Олег Дивов – Мертвая зона (страница 23)
– Тебя учить – только портить, – сказал он. – Ты вполне состоявшийся маскальцоне…
– Сам такое слово!
– …но моя обязанность как фиксера – напомнить тебе, на чьей земле ты выёживаешься, – скучным голосом пробубнил Лоренцо. – Здесь все не так, как кажется. Ты мог подумать, что порядок в городе обеспечивает мафия, и это в общем верно, но до поры до времени. Ровно до момента, пока Агентство не зашло в регион физически. С этого дня правила игры сильно изменятся. Ооновцы долго нас не беспокоили, да и сейчас еще ничего не понятно, ты просто имей в виду: никто бодаться с ними не рискнет. Даже нигерийская армия, если вдруг сюда припрется. Наоборот, армия будет за них. Собственно, они ее и позовут. Агентство тут хозяин, и баста. Закусишься с АТР – пеняй на себя. Одна радость: не убьют наверное, просто вышлют.
– У руководства нашей э-э… радиостанции традиционно весьма доверительные отношения с АТР, – заявил Пасечник. – Значит, и на этот счет не волнуйся.
– Замечательная у вас радиостанция. А с Мальтийским орденом она как?..
– Великолепно. А почему ты спрашиваешь? Я вроде не глухой пока, хотя тут некоторые и визжат, как сирена воздушной тревоги! Мальтийцев обижать не надо – услышал и запомнил!
– Хочется надеяться!
– А в чем проблема? Я похож на человека, который возьмет да обосрет Рыцаря Чести и Преданности?
Лоренцо издал протяжный задушенный звук.
Кажется, он в Пасечнике не сомневался ни капельки.
– Ну… Ты же сейчас двинешь в сторону аэропорта, разве нет?
– Я поеду куда мне надо! Повторяю, в чем проблема?
– Да я просто заметил, ты любишь глотку драть…
– А ты не давай мне поводов!
– Так я и не давал! И парни мои, если уж на то пошло…
– А парни твои расчудесные – слабаки и вымогатели!!! – снова набрал обороты Пасечник. – И если эта фигня будет продолжаться, мне придется искать им замену! Не у тебя!
– А у кого? – искренне обалдел Лоренцо.
– Найдем, город-то большой. То есть, я хотел сказать, от него еще довольно много осталось!
– А-а, черный юмор. Неплохо. Действительно жаль, что тебя не было здесь в пятидесятом! Ты бы нам пригодился, мы тогда редко смеялись!
– Зато сейчас твои замечательные парни ржут, не переставая! Ржут, врут и прикидываются идиотами!
– Рискну предположить, что ты им не понравился.
– Действительно, почему бы и нет, у них ведь дофига клиентов!
– Можешь не верить, но в Абудже и сейчас есть чем заняться образованному профессионалу! От города, как ты верно заметил, кое-что осталось!
– Ф-фак, – только и сказал Пасечник.
– А вот это у нас больше не профессия, – безмятежно отозвался Лоренцо. – После того, как крутые белые ребята вроде тебя все тут расхреначили, шлюхи разбежались по более цивильным местам. Так что захочешь потрахаться – изволь сначала женщине понравиться. Ну, лично тебе-то ловить нечего, уж больно страшен, фаччья дакуло…
– Все, ты меня достал, – сообщил Пасечник неожиданно ровным голосом. – Сейчас будет серьезно.
– Мамма миа, весь дрожу!
– Я официально выражаю тебе обеспокоенность от имени Института! – отчеканил Пасечник.
– А что это значит? – поинтересовался Лоренцо самым невинным тоном.
– Ты… – Пасечник выдержал паузу. – Знаешь.
– Понятия не имею! – заявил Лоренцо, расправляя плечи.
– Еще как имеешь!
– Слушай, у нас тут до войны было дофига всяких институтов…
– Молчать!!! – рявкнул Пасечник, потрясая указательным пальцем у фиксера перед носом. – Ты меня понял! Ты меня отлично понял! С этого момента все будет четко и гладко! Иначе… Это ты тоже понял! Отставить препирательства! И к вечеру мне нужно от тебя в письменном виде все, что ты знаешь про Хранителя! Подробный отчет! Включая мифологию! И религиозные предрассудки! Чао, каналья!
И тут Пасечник одержал убедительную тактическую победу. Он успел повернуться на каблуках и одним громадным шагом выйти – но именно выйти, а не выбежать из офиса, – пока фиксер набирал в грудь воздух для ответного залпа.
Еще и Смита вывел за локоть.
А Смит успел бросить многозначительный взгляд на Леху.
– Да обосрался здесь твой Институт! – крикнул Лоренцо в закрытую дверь. – Облажался по полной! А сейчас ты в аэропорт попрешься – и так тебя нахлобучат там, порка мадонна, что на карачках ползать будешь, вымаливая прощение! И никакой Институт не поможет! Ему жить-то осталось до весны! Разгонят вас нахер, дармоедов, так вам и надо!
Дверь не ответила.
– Уеду, – сказал Лоренцо уже нормальным голосом, только слегка охрипшим. – Вот отработаю вас и уеду. Не могу больше. Осточертело. Нон мэ нэ фрэга ун каццо!
– А это как будет по-английски? – осторожно спросил Леха из своего угла.
– Мне похрен, трахайтесь как хотите, – перевел Лоренцо, не глядя в его сторону.
И с размаху, так, что жалобно закряхтело старое кресло, уселся за стол.
– Чего ждешь, добрый полицейский? – буркнул он, по-прежнему не оборачиваясь. – Я в эти игры не играю. Сам добренький, аж противно…
– Я не добрый, мне только забрать спутниковый модуль. Он у вас в сейфе. Дайте пожалуйста.
– Ты на нем сидишь, – процедил Лоренцо. – И достань заодно бутылку джина.
Леха встал с ящика и пригляделся к нему. Длинный и зеленый, с неразборчивой в полумраке маркировкой, типичный «снарядный ящик». Леха отстегнул замки и поднял крышку. Чего там только не было. Виски, джин, вермут, коньяк, водка… и спутниковый модуль.
– Уеду в Лимпопо и гори оно все огнем, – вяло пробормотал Лоренцо. – Что за ирония судьбы, занюханная Лимпопо – единственная в Африке страна, с которой можно нормально работать. А еще говорят – социалисты… последний диктатор… марионетки Кремля… зато эти люди умеют держать слово! Никого больше не осталось, все с ума посходили.
– Какой вам джин? – Леха спрятал модуль в сумку и теперь, щурясь, рассматривал этикетки.
Может, это сумрак так влиял на восприятие, но жидкость в бутылках показалась ему одного цвета и одинаково мутной.
– Давай любой, он весь дерьмовый, я его как лекарство… И тебе самое время накатить дозу, если еще не пил сегодня.
– Спасибо, мне не надо, я принимаю таблетки.
Леха поставил на стол бутылку, пригляделся и понял, на что это похоже: ну бензин и бензин. Вовремя он про медицину вспомнил, алкоголь с ней действительно плохо совместим. А алкоголь цвета бензина уж точно.
– Ну и дурак, – равнодушно сказал Лоренцо. – Сразу видно, молодой. От Африки таблеток нет.
– Я в командировке, мне приказали.
– А прикажут идти в варзону – пойдешь?
Леха снова оглянулся на бутылку, представил, как разбивает ее об голову фиксера и почувствовал некоторое воодушевление. Нельзя так себя вести, конечно, но сама идея-то хорошая.
– Кстати о варзоне, – подхватил он. – Коннектиться со спутником, я так думаю, надо километров за двадцать пять от Йобы, не меньше? А то мало ли что Хранитель подумает…
– Добрый полицейский… – Лоренцо криво ухмыльнулся, пошарил где-то внизу, достал два стакана и с отчетливым стуком припечатал их донышками к столу.
– О, Боже, – обреченно сказал Леха. – Горячий местный самогон, за бортом адское пекло, а я на таблетках.
– Вы только посмотрите, он еще не попробовал мой джин и уже ругает его! Порка мизерия, какие мы нежные! Ладно, в задней комнате есть холодильник, а в нем тоник. Там за дверью налево… Доставай только быстро, у меня электричества на четыре часа в сутки.
– У нас вся крыша в батареях, и у вас тоже. Что вы делаете эти четыре часа, лежите под кондиционером и кипятите воду в чайнике?
– Угадал. А станешь оскорблять мое чувство юмора – сам будешь при свечке писать донесения в свой драгоценный Институт. И отправлять голубиной почтой, хе-хе… Ваш гестхауз запитан через мой инвертор. Специально для лечения остроумия у гостей!
Леха пожал плечами и отправился искать тоник.
– А вы приятный собеседник, когда здесь нет Пасечника, – бросил он, копаясь в холодильнике. – Я догадался, почему вы орали на него. Хороший фиксер говорит со всеми на их языке, верно?