Олег Алтайский – "Пикник" под кронами корней (страница 12)
– Вот и отлично. Раз ты пить не планируешь, значит на салаты налегать будешь.
Весело болтая на разные несерьезные темы, молодые люди доехали до заведения, украшенного светящимися гирляндами, и остановились на парковке.
Покинув салон автомобиля, они направились ко входу в заведение. Максим пребывал в приподнятом настроении. Очаровательная спутница, предвкушение праздника, что еще было нужно для приятного вечера. Ему казалось, что ни что на свете не сможет омрачить ему настроение в эту чудесную новогоднюю ночь.
Предъявив свои пригласительные на входе и оставив верхнюю одежду в гардеробе, молодые люди прошли в обеденный зал в сопровождении администратора и сели за предложенный им столик. Почти весь зал был заполнен народом. Шумные веселые компании приветствовали друг друга. Так или иначе, но почти все были знакомы между собой. Многие работали на фирме вместе с Ириной, многие жили с ней по соседству. Районный центр был небольшим и все друг друга если и не знали близко, то в любом случае где-то пересекались. Незнакомцев было всего несколько человек. К их числу относился и Максим, но это его нисколько не смущало. Наблюдая за приглашенными гостями со стороны, парень старался угадать кто относиться к руководству, а кто ступенькой ниже. В голове неожиданно промелькнула та самая мысль, его сослуживца Сергея Спикера, которую он произнес, когда они ехали из аэропорта. «Люди с разных этажей.»
Вальяжные и с пренебрежительными ухмылками молодые парни в компании с яркими шумными девицами сидели через столик от Максима с Ириной, и своим громким поведением привлекали всеобщее внимание. Но даже их вызывающее поведение не могло испортить настроение праздника и наклонившись к Ирине Максим спросил:
– Это что за публика? С вашей фирмы?
– Да, это наши продажники.
– В смысли продажники? – удивился Максим услышав в слове
– Это наш отдел продаж, – улыбнулась девушка, поняв удивление в голосе своего спутника.
– Продажники, звучит-то как похабно. Словно шкуры продажные.
Девушка звонко засмеялась.
– Ты не далек от истины. Чтобы что-то закупить по дешевке, или продать подороже, они готовы стелиться перед кем угодно. У них только деньги в почете. Все остальное им чуждо.
– Прямо как хохлы.
– О да. Это их самая больная тема. До СВО у них основная масса договоров с Украиной была и с началом спец операции, их доходы значительно сократились.
– Понятно.
– А почему ты именно про них спросил?
– Да просто ведут себя как животные. Как будто они тут одни. Или как будто им все чем-то обязаны.
– Ну так они такие и есть.
Глянув на пакет, лежащий на соседнем свободном стуле, девушка с хитринкой в голосе поинтересовалась:
– А что это у тебя за сверток такой интересный?
– Да, Дед Мороз попросил меня тебе передать, – улыбаясь пояснил Максим.
– Ну так передавай. Чего тянешь?
– Новый год еще не наступил, – интригующе произнес Максим с загадочной улыбкой.
– Ну это утверждение весьма сомнительное. На Дальнем Востоке, предположим уже наступил и праздник весело шагает по планете. Если не обращать внимание на придуманные людьми часовые пояса, то уже наступил. Так что давай вручай. Не тяни. Мне же интересно.
– Ну раз так, то Дед Мороз желает тебе счастья, мирного неба над головой и успешного любящего мужа.
С этими словами Максим достал из пакета нарядную коробочку и торжественно вручил Ирине. Она приняла подарок и принялась его вскрывать. Вскоре их упаковки появился флакончик с ее любимыми духами.
– Ух ты, какая прелесть! От куда ты знаешь, что я именно эти духи люблю?
– Если бы ты только знала каких усилий мне стоило сравнение твоего запаха с огромным разнообразием в парфюмерных магазинах. Я там всем продавщицам мозг вынес. Все по десять раз перенюхал. Пока одна меня не спросила кому именно я духи подбираю. Сказала, что она всех в городе знает. Я ей назвал тебя, она мне заявила, что вы в одном классе учились и вручила мне вот их.
Ирина рассмеялась:
– Так ты к Маринке в отдел парфюмерии заходил.
– Не знаю, как ее зовут. Имя ее я не спрашивал.
– Классно. Обожаю этот запах. А твой подарок в машине лежит.
– Интересное дело. Праздник по планете шагает уже, а мой подарок в машине лежит.
– Ну я решила, что с собой в ресторан его брать лишним. Он больше для машины.
– А что там?
– Я не знала, что тебе нужно. Поэтому купила видеорегистратор в машину. У тебя же его нет.
– Ух ты. Здорово. У меня его точно нет. Все время собирался купить, да выбрать никак не мог. Теперь будет.
– Правда угодила?
– Еще как Ирочка. Спасибо огромное, – улыбнулся Максим девушке. Хотя регистратором никогда не пользовался и пользоваться не планировал.
Праздник был в самом разгаре. Перед гостями выступали приглашенные артисты, певцы, музыканты, фокусники, танцовщицы. Народ веселился, провожая уходящий год. Горячительные напитки придавали энергии и веселье шло на максимальных оборотах. Максим сидел и с грустью в глазах смотрел на все это веселье.
Ирина спросила его:
– Что-то случилось?
– Нет, Ирочка, все отлично, – улыбаясь ответил парень, – Просто вспомнилось как два года назад я Новый, две тысячи двадцать четвертый год встречал. В блиндаже, в грязи и холоде. Сейчас парни там так же, сидят и ждут прилета вражеского дрона, вслушиваясь в воздух. И никаких тебе музыки и танцев. А дома вон что происходит. Как будто и нет никакой войны и не погибают молодые, смелые, лучшие парни страны. Просто как-то смотреть на все это немного странновато. Когда в школе учился, нам учителя рассказывали, как в годы лихих годин русские люди сплачивались и все вместе бились с врагами и отражали их агрессию. Получается, что или тогда нам просто врали, или сейчас мы уже совсем не те русские что были раньше.
– Но почему же? Может это просто особенность нашего времени? Общество же тоже меняется.
– Общество? Общество разделилось, на
– Как это, каким образом?
– Да хоть бы через средства массовой информации. Воздействуя на подсознание и культивируя дух эгоизма и насилия. Нескончаемые сериалы один тупее другого, похотливые или агрессивные фильмы. Пошлая эстрада. И вот он результат. Люди превращаются в беспринципное животное ведущее абсолютно бесполезную и бессмысленную жизнь.
– Надеюсь, что ты не прав в своих суждениях и не все так печально.
– Я и сам на это надеюсь, – Максим улыбнулся девушке и взяв бутылку шампанского наполнил ее опустевший фужер.
Стрелка часов неумолимо отсчитывала последние минуты уходящего года. Артисты со сцены ушли, опустился экран и все стали смотреть на него и проецируемые московские куранты.
Максим налил в свой фужер минералки и любуясь своей спутницей стал думать о том, что это его самая лучшая Новогодняя ночь. В его душе радостно порхали бабочки и приятное тепло наполняло весь его организм.
На экране появился Президент и со своей новогодней речью он обратился ко всем россиянам. Почти все молча и внимательно слушали его, только шумные продажники демонстрировали свое неуважение и пренебрежение. Максим смотрел на них, и злоба к этим холеным и наглым типам медленно начинала просыпаться внутри.
Речь Президента подошла к концу. Стрелки курантов отсчитали последние секунды и их бой возвестил о начале нового года. Присутствующие поздравили друг друга, радостно и звонко чокнувшись фужерами, с традиционным золотистым шипучим напитком.
С экрана зазвучал Гимн Российской Федерации. Все, кроме продажников встали со своих мест и молча слушали его.
Продажники демонстрируя неуважение весело болтали и с пренебрежением смотрели на окружающих их людей. Максим не выдержал и громко произнес:
– Слышь вы, пятая колона. Жопы свои от стульев подняли живо. Не уважаете нас, уважайте страну, в которой жируете и воруете.
Один из сидящих медленно повернулся и демонстрируя максимальное пренебрежение произнес:
– Чё ты сказал, придурок?
– Я сказал встать, когда Гимн страны звучит. Встать и заткнуться.
– Я сейчас сам тебя заткну, – пьяненький типок поднялся с места и грозно повернулся к Максиму, но почему-то подходить не спешил.
– Иди сюда утырок. Думаешь, что синяком под глазом обойдешься? Нет уж. Сейчас я в тебе дырок наделаю, ни один врач не заштопает. За всех тех пацанов, которые сейчас за этот Гимн головы кладут и жизни отдают, ты мне сейчас тут ответишь.
К разговору подключилась вульгарно яркая спутница того, с кем Максим общался.
– Валера, да забей ты на него. Видишь он сам из тех. Не обращай внимания. Ща он напьется, в салате уснет и все нормально будет.
Валера благоразумно подходить к Максиму не стал, отмахнулся рукой и сел обратно на свой стул. Максима они демонстративно перестали замечать и усилено делали вид что потеряли к нему всякий интерес.
Максим схватил свой стул за спинку и со злостью зашвырнул его в столик продажников.