Олег Борисов – Доченька. Десант своих не бросает (страница 38)
— Информацию. Завтра утром Семья Сацци перестанет существовать.
Поперхнувшийся воздухом контрабандист присел на ближайшее кресло и задумался.
— Информация достоверная?
— Абсолютно. Потому что этим буду заниматься я сам.
— Забавно. — Майнога с интересом разглядывал собеседника. — Это серьезное заявление и серьезная информация.
— Подумай, кому ты можешь это перепродать. И вспомни, сколько раз тебе насолили эти ребята. Я слышал, вы уже несколько раз грызлись за жирные куски в космопорту.
Контрабандист хитро оскалился.
— Похоже, ты знаешь про реальное положение дел в городе больше, чем я. С другой стороны, я готов использовать эту информацию в своих целях. Вопрос лишь в том, что ты хочешь взамен?
— Коды доступа к техническим коридорам на орбиту. Мне надо будет поднять пару легких кораблей туда. А также максимально детальный план пригородного поселка Сацци.
Майнога взъерошил себе волосы и ткнул пальцем в грудь собеседнику:
— Интересно, и откуда ты это узнаешь?
— Я же бывший военный. Мало ли у меня друзей осталось?
Контрабандист выбрался из кресла и стал расхаживать по комнате.
— Заманчиво. Черт возьми, как заманчиво. Я тебя знаю и не считаю твою угрозу пустым сотрясением воздуха. Заплатить такие крошки за возможность подмять под себя целый район. Осесть на портовых перевозках. И остаться при этом совершенно чистым и непричастным к грандиозной заварухе.
Измерив комнату из конца в конец еще раз, он замер перед застывшим спасателем.
— Значит, ты получил все это от военных. Коды доступа, данные по патрулированию орбиты на сегодня и все, что мы нароем по лежбищу Сацци. Так?
— Так. И вы совершенно ни при чем.
— Куда ты потом?
— В «Люфт».
— Через десять минут я отдам тебе чип с данными, и мои люди незаметно подбросят до места. Отдыхай пока.
Контрабандист показал на заставленную спиртным барную стойку в углу и большую коробку, доверху забитую фруктами. После чего исчез из комнаты.
— Сэр, это закрытая линия.
— Я в курсе. Абонент на связи?
— Да. Соединяю.
В коммуникаторе что-то мгновение пошипело, и на дисплее появилась маленькая картинка, отражающая теряющийся вдали кабинет. Изображение мигнуло раз-другой — камера пыталась сфокусироваться на сидящем в кресле человеке. Через мгновение Шранг увидел пожилого господина в дорогом костюме, который с интересом рассматривал вызвавшего его по засекреченной линии человека.
— Добрый день, господин Строкофф.
— Добрый. Господин Шранг, если не ошибаюсь?
— Совершенно верно.
— Наслышан про вас. И удивлен. Мне доложили, что после визита одного господина ваш корабль взорвался при подходе к Клайт-два.
— Чуть раньше. После прыжка в систему.
— Ну что же, могу поздравить вас с чудом. Вы живы.
— Да. И очень сердит. Вы знаете, что мою дочь перепродали?
— Нет. Мне не докладывают о таких происшествиях.
— Я так не думаю. Вы глава контрразведки. На девочку развернута охота, в которую влезли высокопоставленные люди. И вдруг — вы не в курсе? Может, вы не знаете, почему пятилетнего ребенка хотят убить?
Глава силового ведомства промолчал.
— Что же, тогда я вам расскажу. Все началось на охоте, где Гайт-младший повздорил с господином Луми. И пристрелил бедолагу. Тело погибшего потом пропустили через утилизатор отходов и получившийся фарш отправили на орбиту. Там грузовой робот распознал пакет как отходы и отправил на сжигание. Местный офицер Трост настраивал оружие для Луми. Видимо, его посчитали слишком любопытным. Или его заметили рядом с местом, где произошло убийство. И моего друга убрали. После чего позвонили ребятам из ВК и попросили дочистить хвосты. Понимая под этим убийство маленькой девочки, которая могла слышать нечаянно оброненную отцом фразу. Чтобы избежать лишних вопросов, ее готовили к вывозу в приют. А там уже — очередной несчастный случай. Когда на кону стоит свобода очень богатого человека, в выборе средств не стесняются.
Строкофф улыбнулся.
— В вас умер прекрасный аналитик. В действительности Трост ничего не видел. И вряд ли что-то подозревал. Он лишь помог отрегулировать ружье Луми. Но психованный сынишка Гайта решил подстраховаться. После неудачного покушения на тебя мы прижали Ройта. Парень заговорил, и теперь мы имеем всю картину происшедшего.
— Ага. И через годик-другой можете заглянуть в гости к семье Гайт и поторговать дисками с компроматом.
Адмирал развел руками — такая работа, ничего личного. Шранг поднес коммуникатор поближе.
— Выходит, ты сдал мою дочь. Сдал и умыл руки. Тебе важнее получить короткий поводок на финансиста, чем спасти чью-то жизнь. Это флот не бросает своих. А спецслужбы сдают с легкостью. И вся эта безумная вакханалия, смерть множества людей, попытка моего убийства и возможная смерть моей дочери в ближайшие часы — всего лишь возможность управлять в дальнейшем очередным продажным политиком? А то, что вы раскопали с моей помощью — ляжет под сукно.
— Что ты хочешь? Мы не можем воевать с гражданскими. Если твою дочь кто-то захватил в плен, то обращайся в полицию.
Шранг улыбнулся.
— Твоя контора научила меня и других отверженных всему. Всему. Как убивать. Как собирать и анализировать информацию. Как устраивать теракты и защищать свои города от диверсионных групп противника. Я умею минировать автомобили и могу выбить из дальнобойного плазменника мозги зазевавшемуся адмиралу. Не наводит на определенные мысли?
Строкофф перестал улыбаться.
— Ты это к чему?
— Ваши шашни с политиками меня не интересуют. Но эти игры задели мою семью. Если мою дочь убьют, ты до конца жизни будешь обливаться потом, садясь в машину. И молиться, чтобы она не рванула при включении. А окна в своем доме сделаешь толще метра и завесишь непрозрачными шторами. Потому что девочку я тебе не прощу. И даже если меня найдут и шлепнут, я оставлю достаточно денег наемникам, чтобы они закончили это дело. Чушь, что нельзя бороться с государством. Государство — это чиновники. Чиновники любят жизнь и семью. И очень не любят, когда их хоронят в закрытых гробах. По твоему приказу меня обучили воевать с государством и побеждать. Я усвоил науку. У тебя есть все шансы сидеть под бронированным колпаком до конца жизни.
— Это — одна сторона дела. Какая альтернатива?
— Я должен спасти дочь. Отдай мне фонды ребятишек из ВК. Вы же наверняка заморозили их счета после заварухи на ремонтной базе. Не всего Контроля, а хотя бы их группы ликвидаторов. Там должно быть достаточно. С этими неучтенными деньгами на номерных счетах я найму нужных людей, закуплю технику. И зачищу за тобой все то дерьмо, что ты до сих пор не решаешься тронуть наманикюренным пальцем.
— Выглядит как нарушение закона.
— Не моя головная боль. Твоя служба меня создала. Тебе и расплачиваться. За то, что я до сих пор воюю в бесконечных ночных кошмарах. За девочку, у которой убили отца. За пролитую кровь, которой оплатили чужие амбиции.
— Я должен подумать.
— Вот данные моего коммуникатора. Я жду пять минут. Если через эти пять минут я не получу деньги, можешь переводить меня из разряда нейтральных опасных людей в личные враги. И будь уверен: до самой смерти ты не рискнешь сесть в машину или открыть окно. И несмотря на все старания твоих обученных ищеек — умрешь от взрыва или выстрела снайпера. Я это тебе обещаю.
Шранг внимательно вгляделся в молчащего адмирала и выключил коммуникатор.
Через четыре минуты спасатель получил краткое письмо.
«Коды доступа к номерным счетам — … Общая сумма чуть меньше двухсот тысяч. В приложении данные на полковника Внешнего Контроля, руководившего охотой на тебя. И ряд перехваченных разговоров с Гайтом.
После прочтения письмо уничтожь. Если меня как-либо пристегнут к этой авантюре — про снайпера придется задуматься тебе».
Шранг улыбнулся. Старый махинатор всегда знает, как использовать ситуацию себе на пользу. Осталось проверить счета и можно начинать подготовку к атаке.
ГЛАВА 12
На окраине Арлана был район, куда не забредали чужие. Где полиция курсировала только в усиленных нарядах и где человек с оружием был привычнее, чем спешащая в школу мелюзга. Здесь, в веренице унифицированных жилых блоков, жили наемники. Разномастный народ, ввязывающийся в любые оплаченные авантюры. Люди, ценящие крепкое плечо товарища и настороженно воспринимающие любые попытки подчинить законам буйную вольницу.
Городской совет несколько раз пытался взять под контроль опасных соседей. Но нашлись влиятельные люди, заинтересованные в подобного рода работниках. И не нашлось желающих участвовать в возможных боях с бывшими солдатами, привыкшими убивать. Район огородили многочисленными системами мониторинга, усилили расположенные рядом полицейские участки. Наемники, со своей стороны, старались не мозолить глаза законопослушным жителям и решали все проблемы коллегиально, не вынося сор за рамки незримо прочерченной границы.
Ранним субботним вечером в двери бара «Люфт» вошел мужчина. Один из самых популярных баров был забит под завязку. Под высоким ярко освещенным потолком в клубах табачного дыма перемещались многочисленные посетители, сжимая полные стаканы или бутылки. Народ настроился хорошо провести вечер и посмотреть на широких экранах очередную игру местного чемпионата по регби. Если учесть агрессивность местных вышибал и строгость хозяина бара, в целом вечер обещал пройти спокойно.