Олег Бард – Разрушитель Небес и Миров. Арена (страница 15)
В голове гудит, идут помехи, и послание обрывается. Так-так-так… Что за браслет? Сажусь на корточки перед окоченевшим трупом, не решаясь до него дотронуться, смотрю на запястье и вижу будто намертво прилипшую к руке мертвеца тонкую полоску под цвет кожи, а еще едва различимую пульсацию света. Полоска вроде видна, но при этом ее как будто и нет… Мистика какая-то. Касаюсь ее — и картинка меняется, теперь руку Грина опоясывает вполне реальный браслет, свитый из кожаных шнурков, на который нанизан плоский камешек. Без труда развязываю узелок. Такое впечатление, что сам браслет помогает мне. Минута — и он у меня на ладони. С обратной стороны камня рисунок, светящийся символ, похожий на дерево. По-моему, где-то видел похожую руну.
Ну, что, Ник, испытаешь новую штуковину? Ссыкотно, уж больно на бред смахивает. А может, тебя задрала гиена, и ты пускаешь пузыри на дне омута, а твой умирающий мозг усиленно галлюцинирует? И там вот, где водопад, — ни фига не вода, а свет в конце черного тоннеля, куда ты скоро полетишь?
Щипаю себя за руку. За, блин, искусанную гиеной руку! Охаю от боли, едва не выронив странный браслет. Была ни была! Плохо слушающимися пальцами завязываю его на левой руке. И меня опять словно бьет молния, только в этот раз гораздо сильнее.
От тела Грина по воздуху к камешку с руной тянутся светящиеся гибкие нити энергии. Они вырываются из трупа, будто выкорчёвываются из него, как корни дерева из земли, отчего он дергается, приподнимается, шевелит руками и ногами. Нити вливаются в меня, кругляш на браслете пульсирует светом и пропадает… Твою мать, что за колдовство!!! Браслет становится нематериальным, то есть он вроде есть на моей руке — но почти невидим, словно врос в кожу, и даже плоский камешек стал такого же цвета!
Я вскакиваю, когда тело Грина, лишенное энергетической поддержки браслета, начинает сморщиваться. Кожа истлевает, глаза усыхают и проваливаются в глазницы, полминуты — и передо мной мумифицированное тело. Обалдеть! Что за ерунда?! Такого не бывает! Не бывает! Я пячусь от мумии, мотаю головой, ругаюсь сквозь зубы. Потом плюю на каменный пол, хватаю ненужную трупу куртку, обмотав ее вокруг поясницы и затянув рукава узлом на животе, ныряю в воду. Пока плыву, лихорадочно загребая руками, перед глазами возникает:
В углу поля зрения возникает уже знакомый человеческий силуэт с шаром-ядром внутри головы. От шара вниз расходятся светящиеся каналы, все это пульсирует светом, но вскоре гаснет. Выныриваю за водопадом, в белой пене гребу к берегу, огибая кружащую в водовороте дохлую гиену. Выползаю на берег, собираю рассыпавшиеся фляги, пинаю издохшую гиену с распоротым брюхом. Вынимаю из нее свой нож и думаю над тем, в чем принести воду ребятам. Этих фляг не хватит, я в один присест выпил сразу две, а туда-сюда не набегаешься. Неплохо бы найти емкость побольше, что-то типа кувшина. Не успеваю додумать мысль, как система осчастливливает меня:
Склон недалеко от водопада подсвечивается зеленым, сухой куст — желтым. Глину растворяют в воде, замешивают и обжигают… как-то так? Вот ты каков,
Итак, система предлагает сделать кувшин из глины. Здорово, чё. Если бы не надо было спешить на таинственную Базу и моя нейросеть не деградировала бы в случае опоздания, почему бы не поэкспериментировать? Но сейчас мне некогда, я чертовски спешу, и нужно искать другое решение. Например, набрать две фляги, добавить туда эликсир бодрости, чтобы были силы сюда дойти. Пусть напиваются и набирают фляги сами.
А вообще, реальная чертовщина творится на этом Острове. Мистика напополам с фантастикой и этим, как его… кибер, так его, панком.
Наполняю фляги, озираясь по сторонам — вдруг опять гиены напрыгнут? Покусанная рука начинает адски болеть и чесаться. Сбрасываю промокшую, изодранную куртку и рубаху, чтоб оценить масштаб повреждений, и с удивлением отмечаю, что кровь не просто свернулась — рваные ранки начали затягиваться.
Что с нами сделали? Во что мы превращаемся? В суперлюдей или в чудовищ? И стремно от этой мысли, и радостно. Тем легче будет разделаться с Ганком после возвращения. Если, конечно, на выходе с Острова способности у нас не отберут, что вполне вероятно. Но ничего, я справлюсь с ним и без всяких
Появляется мысль, что они ушли, бросили меня, но нет, все на месте — бледные, понурые. Первым меня замечает Рио, улыбается из последних сил:
— Ник! Неужто с водой?
— Короче так, — останавливаюсь, уперев руки в боки. — Воду я нашел, немного даже принес. Пьем и топаем на водопой. Кто выеживается, — останавливаю взгляд на Борисе. — Тот идет не на водопой, а на хрен. Согласны?
Все радостно кивают, Борис молчит.
— Тогда, — протягиваю одну флягу еле живой Хелен, вторую — Рио. — Пейте половину, делитесь, и ходу!
Глава 9. Девочка Ай
На водопой и отходняки уходит около получаса. Пока остальные пьют, плещутся и отлеживаются, собираясь с силами, я стою на стреме, смотрю, чтоб гиены не напали. Они шуршат в кустах, но атаковать группу не решаются. Раздаю листья сахарного дерева, сам сжевываю парочку, и мы продолжаем путь. О покойном Грине,
В небо впереди иногда озаряют синеватые вспышки, будто что-то происходит там, в мутном тумане, заполняющем пространство над центром Острова, но грома по-прежнему нет.
За холмом, поросшим буро-зеленой травой, обнаруживается выжженная поляна, мы останавливаемся, никто не решается на нее ступать, хотя по ней удобно срезать путь. Посреди поляны — то ли развалины небольшого здания, то ли просто нагромождения камней.