Олег Богай – Турнир (страница 61)
«Белка, или думаешь то, что мы ищем?»
«Не знаю. Просто обращаю внимание.»
Я задумался. Действительно похоже на обычную белку. Но что-то мне не давало покоя. Я стал внимательно следить за мелкими, едва заметными отклонениями в магическом пространстве.
Все-таки нет. Я не за столь многими могущественными существами следил, но что-то мне подсказывает, что хаотичное перемещением им не свойственно. Голос, в общем-то, в своей нагловатой манере со мной согласился.
«Значит, давай так. Ты пока следи за всем в ближайшем периметре, а я попытаюсь создать какое-нибудь заклинание, делающее это автоматически. Или может лучше просто расставить ловушки и датчики? Нет, выходить опасно.»
«Иногда я думаю: «а зачем тебе я» — Ты сам себе и вопроситель и ответчик и хороший собеседник.
«Ой, да брось. Чтобы не поговорить с хорошим человеком? И вообще, у нас сейчас важная миссия не отвлекай.»
Я сосредоточился на поставленной задаче. А затем секунд десять стоял в недоумении, не понимая даже с чего начать. Магия вещь довольно трудная и, как не удивительно, требующая сообразительности.
Я закрыл глаза. Мана нежным, медленным потоком перешла на посоха, а затем я разлил ее неспешным потоком по всему пространству. Маленькие, голубые огоньки не быстрее, чем улитка, перемещались на свои позиции. Смысл заклинания был в том, чтобы расставить подконтрольную мне ману через каждый метр-два. Комочки должны будут нейтрально влиться в систему и в случае малейшего отклонения от нормы сообщить мне.
К сожалению, мана так и не хотела сама вставать на приготовленные для нее места, пришлось вручную передвигать чуть ли не каждую небольшую частичку. На это ушла не только драгоценная мана, которая, как известно лишней не бывает, но и куда более ценные ресурс — время.
Проскочив глазами описание, и лишь на несколько секунд задержав взор на затратах, вернулся к слежкой за периметром. Автоматика-автоматикой, но заклинание еще проверено, поэтому доверия к нему чуть меньше чем ноль. Здесь как в медицине — без клинических испытаний нельзя, но иногда времени нет и приходится уповать на удачу.
«Хорош уже философствовать.»
Через несколько минут полного затишья, когда я уже был готов выдохнуть, немного успокоившись, до меня наконец дошло: «Эй, Голос. — Подумал я с комом в горле. — Знаешь что мне не нравиться? — Спросил я, а затем сам же ответил, не дожидаясь вопроса:
В этом лесу никогда не было так тихо. Всегда под боком что-то щебечет. Всегда какое-то хорекоподобное животное громко грызет что-то вдалеке. И туман этот. Он мне тоже не нравиться. Чувствуешь, как он медленно пробирается, холодя душу. Вроде бы несколько секунд назад его было меньше. Если так и дальше пойдет, то дальше носа ничего не увидим. Здесь что-то точно не чисто. Чувствует мое сердце что-то затевается, что-то очень плохое. Осталось узнать что. Есть идеи как сражаться с этим чем-то?»
Голос не отвечал. Впервые за последние несколько дней он не шел на контакт. Удивительно, но мы нашли общий язык с этим грубым пошляком — он оказался достаточно хорошим парнем. А сейчас у меня закрадывается мысль, что он исчезнул так же неожиданно, как и появился.
— Пенти, происходит что-то совершенно странное. Да, ты, наверное, это уже и сама поняла, но мне кажется тут страх на порядок страшнее чем кажется… Черт! Язык заплетается. Пенти? Пентиель, ты меня слышишь? Пенти!? — Девочка не отвечала. От кровати, где она сидела не исходило ни звука. Я бросился к ней. От пагубных, нехороших мыслей время приобрело иной ход. Я успел заметить как по-странному клубиться туман, как странно он реагирует на мое тело, разрезающие его. Я с легким недоумением рассмотрел легкую «неправильность» его структуры, неоднородность.
…
Я выдохнул: слава Ренду девочка просто уснула. Юная магинесса лежала на боку, устремив прикрытые глаза в стену Крепости. Я нежно повернул ее лицом к себе, а затем потряс за плечо — не время спать. Девочка не хотела просыпаться. Ее лицо было спокойно. Гладкая кожа, без единого изъяна так и излучала спокойствие. Уголочки губ слегка приподняты а, брови едва заметно закруглены. В какую-то секунду я подумал даже не будить ее, оставить дальше наслаждаться прекрасным сном, но потом все же отсеил эту мысль — мы в опасности и даже ее пока еще неокрепшая магическая сила может помочь спасти нас.
Я дернул за плечо сильнее, а затем еще сильнее, забыв про нежность. Глаза девочки необычайно быстро открылись. Только вместо бирюзовых огней счастья я увидел беспросветную тьму. бельмо и зрачок превратились в неописуемую чернь, в которой, казалось отражается вся злоба этого мира.
От неожиданности я отстранился, дрогнув от страха; но контроль над собой я все же не потерял.
— Пенти?.. — С надеждой спросил я. Ответа не последовало. Существо, которое вселилось в Пенти изучающе смотрело на меня.
Я стоял недвижим и лихорадочно пытался сообразить что мне делать. Разумных и даже полуразумных мыслей не приходило — все они бились об один единственный вопрос " а что если…?» в самых различных вариациях. Случился страшный сон профессионала — совершенно незнакомая ситуация с огромным количеством неизвестных переменных, где любой неправильный ход, скорее всего приведет к гибели. Именно поэтому я решил бездействовать.
Пентиель, или вернее будет сказать демон, что в нее, резко вселился развел руки в стороны, затем поднял наклонненную голову выше, задирая подбородок, а после — взлетел. Медленно, явно не опасаясь меня он приблизился вплотную ко мне.
— Приветствую. — Грубым, властным, но уставшим голосом, как нивчем не бывало поздоровался Демон. Он не пытался придать пафоса ситуации, напугать меня или еще что-то. Кажется, для него эта ситуация ничуть не удивительнее, чем съесть на завтрак яичницу.
— Кхм… Здравствуйте, многоуважаемый…? — Я попытался придать голосу вопросительную интонацию, но странный собеседник то ли не понял меня, то ли пожелал остаться неизвестным.
— Неплохое заклинание. Знаешь, будь я, наверное, раз в двадцать послабее да поглупее, то, наверное, ты бы смог меня засечь, а может быть даже и убить, будь ты раз в тридцать посильнее… — Я молча слушал. Речь демона напоминала косвенное восхваления себя. Такое часто применяют политики — азы красноречивых выступлений: под видом похвалы соперников или союзников нарочно акцентировать внимание на своих положительных характеристиках.
— Так ты меня не узнал?
— А должен был? — На секунду забыв про осторожность, ответил я вопросом на вопрос.
— Ну как же? Я тот, кто был с тобой все это время. Тот, кто ни на секунду не покидал тебя.
— Голос? — Догадался я.
— Близко, но все же нет.
— Тогда кто же ты… Вы такой? — Молчание. — Может быть, пора уже прекратить играть со мной?! Существо Вы явно не слабое, а ведете себя не лучше десятилетнего ребенка, дорвавшегося до власти.
«Существо» улыбнулось. Хотя улыбкой назвать то, как ужасно оно исказило прекрасное лицо Пентиель нельзя — «гнусная ухмылка» подойдет больше.
Ты прав, — медленно, разжевывая, смакуя слова произнес «он», - я существо не слабое. Даже по меркам твоего мира. Но о моем могуществе поговорим в следующий раз. Я здесь за тем, чтобы наставить тебя на путь истинный.
Я все-таки не выдержал: Путь истинный!? Ты вообще о чем? Понимаешь как бредово это звучало со стороны?
Видишь ли, — в эту секунду мое зрение пропадает. — Все, что ты чувствуешь — обман. Думаю ты сам это понимаешь. — Я оказываюсь в прекрасном месте, благоухающем цветами, наполненном прекрасными красками; и небо в том месте, где на секунду оказались мои чувство имело уникальный бирюзовый, чистый-чистый оттенок. — В нашем мире есть прекрасные места. А есть места, в которые лучше не заглядывать, — прекрасная картинка резко смещается на отвратительно-ужасную: Поле, полное крови. Детской крови. А рядом исковерканные, искореженные, искалеченные тела мальчиков и девочек. У большинства был недобор конечностей, у некоторых отсутствовали глаза, пальцы, с некоторых полностью сняли кожу и у всех без исключения был вспорот живот и как бы на обозрение высунуты внутренности. Воздух полон смрада. Куски плоти, как острава безумия в море ужаса, медленно плавают, сталкиваются друг с другом, браздя, как корабли, море крови.
И тут вдруг в этом царстве беспросветной тьмы, в королевстве ужаса страха и боли вдруг я замечаю что-то светлое. Существо, сотканное из света и стали разгуливает среди столбов с детьми. Сначало я обрадывался: вот она, помощь; но потом с каждой секундой моя радость убывала, а тревога, пришедшая ей на смену, лишь возрастала. Существо с вытянутым, но тонким лицом и длинными конечностями бездействовало, медленным шагом расхаживая между неровными рядами.