Олег Азарьев – Искатель. 2013. Выпуск №5 (страница 36)
Началось вялое шевеление тел.
Во рту у каждого из матросов было сухо, и языки их еле ворочались.
— Еще бы малость поспать.
— Пора раздраивать люки!
— Воды бы! — сквозь сон прохрипел кто-то.
— В кошелях между иллюминаторами пристегнуты термосы с водой, — голос боцмана набирал силу. — Передохнем чуть-чуть, и надо будет просмотреть продуктовые ящики, оглядеться! — Он с усилием расстегнул молнии матерчатой дверцы.
— Лейтенант Шелабнёв! Вы Ленинградскую школу МВД окончили?
— Да!
— Я тоже. Вы, я смотрю документы, уроженец нашей области?
— Да, так точно. Я из Кандалакши!
— Знаете, значит, Кольский, иные районы области, хорошо?
— Да, пришлось в свое время поездить.
— Это вам здорово поможет в работе. Нам приходится много передвигаться. Самим или с привлечением СОБРа, или Мобильного отряда особого назначения.
— А в основном, какого вида преступления у нас бывают?
— Ну, мы с тобой будем в основном заниматься убийствами. Это значит — розыскные мероприятия, засады, облавы, погони, кропотливая работа с документами.
— А что еще, товарищ капитан, из правонарушений встречается в области?
— Много краж разного рода. Автомобили, прочие транспортные средства. В сельской местности, так как вокруг много воды — морей, озер, рек, — крадут лодки, моторы, бензин. Иные направления деятельности МВД — против наркотиков, захвата людей, торговли людьми. Без дела не сидим.
Много преступлений и происшествий связано с употреблением…
Вот, например, пропала продавец одного сельского магазина. Родня не заявляла об исчезновении. Такой родни просто-напросто не было! Но покупатели-то есть! Заволновались! Еще бы! Который день собираются у магазина, а так было уже три дня, а продавец отсутствует! Оказалось, забурилась она с приезжими рыбаками на острова! Гуляй, открытая душа! Наслаждайся родной природой! Любуйся на закаты у моря!
Или ребята напились. Дело было в одном поморском селе зимой. И помчались на двух тракторах по льду. Или на рыбалку, или наперегонки решили прокатиться. Возле островка одного сначала один трактор нырнул под лед. Потом — другой. Один «гонщик» выплыл, другой нет.
Еще такие случаи были. Типичные для наших мест. Как известно, в полярную ночь у людей сдвигается верхняя надстройка. Биочасы сбиваются. Все-таки это монотонное, сонное время ломает психику людей, и очень здорово ломает! Настроение угнетенное, состояние подавленное. Душа требует какой-то встряски! И встряски добиваются таким способом: напьются и стреляют по тещам.
— О подобном слышал, — сказал лейтенант. — Ведь даже на настроение очень влияет наша погода!
— Советую взять в архиве несколько дел, ну, два-три, — продолжал капитан. — Почитать! Войти, так сказать, почувствовать атмосферу!
Прошел час, затем еще один.
Понемногу внутри плота возобновилось оживление. То одна сонная фигура, то другая, приподнималась, осматривалась. Наконец кто-то поднял и закинул наверх полог. Дышать стало легче. По одному моряки стали вылезать наружу.
Каждый, кто появлялся на воздухе, видел скальный выступ, далеко выдвинувшийся в море, на который вынесло плот, широкий песчаный пляж, манивший размять усталые ноги и скрюченные тела.
— Да, поставь тут пальмы — и не отличишь от какой-нибудь Бразилии с ее Копакабамой.
— Где же этот Шойгу, где его хваленая спасательная авиация? — Главный механик окинул взглядом безоблачное небо. — Флотские где? А береговая охрана, наконец?
— А ведь радист стучал, выстукивал сигналы! — заметил один из моряков.
— Так Шойгу же перевели куда-то, я слышал, — поправил Женя Никитин главмеха.
— Интересно, кто-нибудь еще, на других плотах, спасся? — спросил рыжий механик, из-за сморщенного лица, изборожденного многочисленными морщинами, прозванный Изюмом. — Море-то кругом совсем чистое!
— Три плота всего было. Все три у нас на судне были десятиместные Зодиаки. Первыми, сейчас скажу, — боцман наморщил лоб, — сели палубная команда, штурман, кок и радист. На другом плоту пошли: капитан, трюмная команда, крановщики. Я ему еще крикнул, что я — с мотористами, как и предписано. Мы последние и покинули корабль. Спасжилетов, я смотрю, никто из нас так и не взял!
Вскоре все разбрелись. Двое — боцман и Изюм — сняли с себя грязную одежду и стали полоскать ее в воде, натирая изредка песком. Прополоскав белье, развесили его на ближайших деревьях.
— Советуем и тебе, Олег Кириллыч, постирать одежду и голышом походить, пока высохнет, — сказал Изюм появившемуся из леса Терехову.
— Ребята! Туда, налево, за ручей, не ходите — пасмурно там, болото там гнилое, мрачное. Ели темные, в лишайниках. Какое-то гиблое место! Змею видел. Черная, без пятен на голове; наверное, гадюка! — Эту новость принес Леха, высокий парень со светлым чубом и фамилией Светлов.
— Ну вот, а в какой-то ученой книжке я читал, что за Полярным кругом змей не бывает! — подал голос главмех Олег Терехов.
— Так, сидя в кабинете, писать хорошо, удобно! — поддержал разговор боцман Василия.
— Кабинет, букет, паркет! Это же то что надо для умственной работы! Закон моря! — Изюм не мог обойтись без своей любимой присказки.
Из леса вышел пятый пассажир плота, Женя Никитин.
— Ого! Стираетесь! Надо будет тоже! А там, в трех минутах ходьбы, рыбачья изба, ребята. Посмотрим?
— Айда!
В удалении от берега, на продолжении каменистого лба, среди высоченных сосен стояла изба, срубленная из сосновых бревен среднего размера. Венцы сруба были надежно прошпаклеваны высохшим мхом. Крыша покрыта толем. В окна вставлены стекла. Широкий навес примыкал к избе.
— Да тут зимовать можно, ребя! — засмеялся Леха. — Так хочется надолго остаться здесь, отдохнуть от всего!
Всей гурьбой ввалились вовнутрь помещения.
— Смотрите! Полати! Все разом поместимся! — обрадовался Олег.
— Самое главное, печь сложена! Каменка! И котел в нее вмазан. — Юрий Васильевич Кирьянов задумался. Это для бани или пищу варить? Во всяком случае, воду кипятить есть где!
— Тут и запас дровишек, топор есть наточенный! — Никитин Женя был восхищен. — И спички с солью. А вот и посуда — миски, кружки, чайник. Жить можно, и неплохо!
— Нам, ребята, следует определиться — старшего выбрать нужно. Иначе порядка не будет! Как за столом без тамады! — пояснял боцман Василия. — Определим, кто продукты выдает, а кто вещи.
— Боцман, ты что — рвешься старшим стать? — Леха удивленно поднял брови.
— А почему нет? — вопросом на вопрос ответил боцман. — Впрочем, можем обсудить! Муштровать вас я не собираюсь! Но порядок нужен! А то кто в лес, кто по дрова.
— Мне лично команды ваши — до лампочки. Без команд хочу побыть! Без командиров! А то с детства и до старости — окрики, команды, командиры, приказы, распоряжения! Всю жизнь!
— Боцман прав: иначе — раздрай. Кто куда, а я на рынок! Да пусть он и будет, раз речь завел. Тем более ему привычнее эта роль! Он и пограмотнее и толковее многих, — встрял в разговор Изюм.
— Тогда так, — произнес боцман. — Беру на себя командование. Разобрать продукты и вещи, которыми укомплектован плот. Все — в избу. Этим все займемся. Плот вымыть, разложить на пляже для просушки, оранжевым вверх — вдруг нас искать будут! А еще плот пригодится для ловли рыбы. Что еще? За вещи отвечает Изюм. А продукты хранить и выдавать кому поручим?
— Женьке Никитину, может? — предложил главмех.
— Давайте, я согласен!
— Ну а воду набирать будем по очереди. Я — первый, — сказал Юрий Васильевич, — далее по алфавиту: Изюм, Никитин Евгений, Светлов Алексей, Терехов Олег Кириллыч. Надо найти, во что ее наливать. Дрова заготавливать тоже будем по очереди — по двое в порядке, обратном алфавитному.
Из плота вытащили вещи и перенесли к избе, под навес: плавучий якорь с линем, два весла, две губки, черпак, тросы. Две непромокаемые сумки, в которые сложили ручную помпу и ручные насосы.
В избу принесли остальное: ремонтный набор, несколько ножей, инструкцию по пользованию плотом, набор инструкций по выживанию в море, карту сигналов бедствия, набор для ловли рыбы, пять теплоизолирующих накидок, фальшфейеры, химические источники света, парашютные ракеты, сигнальный фонарь в водонепроницаемом корпусе, батарейку и лампочку, сигнальное зеркальце, свисток, аптечку первой помощи, таблетки от морской болезни, сухие пайки, питьевую воду в двадцатилитровой канистре и в термосах, мерный стаканчик для питья.
На чердаке нашли две лучковые пилы, три лопаты, котел, корыто, несколько ведер — видимо, туда их засунули, чтобы забредший медведь не помял.
Протопили печь. Она работала исправно. В избе стало уютно.
Тельники, сушившиеся на ветвях деревьев, казались стайкой зебр, забредших полакомиться свежей зеленью.