Олег Борисов – Кобун (страница 42)
— Эй, киннику-яро в памперсах! Я говорю, пока буду пить чай с Кэйташи-сама, моя машина постоит на этом месте.
Отпускаю бедолагу, он спиной сползает по стене, схватившись за горло. Надо будет дома проверить, что это парня так сплющило.
— Возражения есть? Нет? Отлично… Масаюки-сан, паркуйся.
Сбоку над головой слышно, как открывают окно. Оглядываюсь — о, сам хозяин, собственной персоной. Высунулся наружу, с интересом разглядывает картинку. За пока еще закрытыми дверьми слышен топот — явно охрана бежит.
— Оясуми [
— Нет, целый, почти здоровый. Может, на солнышке голову чуть припекло.
Взгляд у с трудом встающего охранника испуганный. Заметив босса, он тут же сгибается в поклоне, бормочет извинения.
— Ладно, давай ко мне, второй этаж, по коридору направо до конца. И, я тебя прошу, не надо моих мальчиков обижать. У нас не Китай, у меня кадров проверенных мало. Вон, даже с тобой приходится делиться.
Дверь уже раскрылась, на крыльце после короткой сутолоки народ выстраивается в две шеренги и поклоном приветствует гостя. Пристроившийся позади Масаюки идет важно, изображая бодигарда при исполнении. Загривком ощущаю, что он очень доволен: вон, какой у меня крутой господин. А вы надо мной потешались, что от варваров отбиться не смог.
Дети. Сущие дети.
Чай у Кэйташи-сама хороший. Лучше, чем у меня дома. И сиротские кружечки правильные, почти литровые. Выпил такую — и все, день рабочий закончился.
— Слушай, а почему вы дом не отремонтируете? Я вообще сначала решил, что мы адресом ошиблись.
— С адресами Хасэгава-сан не ошибается. У него уникальная память на любые места в городе. Один раз по маршруту проедет — и все, будто всю жизнь катался.
— Да? Отличный у меня специалист, оказывается. Буду знать.
Масаюки Хасэгава сидит сбоку от меня с каменной рожей, изображая Будду. Кабинет маленький, стол и куча шкафов занимают почти всю полезную площадь. Будь воля телохранителя, в коридоре бы остался, но я пригласил с собой. Мне не нравится, если мой человек будет с остальными боевиками болтаться в одной куче. Те обязательно постараются прицепиться, получат в рожу, разгребай потом это все. Почему прицепятся? Потому что я пока для местных величина непонятная. Да, посетитель к боссу. Неприкосновенен, если только не прозвучит команда «фас». А вот Масаюки им знаком, его даже вроде как на время из семьи исключили. Можно поиздеваться.
— Адрес-адрес… Ты мне зубы не заговаривай! Я спрашиваю — зачем вы дом в запущенном состоянии держите снаружи? Внутри вроде нормально.
— Тебе какая разница? — Кэйташи роется в вазочке, выбирая печенье повкуснее.
— Если в этом есть смысл, я хочу знать. Может, мне тоже придется этим пользоваться.
— Ну ты и удзай, во всех смыслах.
Конечно, можно и занозой в заднице назвать. У нас с сятэйгасира‑хоса странные отношения — близкие к приятельским, но все же формально он на ступеньку выше. Вот и зубоскалит.
— Конечно. Поэтому я с тебя не слезу, колись в чем фишка.
— Все, сдаюсь… Мы арендуем это строение. Считается, что оно в плохом состоянии, поэтому налоги за него почти в три раза меньше, чем за такой же дом в отличном состоянии. Попутно списываем по чуть-чуть на ремонт. Сам понимаешь — дождь, снег, что-то залило, бумаги затопило. Ну и прочие мелкие неприятности.
— В каких рамках можно мэрию за нос водить? Чтобы не обижались?
— От процента подарка зависит. Но мы не наглеем, зачем неприятности на пустом месте.
Да, все старо как мир. В магазине или ресторане предложишь чаевые — люди оскорбятся. А вот если ты купишь человеку из мэрии абонемент в гольф-клуб или оплатишь из «независимого» фонда поездку любимой дочери с классом в Европу — это нормально. Как и миграция пенсионеров из правительства на теплые места различных консультантов и советников.
— Хорошо, я тебя понял… Так, Кэйташи-сан. Ты обещал мне что-то присмотреть из недвижимости. Маленький домик под будущий офис или что-то подобное. С парковкой, местом под гараж для ремонта или как-то так.
— Вот с как-то так у меня пока вопросы… Вот четыре папки. В каждом варианты. Что-то лучше, что-то хуже.
Раскрываю первую:
— Откуда информация? Или секрет?
— Какой секрет, — хозяин наливает нам еще чаю. — Двоюродный дядя занимается недвижимостью в Канагаве, теперь здесь что-то по мелочи прикупил на вырост. Это или его, или коллег из конторы, где работает.
Бегло оценив варианты, возвращаю назад:
— Мда, похоже, я тебя неправильно сориентировал. Дом — это хорошо. Но мне бы что-то более утилитарное. Внутри комнату для отдыха я сделаю, а вот чтобы машину на подъемник поставить или мотоцикл в углу пристроить — уже не подходит. Ну и тот же зальчик небольшой для тренировок воткнуть. И всякое по мелочи.
— Зальчик?.. — С полки добывается следующая папка. — Держи. Но сразу предупреждаю, там надо в ремонт серьезно вложиться, после осеннего урагана половину крыши так и не нашли, упорхнула. Зато и ценник для такого места получается терпимым.
Что тут у нас?
О, знакомое место, буквально в трех кварталах от родной школы. Центр переработки «чистых» отходов — пластик, бумага и все остальное из цветных контейнеров. И справа от корпусов, в зеленом аппендиксе стоит крохотный ангар с перекошенной сарайкой сбоку.
— Интересно… И почему не снесли?
— Потому что хозяин уперся. Даже штраф заплатил за неподобающий внешний вид. Все мечтает продать подороже, а мэрия в отместку запретила землю под застройку оформлять. Вот и мучается.
— Ценник какой?
— Хотел миллион в месяц, но сейчас ужался до восьми сотен. Если согласишься ремонт своими силами делать, наверняка можно еще сбросить.
— Несовершеннолетнему вряд ли продадут, — тасую тощую стопку фотографий. — Да и может позже что-то интереснее найду. Но пока — это надо обязательно смотреть. Обязательно… Вместе поедем или кого-нибудь из болванчиков выдашь на прокат с ключами?
— Проще хозяина выдернуть, он все покажет. Ну и я бухгалтера дам в подмогу, чтобы на месте все нужные бумаги подписать… Но еще раз говорю, Тэкеши-сан, там реально руины. И никто офис строить не даст, только склад.
— В складе подсобку воткнуть можно?
— Само собой, иначе что это за склад? — удивляется Кэйташи-сама.
— Тогда надо брать. Смотреть и брать. За год вперед аренду проплачу, на ремонт пару недель выделю — и у меня будет своя берлога. Ты еще в гости проситься станешь…
Глава 12
Закончив чаевничать, задаю предпоследний вопрос:
— А как у тебя, Кэйташи-сама, с местными босодзоку? С Горо-сан и его нукерами.
— Ты им только в разговоре не ляпни такое, обидятся… Я с их старшими братьями и сестрами в одной школе учился. Не со всеми, разумеется, но семьи Кудо и Сайто знаю.
— А что там у Тошико-тян случилось, что она любые вопросы про близких воспринимает в штыки?
— У нее отец погиб на стройке, когда ей было года два, наверное. И еще три сестры в семье. Сам понимаешь, насколько не весело.
— Но байк у нее собственный.
— Байк она у другой банды на спор выиграла в гонках. Поставила себя в рабство на ставку.
Серьезная дамочка. И не смотря на все неприятности от жизни, старается удар держать.
— Если их к «чистым» делам привлекать, проблем не будет? Клуб организовать, бар с продажей пива, концерты и тому подобное?
— Почему должны быть проблемы? Взрослые люди, кто мешает деньги зарабатывать.
— Просто полиция может их с нами связать. Скажет — о, и сюда борекудан лапы тянет.
— Это было раньше. Когда байкеров с той же шпаной на районе было не различить. И сумки у прохожих отбирали, и морды били по любому поводу. Но времена «Каминари дзоку» прошли, бывшие камикадзе или остепенились, или умерли от старости. Сейчас они редко за нож хватаются, этим больше придурки из хангурэ славятся. Те, кто адекватный, взрослеет и работу нормальную находит. Кому адреналина мало — могут к нам попасть. Но прямой связи между борекудан и байкерами нет. Они всегда считали себя формально независимыми.
Отлично. Значит, какой-либо бизнес с ними можно организовать. А то у меня ощущение, что на старшеклассников все плюнули. Учись, пыхти, в университет готовься — а чем ты еще занят, ни родителям, ни государству дела нет. А ведь это — куча народу с шилом в заднице. И еще — у них водятся деньги на карманные расходы. А где есть деньги, там есть возможность что-то придумать. Исключительно в рамках закона. Я же весь положительный.
— Так. С делами разобрались. Теперь я буду совсем наглым и упаду на хвост. Что можешь порекомендовать на выходных для отдыха? Мне тогда было очень завидно, когда я трудился аки пчел, а ты в клубе отжигал. Есть варианты?
— Почему у меня ощущение, что ты хочешь опять удивить? Мы познакомились после твоей очень необычной просьбы. Теперь ты сидишь в костюме, который я себе вряд ли смогу позволить еще пару лет. И сейчас ты спрашиваешь про вечер в клубе.
— Потому что я — хороший. И меня все любят.
— Да. Все-все. А кто не любит, того догоняешь и битой по башке бьешь. Сознайся, бита у тебя в багажнике лежит?
— Издеваешься? Только шоколад и учебники. Не веришь — у Масаюки-сан спроси.
— А если кто вздумает машину отобрать? Ты пока в городе не примелькался, попытаются по дурости наехать?
— Для таких у меня есть ручка. Вот, — демонстрирую обычную ручку, достав ее из кармана. — Ну, или голыми руками обойдусь. Я же несовершеннолетний, пистолет мне нельзя, как некоторым.