Олег Дивов – Мертвая зона (страница 63)
Минут через пять рация включилась снова.
– Эй, ты, герой-любовник, – сказала Вик как ни в чем не бывало. – Твои многочисленные друзья уже сообщили тебе, что у нас случилось ночью?
– У меня здесь нет друзей кроме тебя.
– Хм… Как трогательно, прямо разрыдаюсь сейчас. Ну так ты в курсе?
Леха помедлил и решил: Вик точно не заслужила, чтобы он врал ей. И будь что будет.
– Если я правильно тебя понял – да, в курсе.
– От кого знаешь? – тут же спросила Вик.
– Этот человек совершенно ни при чем, он только наблюдатель.
– Убью, – сказала Вик.
Леха счел за лучшее промолчать.
– Всех убью! Думали, если я тихая-мирная и никого не трогаю, можно тут шпионить как… Как у себя дома?! Совсем обнаглели, лазают по моему городу… Чего молчишь?!
– Я очень сожалею, – пробормотал Леха.
– Сожалеет он! Погоди, вот я до тебя доберусь, ты не только сожалеть, ты еще… Многому научишься!
– Очень жду, – честно сказал Леха.
– Как мило с твоей стороны! Думаешь, что-то изменилось? Если кто-то думает, будто что-то изменилось, его ждет глубокое разочарование. Все под контролем.
– Ну так это хорошо… Наверное.
– Да это прекрасно, я сэкономлю пехоту для настоящей последней битвы. А сегодня у нас рутинный тест системы. С выносом гробов под фейерверк. Так и передай своей дуре.
– Ничего я не могу передать никому… – начал было Леха, прикидывая, для кого на самом деле говорится столько лишнего по открытому каналу.
И осекся: а если это не спектакль?
А если Вик действительно в бешенстве?
Мало ли что она способна отмочить. Как припрется с гаечным ключом…
Но по-настоящему дурно ему стало от мысли, что он будет рад ее видеть.
Тут Леха окончательно растерялся.
– Вперед, недоумки! – провозгласила Вик. – Будет шоу первый сорт! Эти двадцать китайских игрушек… Пусть заходят смело, в зоне все по-честному. Лично я пальцем не пошевелю, не трону резервы, вообще ни во что не собираюсь вмешиваться. Чистая красивая игра – роботы против людей. Никакого подвоха. Ты ей так и передай.
– Ничего я не передам, у меня нет с ней связи!
– Роботы против людей, – повторила Вик. – Знаешь, чем лучше я узнавала людей, тем больше любила роботов. И здесь я надеялась, что все сделала для них правильно. Так, чтобы они могли достойно отыграть свою роль без моей помощи. А теперь… Ну это же нечестно!
– Военная хитрость, обычная тактика людей против людей же.
– С роботами это подлость, а не хитрость! Пакостное и мелочное предательство. Еще одно предательство в Абудже, эка невидаль. И вроде я не виновата… Но я виновата!!!
– Ты не виновата! – воскликнул Леха.
– Ты не понимаешь, – сказала Вик горько. – Здесь много было всякого, ну, я тебе говорила… Думала, меня удивить уже нечем. Но это предательство – самое гадкое, и я его не прощу ни себе, ни остальным. Молись, чтобы я не подумала, будто ты в нем замешан хоть мизинцем.
– Ты не виновата, – повторил Леха.
– Перестань. Мне нельзя было расслабляться, нельзя было успокаиваться! Роботы не умеют врать и поэтому сами беззащитны перед обманом. А я их бросила. Все равно что детей оставить наедине с хищником.
– Чем я могу помочь?
– Да пошел ты к черту, добренький, – сказала Вик. – Меня от тебя уже тошнит. Все такие хорошие, одна я дерьма кусок! Ненавижу!
И отключилась.
Он позвал Гейба и вернул ему рацию.
Настроение было – хоть вешайся. Провалявшись еще полчаса, тупо глядя в потолок, Леха вспомнил про аптечку в рюкзаке. Нашел там снотворное, проглотил пару таблеток, завернулся в одеяло и мягко отчалил в забытье.
Когда начали стрелять, он решил, что ему это снится. Можно было выбежать на крыльцо и прислушаться, а можно укрыться одеялом с головой. Тут вдалеке жахнула Йоба, и Леха накрыл голову подушкой.
Очнулся он от пристального взгляда и сначала испугался, что приперлась Великая Мать по его душу, со свитой из юных жриц и гаечным ключом. Но на кровати сидел Смит. Грустный, серый, будто присыпанный мелкой пылью.
Доброй ночи, сказал Смит. Хотя ничего в ней доброго, все пошло по худшему варианту. Ты не представляешь, что творится в интернете. Кто-то слил туда документальный фильм «Битва Головорезов», с идеологической накачкой, соответствующей названию, и полным раскладом по конфликту в Абудже. Расклад, естественно, подан как запредельно гнилой, никогда еще наемники не выглядели такими сволочами. Уж на что у меня нет иллюзий – кажется, сам бы себя вздернул на первом фонаре. У фильма уже четверть миллиарда просмотров, а завтра будет миллиард. Новостные сайты буквально визжат и ломятся от комментариев, в которые страшно заглядывать. Между делом, Абуджа теперь самый популярный город Земли и заодно самый закрытый. АТР объявило в проектной зоне режим чрезвычайной ситуации, нигерийское правительство стягивает войска, чтобы перекрыть дороги… Мы в общем легко отделались. Пасечник закатил истерику и разбил морду Дебанги, но слава богу, это случилось в госпитале – прибежали санитары и зафиксировали обоих. Шефу вкатили успокоительного, и Корсварен выпер нас с территории, пока Дебанги не очухался. Шеф спит, я сейчас тоже лягу, и ты спи дальше, если можешь, утро вечера мудренее. По-хорошему надо бежать прямо сейчас, но нет транспорта, да и «архангелы» бдят, у них теперь взвод черных беретов на подхвате, гестхауз натурально оцеплен, не уйти.
Леха выслушал эту тираду и подумал, что просыпаться из-за такого слабенького кошмара глупо. Остались вопросы, но можно задать их во сне.
– Институт не выходил на связь?
– Глухо. А что?
– Нет, ничего. А зачем Пасечник бил комиссара? Драка в госпитале… Это же злостное неуважение к Мальтийскому ордену и лично доктору Лузье-Корсварену. Каким местом он думал вообще?
– Пасечник и уважение – антонимы, – буркнул Смит. – Он себя не уважает, отсюда и все остальное. Сам факт мордобоя считаю правильным, но за форму и место я принес Корсварену извинения от имени Института, сообразно этикету, с предъявлением значка. Также выразил готовность оплатить успокоительное, однако был послан.
– Так что случилось-то?
– Ах, ну да. Конечно. Мне казалось, я с этого начал. Вся волна негатива – и фильм, и визг негодующей прогрессивной общественности, – пошла сразу после того, как доложили, что погибла Элис Морган. Ее подбили, она катапультировалась и была расстреляна в воздухе, есть видеозапись. Я же говорил, это все подстава. Ну, а Пасечник нашел себе виноватого и…
Смит еще что-то нудил, но Леха уже не слушал.
Лежал, глядя в потолок, и думал: гнать меня надо из профессии.
И неважно, это я такой бездарный, что никого не могу спасти, имея на руках всю необходимую информацию; или профессия такая смертоносная, что ее болтовней не перешибешь, даже убедительной и страстной; или место проклятое, неважно.
Жив останусь – сам уйду.
Хватит, наигрался.
Лирическое отступление
Blade Runner
Если к баррикаде прислонить трейлер, получится аппарель. «Кентавр» ее раздавит, а легкий Type-X разбежится по ней и прыгнет. Эксклюзивное ноу-хау от Элис Морган, подписывайтесь на наш канал, ха-ха.
Никакой воздушной разведки, ну ее в пень, все равно собьют, она только демаскирует нас заранее.
Запрыгиваем в зону оттуда, где нас совсем не ждут. Входим тремя колоннами – и бегом вперед позвенно, свой маршрут вы знаете. Старайтесь держаться плана, мы рассекаем зону на несколько сегментов по краям, этого хватит, чтобы разбудить ее и оценить. Все маневры уклонения – к периферии. Не лезьте в самый центр даже если вам покажется, что там сопротивление намного слабее. Может оно и так, но если увязнете, не вытащим.
Идем «длинным синусом», ни одной лишней секунды на прямом курсе.
У стационарных пушечных огневых точек упреждение по умолчанию до сорока миль в час, а мы сняли ограничители и дадим пятьдесят. Когда роботы начнут мазать, они сумеют пересчитать наводку, но не успеют ввести поправки. Мы будем уже далеко. А машины выдержат. Их задача – один раз пробежать сквозь город под огнем и выскочить.
Да и сколько там этих точек, вряд ли наберется пара дюжин.
Меня ракеты больше волнуют – ну, активная защита нам в помощь. Но скорость и маневр важнее.
Главное – не подставиться под огонь в лоб. Дроны будут выскакивать перед нами, мы будем выбивать их раньше, чем они успеют выстрелить. Никакой самодеятельности, все по учебнику, ведущий бьет, ведомый прикрывает. Не оставлять за спиной недобитых, они вас за это накажут.
Большая пушка нас не волнует, против бегущего шагохода она совершенно бесполезна. Но если вдруг ее увидел и можешь дать ей в бочину – дай, там в рубке сервер.
И не спрашивайте, почему Винер так долго копался в Абудже, если все настолько просто. Значит, у него было сложно.
Да понятно, они что-то мутили тут. Может, на пару с Круксом, а войнушка – для отвода глаз и чтобы списать ненужных свидетелей и лишних дольщиков. Только не надо баек про «Золотой запас Абуджи». Этот золотой запас сейчас распродают по всему интернету нигерийские спамеры. Но конечно что-то здесь было. В любом случае, уже некого спросить. Все умерли.