмотреть всё, касающееся торгово-экономических отношений Германии и России за последний год. Подготовьте справку. Затем получите новое указание. Документы имеются в библиотеке. Алексис просмотрел документы, соглашения между Германией и Россией и составил справку. Собственно говоря, он понимал, что это больше было необходимо шефу, с которым, видимо, уже провёл беседу граф Шуленбург, для того чтобы определить его способности, о которых он и так имел представление.

Торговые отношения желали быть лучшими. В основном, в промышленных объёмах торговали зерном, строили заводы, достраивали корабли в Германии и отправляли их в Россию. Но, главное, о чём Алексис сделал вывод, было то, что таковые необходимо развивать, ибо на рынке пустующее место может быть тут же занято фирмами из других стран. Так поступила Италия. Тогда в конце 20-х годов в Италии был голод, и Итальянское правительство обменяло на зерно из России – торпеды, приборы управление стрельбой и универсальные 100 мм спаренные установки. Эти установки были впоследствии смонтированы на крейсере «Красный Кавказ». После этого Алексис приступил к выполнению своих обычных обязанностей: анализировал статьи, печатавшихся в европейской прессе, развозил пакеты, встречал на вокзалах людей и размещал их в гостиницы. Но вот как-то летом его вызвал к себе Заукель и попросил подъехать к графу Шуленбургу. Граф встретил его в домике в аристократическом районе Берлина. Это даже был не домик, а двухэтажный особняк. Погода стояла прекрасная, и граф предложил побеседовать в саду. Алексис согласился. Они сели за столик. Граф предложил чая. Алексис с удовольствием принял это предложение. Отпив глоток чая, Шуленбург, обращаясь к нему, сказал:

– Молодой человек, я, знаете ли, долго живу, и многое повидал на белом свете, а вот помощников у меня по такой стране как Россия мало. Знаете, у наших военных атташе, у них, у современных, взгляды новые, мысли скорые, а выводы и тем более. Ну, вот, а Вы, можно сказать, «русак», вот я и подумал и решил перевести Вас к себе. Забрать Вас у Заукеля, честно говоря, меня об этом просили ваши родственники, в том смысле, что я должен позаботиться о Вас. А то, знаете ли, призовут в армию, отправят на фронт, а где мы специалистов наберём. Как Вы на это смотрите? Будете специализироваться по России.

– Я польщён, господин граф Вашим вниманием к моей скромной персоне, но я не хочу прослыть человеком, который укрывается от исполнения воинского долга и службы в рядах армии.

– Алексис, Вы должны понять, что для борьбы с большевизмом нужны знания, а знания просто винтовки или устройства пушки это не для Вас. Вы нужны Рейху на передовой, но другого фронта, невидимого. Поймите, Вы же можете просто служить, не участвуя в будущих боевых столкновениях со своим народом. Да и какой это народ, который предал своего царя. А мы немцы отомстим за это. Фюрер этого хочет. Алексис оторопел, внутри у него всё сжалось. «О чём это он?» Но вида не подал. А немного подумав. Сказал:

– Господин граф, я готов служить Родине на любом участке, куда меня поставят.

– Вот и хорошо, договорились. Так, значит, а теперь можете отправиться к Вере Константиновне в Лейпциг, на недельку, а затем, милости просим, как это говорят в России, в подразделение графа Шуленбурга. Вот так и началась служба Алексиса под началом графа Шуленбурга.

Тётя Вера обрадовалась, встретив племянника.