Олег Ермаков – Голубиная книга анархиста (страница 24)

Валя растерянно глядела на него.

– А русский? – спрашивал Вася.

Она развела руками.

– Как еще тебя Обло-Лаяй не схватило за шкирку?.. Не переживай, Вальчонок, у меня тоже бумажки нет, вот, только рулон стыренный с нашими снами. И нам нужна лишь лодка. Это наше паспортное средство, хыхы-хы-хы…

– А Мюсляю паспорт не дадут для заграницы? – спросила Валя.

– Да у него, наверное, тоже нет никакого документа? Кто ж ему даст заграничный.

– А по реке он может?

– Откуда он узнает? Рек много. И дорог тоже.

Еще через два дня в полях запели

Еще через два дня в полях запели, зажурчали жаворонки. Эдик целыми днями готовил технику, ходил по уши в мазуте, как черт. Иногда они с Борисом Юрьевичем забивали новозеландцев, и те висели вниз ушами, истекая кровью, – чем бескровнее крольчатина, тем лучше, – на перекладине между шедами. Валя тогда вообще к шедам не приближалась. Борис Юрьевич сердился и грозил ее уволить за прогулы. Но Вася старался в такие дни, работал за двоих. Он снимал мертвых новозеландцев, и Эдик вместе с Борисом Юрьевичем ловко и быстро обдирали их и свежевали. И потом Борис Юрьевич отвозил на стареньком джипе с крытым кузовом тушки в город. Некоторые заказчики сами приезжали, и тогда Эдик демонстрировал свое искусство, если заказчики не возражали. Кроме французского способа, у него были методы такие: колотушкой по затылку, американский – электричеством: тонкий металлический штырь вводят в ягодичную мышцу, а другой втыкают в височную область, – штекер в розетку, и все готово; перелом шеи; воздушный способ: большим шприцем запустить в вену уха порцию воздуха.

Наконец Вася спросил у Бориса Юрьевича про зарплату.

– Да вы же на полном здесь обеспечении, – ответил Борис Юрьевич. – Васильевна разве плохо вас кормит?

Вася насупился.

– Да нет, шучу, – сказал Борис Юрьевич. – Все как обещано. Пять?

Вася кивнул.

– Иди к Светлане, она выдаст.

– А Вале?

– Ну и ей, разумеется… Три тысячи пятьсот.

– Почему?

– Штрафы за прогулы.

– Но… я же за двоих работал, – пробормотал Вася.

– Иди и не спорь, – внушительно ответил Борис Юрьевич.

Вася отправился к дому. Снова на него тяжко лаял пес. Появилась молодая женщина в клетчатой рубашке и джинсах и спросила, что ему нужно. Он объяснил.

– Сколько? – спросила она.

Вася ответил. Женщина повернулась, собираясь уйти, но вдруг остановилась и устремила взгляд синих глаз на Васю в брезентовой робе, большой вязаной шапке.

– Но почему не десять? Вас же двое?

Вася замялся.

– Ну, ей урезали…

– За что?

– За прогулы. Хотя они и вынужденные, проклятье.

– В смысле?

Вася растолковал, что к чему.

– Вот как? Хм… – откликнулась женщина и ушла.

Вернулась она очень быстро с тысячными купюрами и, отдавая, сказала, что сама не может этого терпеть. Вася поднял глаза на нее.

– Пересчитайте, – велела она.

Вася посчитал, было десять бумажек. Он снова возвел глаза на женщину.

– Но…

– Все в порядке. Финансовый директор здесь я, – сказала она и закрыла дверь.

Вася пришел в вагончик и бросил на стол деньги.

– Вот, – сказал он.

Валя посмотрела на деньги.

– Ого, скоко…

– Да копейки на самом деле, – возразил Вася.

Валя брала бумажки и с улыбкой их рассматривала.

– Ой, нет… Это же прям зарплата. Оклад, – говорила она с восхищением. – Я никогда не получала.

– Да ну?.. Что, сразу на паперть после школы?

– Ну не после, но… – Валя замялась и не стала продолжать.

– Говори спасибо его женке, сам-то он назначил тебе штрафы, а она отменила.

– Давай купим вторую мобиблу, – сказала Валя.

– Зачем?

– Чтобы и я могла фоткать сны.

Вася глядел на нее. Глаза у Вали лучились.

– Нам надо купить лодку, продукты, – сказал он. – Сапоги.

– Зонтик, – откликнулась Валя. – И тебе, и мне.

– Зонтики?.. Хыхыхы-хых, – просмеялся Вася.

– Ну как дождь пойдет? Где на лодке спрячешься?

– Да рулоном укроемся.

– А сны расплывутся? Ты же записываешь.

– Так сверху еще и пленкой можно. Дешево и надежно. Надо составить список. – Вася очистил новый клочок на рулоне и оторвал его, уселся за стол, взял ручку. – Первое…

– Сигареты, – сказала Валя.

Вася пристукнул кулаком по столу.

– Еще чего! Мы будем дышать волей полной грудью, а не дерьмом, заразой.

Валя хихикнула и ответила, что не сказала бы, будто у Фасечки грудь полная, – скорее впалая.

– Это потому, что здесь мне дышать нечем, – ответил Вася и решительно записал пункт первый: – Лодка. Пункт второй…

– Лампа, – подсказала Валя.