Олег Бондарев – Рыцарь понарошку (страница 54)
И, показывая, что разговор, окончен, Ганрич закрыл глаза и громко захрапел. Очень натурально.
Удивительно, но пещеру Треста путники нашли очень быстро.
По табличке у входа.
Пижон, все еще не веря, прочитал написанное три раза, но ничего не изменилось: на большой доске у входа кто-то аккуратно вывел «Дракон Трест», причем на Всеобщем. Стало понятно, зачем Хорхиус назвал имя твари.
Только кто эту табличку делал?
Впрочем, не так это и важно.
– Пошли уже, – нетерпеливо буркнул Пижон.
Картежнику явно не терпелось поскорее разобраться с очередным заданием мага.
Но стоило сделать шаг, как из пещеры, ревя, вылетел огромный ящер. Шулер от неожиданности отпрыгнул назад, но споткнулся о камень и распластался на земле.
А крылатая тварь, сделав круг над селением, устремилась на запад.
– Ух ты… – восхищенно прошептал кровосос, лежа на земле. – Настоящий… Я их никогда раньше не видел! Да и представлял весьма отдаленно.
Вал понимающе кивнул. Когда ему впервые довелось узреть живого дракона, он тоже, раскрыв рот, глядел на это поистине идеальное создание природы.
Огромные кожистые крылья, блестящая в лучиках солнца чешуя, умнейшие глаза, в которых, казалось, отражаются прожитые годы… Созерцание драконов – удел не только романтиков, но и всякого человека, хоть чуть-чуть могущего отличить прекрасное от всего остального.
Драконы не симпатичны, не хороши и даже не красивы. Они именно прекрасны. И никак иначе.
– Он уже улетел, Пижон, – напомнил Небесный Странник.
– Да, да, конечно, – опомнился шулер. – Пойдем! Может, он зуб дома оставил?
– Ага, – тихо хмыкнул Вал. – Под подушку сунул, чтобы зубная фея забрала, а на месте старого новый вырос!
Картежник довольно хохотнул: шутка ангела пришлась ему по вкусу.
Однако зря они решили, что могут громко кричать и топать.
Если дракон вылетел из пещеры, это совершенно не означает, что он – Трест.
И потому, когда приятели, оживленно споря, вошли в огромную сводчатую галерею, разъяренный хозяин уже с нетерпением их поджидал.
– Смертные! – пророкотал он, ловким движением ухватив приятелей лапой. – Я так и думал, что это вы шумите в коридоре!
– А кто ж еще? – нагло усмехнулся Валентин. – Ты, кстати, кто такой будешь?
Дракон просто обомлел от такого невиданного хамства: два человечка приходят к нему в пещеру, смеются над его словами да еще и спрашивают, кто он такой! Словно не они к нему пришли, а он – к ним.
– Да Трест это, говорю тебе, – ответил ему Пижон.
– Трест улетел!
– Да вот он! – кивнул в сторону опешившего дракона вампир. – Давай у него спросим!
– А давай! – согласился Вал и, прищурившись, процедил сквозь зубы: – Имя говори, живо!
Ящер нахмурился.
– Какого черта тут происходит? – тихо начал он. – Вы не только входите ко мне в пещеру, как к себе домой, но еще и разговариваете со мной, зеркалом столетий, как с мальчишкой на улице! – Последние слова дракон просто проревел.
– Зеркало столетий? – Валентин задумчиво поджал губы. – Интересно…
– Чего интересного? – фыркнул Пижон. – Блестящий он, видишь? А теперь приглядись, как следует, и отражение свое увидишь…
– Увидел!
– Вот тебе и зеркало. А столетий оно, наверное, из-за возраста этого хвостокрылого.
– Хвостокрылого?.. – не поверил ушам дракон. Они посмели назвать его хвостокрылым?!!
– Да будет тебе злиться! – хмыкнул Валентин. – Ты же имя так и не сказал, вспомни!
Дракон пробурчал что-то о вежливости к старым ящерам, но все ж назвался:
– Трест я. Правы вы были.
– Ну? А я что говорил? – просиял Пижон.
– Это все потому, что ты читать умеешь! – «обиделся» Валентин. – Тоже мне, умник: по табличке и дурак понять сможет!
– Но ты ж не понял!
– А я и не дурак!
Трест устало выпустил в потолок нехилую струю пламени.
В общем, если не вдаваться в детали, парочка ангел – вампир «окучивала» крылатого беднягу еще с полчаса. Вот что значит «заранее сговориться»!..
И только потом, когда дракон на все готов был пойти, чтобы только избавиться от назойливых гостей (просто съесть их он почему-то не решался), начался разговор о деле…
– В покер? Да я в него не играл лет пятьсот! Точнее, тогда меня только научили: в низинах цирк остановился, так местный клоун живо объяснил, что к чему. Трепался, правда, много еще, про всякую чепуху. Вроде того, что «людей всех надо перебить» и «нелюдей к власти»! В общем, странный был парень. Но дело не в нем… А ставить зуб дракона я даже за золото не соглашусь. Даже если бы ваши мешки были доверху им набиты!
– А если мы поставим нечто такое, что тебя сразу заинтересует? – хитро сощурился Пижон.
– И что же это? – хмыкнул дракон. – Я перевидал за шестьсот лет жизни столько, что давно разучился удивляться…
Не говоря ни слова, ангел положил на стол глаз фрогула.
Третий глаз.
– Это… он? – недоверчиво поинтересовался дракон.
Странник и шулер кивнули. Они сразу поняли, о чем подумал ящер.
– Что ж… Где твои карты, лохматый?
В руках Пижона запестрила «рубашками» колода.
Обещанный день полета скоро должен был закончиться, а Карманские горы только-только показались на горизонте.
Вообще драколет оказался неплохой штукой. По крайней мере летел он сравнительно быстро и высоко. Так, чтобы с земли не заметили и стрелами докучать не начали.
Правда, неудобно. Фэт десять раз чуть не потерял правый сапог (черт его знает, почему именно правый: левый сидел на удивление хорошо), пять раз – мешок, а однажды чуть сам не выпал. Сердце в это мгновение замерло. С такой высоты все, что внизу, мелким кажется. А вот если мордой об это «мелкое» хряснуться, то и костей не соберешь. Драколет и подавно…
Если бы не болезнь леди Джейн, требующая скорейшего лечения Оком, он бы и с места не сдвинулся. Его бы и все королевские гвардейцы не заставили к драколету подойти. А уж купить этакую рухлядь за десять серебреников – да ни в жизнь!
Горы тем временем оказались совсем близко. Проклятый аппарат стал набирать дополнительную высоту, чтобы не влететь в скалы и… неожиданно затрясся. Мелко, но ощутимо. Словно больной лихорадкой.
– Эй-эй-эй! – недовольно воскликнул Фэт. Обращался он, судя по всему, к демону. – Только не вздумай тут упасть!
Драколет и не вздумал падать тут.
Он упал через полчаса, совсем в другом месте.
– Твою… – заорал рыцарь, понимая, что демон, как и предсказывал Зиггер, сдох, и ничто теперь не удержит его в воздухе.
Поэтому он полетел вниз. Слишком высоко! Не выжить!
Фэт зажмурился, чтобы не видеть, как стремительно приближается земля.