Олег Данильченко – Задача – выжить (страница 55)

А ничего машинка, бодренько так лезет в горку. Но чем дальше, тем сильнее падает скорость. Чем выше, чем менее плотной становится атмосфера, и по мере её разряжения скороподъёмность снижается. И в какой-то момент подъём прекращается вовсе. Компрессоры молотят на максимальных оборотах, но достаточного количества воздуха для сжатия не находят. Даже похрюкивать начинают время от времени.

Ух, какой шикарный вид отсюда!!! Переключаю внимание на высотомер. Неплохо! Почти на тридцать километров забралась. Если б не лишние ноль два G, ещё немного получилось бы подняться. И скороподъёмность приличная. Но что интересно, в отличие от условий старушки Земли, тут один фактор помогает забраться повыше (имею в виду более плотную атмосферу), а второй ограничивает, и это связано с повышенной гравитацией, без которой, в свою очередь, невозможна такая плотность газовой оболочки планеты.

Впрочем, «Пчёла» не та машина, на которой есть смысл совершать подобные подъёмы постоянно. Энергии тратится много, а толку мало. Не для того задумывался аппарат. Все его задачи связаны сугубо с поверхностью планеты.

Снова меняю углы, практически мгновенно разгоняя машину. Теперь ей легче: падаем же, а я ещё и тягой помогаю. Посмотрим, когда заверещит автоматика. О своих инструментах я должна знать всё, чтобы в нужный момент понимать, на что рассчитывать.

Меня охватывает восторг!

– И-И-ИХА-А-А!!! – непроизвольно рвётся из глотки счастливый визг.

«Внимание! Слишком высокая скорость падения. Рекомендуется начать торможение».

Ага! Вот оно. Пять километров запаса высоты остаётся. Однако же тормоза придумали трусы. Перевожу вертикальное падение в пологое снижение. Вот так лучше будет, а то – тормозить сразу.

Ощущение невесомости резко сменяется тяжелейшей перегрузкой, вжимая тело в ложемент, но держусь. Технические возможности машины знать полезно, однако и свои необходимо проверить. Нормально, не сомлела, хотя кровавая пелена перед глазами стояла. И это даже притом что глазами при нейронном слиянии никто не пользуется. Такие вот дела.

При полном выходе из пике в горизонтальный полёт на высоте триста метров удалось выдавить почти шестьсот километров в час. Правда, ненадолго хватило. Уже через пару десятков километров горизонтального полёта на максимальной тяге скорость упала до стандартных трёх сотен. Всё ж таки прилично плотность атмосферы влияет, да и аэродинамические качества моей «Пчёлы», прямо скажем, так себе. Ну что же? И то хлеб.

Запоминаю информацию и начинаю исполнять разнообразные фигуры, которые всплывают в памяти. Их пока мало в моём арсенале: всего-то два уровня учебных баз освоила. Однако сколько б ни было, я должна уметь выполнять всё. Возможно, от этого когда-нибудь моя жизнь зависеть будет. Да и не умею по-другому. Грол всегда так высоко задирал планку, что тянуться к совершенству тупо вошло в привычку.

С полчаса кувыркалась, пока не надоело. Один раз чуть не хряснулась со всей дури. Пора прекращать, потом ещё поэкспериментирую. К тому же нужно учесть, что порожний полёт – это не то же самое, что с грузом на борту. Характеристики совершенно иные.

Снова зависаю и начинаю думать, что делать дальше. В принципе, программу-минимум на сегодня выполнила, с оборудованием и машиной ознакомилась. Вот только лезть обратно в ангар почему-то не хочется. Ну вот ни капельки. Только ведь разошлась. Полетать по округе? Глянуть, что тут есть да кто водится в локации? А почему бы, собственно, и… Да? Во всяком случае, «колотуху» пристреляю. Вернее, не столько её пристреляю, сколько сама приноровлюсь, а с пристрелкой автоматика ружья сама справится. Правда, каждый выстрел мимо цели – это минус тысяча имперских кредитов, вот только жадничай не жадничай, а начинать всё равно придётся.

Куда лететь? А без разницы. Как там говорилось: сделать шаг вперёд? Ну и вот. Сейчас нос машины смотрит на север? Значит, так тому и быть. Погнали!

Курс задан, элементарная автоматика его удерживает. Есть время «поглазеть» по сторонам и немного подумать, вспомнить. Вернее, активировать в архиве памяти информацию о промысле, то есть порыться в закачанных базах знаний. Как искать дичь, где излюбленные места выпаса, как определять с ходу альфа-самца стада, на которого оно ориентируется, с каких дистанций лучше работать. Повадки самого зверья, опять же, и чего опасаться в первую очередь.

Так и летела в течение четырёх часов, изредка изменяя направление и высоту, ибо рельеф местности далеко не ровный…

На приличное стадо нарвалась случайно. Крупное такое, голов около сотни, если не считать совсем уж молодняк. И что делать? Аж ручонки зачесались. С одной стороны, без специально подготовленной машины как бы и смысла нет. Зачем стрелять дичь, если унести не сможешь? Но с другой стороны, правильно тюнингованного летуна всё равно ведь нет, а начинать как-то надо. Так почему бы и не прямо сейчас. Чего ждать-то?

И тут приходит идея. Пока летела вдоль не очень высокой гряды скал, заметила выступ вроде карниза. Вот и подумала: а что если попробовать разделывать тушу там? Половину опасности – ту, что грозит с поверхности планеты – исключу сразу. Останется разве что угроза с воздуха. Но в этих широтах сильно крупных летающих тварей вроде нет, в основном наземная угроза присутствует.

Закачанный в память бестиарий говорит, что главная опасность с воздуха – это муары. Есть ещё и крупные насекомые, но что от тех, что от этих я смогу отстреляться даже своими игольниками. Опять же, «Пчёла» под боком будет. В случае какой беды в ней спрячусь. Сожрут меня, ну значит, сожрут, туда и дорога. Во всяком случае, всё закончится.

И вот вроде опасность кругом, но при всём при этом жаба, мать её, верещит благим матом. Она, тварь пупырчатая, ведёт свою бухгалтерию, и плевать ей на всё остальное. Словно бы сидит где-то там внутри меня и «куркулирует», сколько при каждом неудачном выстреле улетает в «молоко» собственных денег, которых ещё даже не начала зарабатывать, да сколько энергии накопителей тратится. И чем менее результативной будет стрельба, тем больше этой, тоже не бесплатной, энергии восполнять придётся в Пскове за собственный счёт.

Ну так куда деваться-то? Как говорится, добро пожаловать на Экзотт, детка. Тут каждое действие просчитывать надо. Плохо с арифметикой? Ничего! Жить захочешь – научишься. От этого и буду отталкиваться.

И знаете, в тот раз я на собственной шкуре убедилась, что Экзотт – отличный преподаватель. У него плохих учеников в принципе не бывает: они кончаются быстро. Вот и мне удалось испытать на себе методы экспресс-преподавания науки выживания, а заодно я поняла, какой опасности подвергают себя промысловики-одиночки. И то, что осталась живой, можно объяснить лишь чудом. Как я почувствовала опасность, ума не приложу.

В общем, небольшое стадо эргов встретилось, как я уже говорила, довольно скоро. Оно куда-то усердно ломилось по своим, видимо, срочным и очень неотложным делам. Клубы пыли я заметила задолго до того, как увидела само стадо.

И даже растерялась маленько, когда засекла его. Ведь все мои сегодняшние поступки и решения были спонтанными. Я как бы изначально в тот день вообще вылет не планировала. Но череда случайностей и мой дурацкий характер сыграли свою роль. Вчера вечером Кирилл стращал, потом утром другой доброхот бедолагой обозвал, затем снова Кирилл со своей странной участливостью и предложением укольчик сделать. Плюс общая взвинченность и недостаток информации перед неизвестностью.

В общем, так или иначе, но вот оно стадо, и мне что-то с этим делать надо. В принципе, вариантов не сильно-то и много. Обогнать да бить навстречу. Вряд ли попаду, если буду стрелять сбоку, по движущейся цели. Опыта мало, а на автоматику прицела надеяться пока рано, без проверки. Значит что? Правильно, буду работать с тем, что есть.

Ну и поработала. Уже с четвёртого выстрела, сделав некоторые корректировки, попала точно в глаз самой упитанной корове. Впрочем, она только называется коровой. На самом деле к млекопитающим местные животные отношения не имеют, они скорее родственники земным динозаврам.

И точно так же, как это было на Земле, разновидностей живности тоже до фига и больше. Одни защищены чешуйчатой бронёй, как, к примеру, виверн. Конкретно эрги покрыты длинной, густой тёмно-бурой шерстью. Она защищает их от многих бед: от непогоды, от не сильно крупных хищников, потому что шерсть очень плотная и свалявшаяся на спине в сплошной колтун наподобие войлока. Хотя снизу такого почему-то не происходит, и космы свисают до самой земли. От особо крупных хищников помогают также спасаться мощные и длинные рога, которые разве что из задницы не растут, да мощный хвост с шипастой булавой на конце. А ещё то, что живут большими скоплениями, и в случае чего всё стадо яростно обороняется, прикрывая молодняк.

Даже живучему виверну не понравится, когда полутораметровые рога пробивают броню и рвут внутренности. А если таких рогов целое стадо? То-то и оно! Зубастого наглеца просто истыкают, как подушечку для булавок. Убить, скорее всего, не убьют, но аппетит перебьют точно. Впрочем, эти могут и убить: рога носят конкретные.

Да только виверн даром что дурак, а в случае эргов действует осторожно. Ему хватает хотя бы раз куснуть и отойти на безопасное расстояние, чтобы примерно через двадцать-тридцать минут жертва сама по себе издохла от сильнейшего отравления. Он же жрёт всё подряд, а зубы у него снабжены специальными такими полостями, где часть съеденного остаётся и хранится, постепенно разлагаясь. Чудовище, так сказать, накапливает трупный яд впрок. Он от него иммунитет имеет, остальным же… До остальных ему как-то пофиг.