Олег Алтайский – Крайности (страница 5)

Сверкающий своим богатством автомобиль немецкого производства, бесшумно шелестел по Ленинградскому проспекту. Молодое дарование, развалившись на заднем сиденье и чувствуя себя, как минимум Бэкхемом, рассказывал по телефону очередной поклоннице, какая тяжелая жизнь у спортсменов, что бесконечные ежедневные сорока пятиминутные тренировки его вымотали, бестолковая беготня по полю его невыразимо утомляет, что тренер в нем не видит игрока, вокруг которого должна строиться вся атака. В общем, «катался» у девочки по ушам и наслаждался произносимыми самим собой фразами.

Он даже предположить не мог, что это совсем не его выдающиеся способности, а невероятные усилия его отца, который поднял все свои связи и знакомства, потратил кучу денег, неимоверное количество сил и энергии. Взял на себя часть спонсорских обязательств, лишь бы увидеть своего сыночка на главной футбольной арене страны.

Владимир рулил и слушал его болтовню. Он прекрасно всё понимал, но все разговоры о том, что теперь тренироваться нужно еще больше и качественней, были впустую. Человек думал, что он уже всего достиг и что выше него только звезды, а круче него только поросячьи хвостики.

Разница в их возрасте была примерно в лет десять, пятнадцать, но, удивительное дело, прошло то всего не так много времени после перестройки, а мир полностью изменил своё обличие. Не успело даже одно поколение полностью смениться, а ценности уже совершенно другие. Возможно, это были чисто столичные особенности гламурной жизни, но Владимиру не с чем было сравнивать, и он так думал о всех молодых парнях нового времени. Молодые мужчины говорят и мыслят совсем по-другому, чем те же десять, пятнадцать лет назад. Раньше даже представить было трудно что мужчина может себе позволить маникюр и педикюр, эпиляцию и мужскую косметику для ухода за кожей рук, тела и лица, предупреждающую раннее старение и появление морщин, вокруг глаз. Теперь же это стало нормой жизни. Сидит молодой, крепкий, здоровый парень, на заднем сиденье роскошного автомобиля и треплется по телефону не понятно с кем. То ли с девушкой обсуждает её наряды, толи со своим товарищем.

Владимир молча рулил и рассуждал: «Невероятно, да он еще лучше любой модницы в тряпках разбирается! Лучше бы в футболе так разбирался. А то только и слышно: “Это в тон, а это не в тон, а это вообще не стильно, а вот та кофточка тебе здорово идет, вон к той юбочке и гламурненьким босоножкам…, а вот в том бутике такая маечка прикольная продается, цвет такой приятны, небесный-небесный…” Тьфу, что за мужик, как он может о таких вещах говорить вслух и ни капельки не стесняться, хотя бы меня? Наверно, и с дружками эти же темы мусолят. Во мужики пошли! Барахло на первом плане, волосики мелированные, гелем уложенные, в ушке сережка. В моё время точно за нетрадиционную сексуальную ориентацию предъявили бы ему и спросили бы как с гада. А сейчас попробуй заикнись, самого обвинят в отсутствии толерантности и снобизме. Куда мир катится? Уже сколько времени катаю его, а общих тем для разговора так и не нашли. Когда он про ночные клубы, да про свои тусовки треплется, я ничего не понимаю. А когда я ему о своей юности рассказываю, как мы район на район с бейсбольными битами ходили, и сколько я челюстей сломал, так он потом пару дней просто боится со мной общаться.

Нет, мне мое время больше нравилось: рыбалки, велосипеды, походы, пугачи, взрывпакеты… а сейчас – компьютерные игрушки да ночные дискотеки. Интересы поменялись полностью. Что интересовало нас, современному поколению уже не понять. А что интересует их, то трудно понять нам.

Хотя я бы не прочь окунутся в ту атмосферу, в которой столичная молодежь развлекается. Хотя бы просто для того, чтобы представление иметь. Надо как-нибудь забуриться с ним на его тусняк, поугарать с его компашки. Хотя бы со стороны понаблюдать, как современная молодежь живет. Он постоянно меня зовет с собой, вот и схожу как-нибудь. От меня не убудет.»

Владимир дождался, когда Вадим наговорится по телефону, и, выбрав подходящий момент, попробовал завязать разговор:

– Ну что, дружище, как тренировка прошла? Успешно? Сколько голов забил, сколько пасов отдал?

Вадим, вальяжно развалившись на заднем сиденье, с ленью в голосе ответил:

– У нас сегодня работа над ведением мяча была, игровая завтра будет. Уф, проголодался я чего-то. Может, в Макдоналдс?

– Куда? – удивился Владимир. – Ты чего, гонишь что ли, спортсмен, блин? Что, на базе опять обедать не стал?

– Да надоела мне их стряпня, все обезжиренное, паровое, это нельзя, то нельзя, а я хочу простого жареного мяса и майонеза. А на базе, даже макароны и те не совсем доваренные подают. Я сначала думал, что повар лох, оказалось, что так правильно для быстрого восстановления энергии.

– Ну это же и круто, что такие тонкости ваши повара знают, а майонез спортсмену и в самом деле нельзя, а насчет мяса – какие проблемы? Поехали по шашлычку оторвемся, я тут местечко знаю, у озера, там шашлык просто огонь.

– Да ну, там опять твои дружки с бандитскими рожами, я себя всегда в их присутствии неуютно чувствую.

– Да хорош тебе мандражировать, тебе уже двадцать лет скоро, а ты всё чего-то пугаешься. Пора и самому мужиком становиться. Вечно за своим папиком не спрячешься. Нормальные там ребята все. Они пацаны по жизни и по понятиям. Понимаешь, о чем я? С ними и за жизнь побазарить можно, и поугарать от души. А вот эти центральные забегаловки, в которые ты ходишь, – отстой полный, шашлык – дерьмо, публика… какая-то вся светло-синяя, с голубоватым отливом. Все на дешевой распальцовке, друг перед другом понты колотят, смотреть противно на их корявые движения. А цены?.. Ты пойми, цены такие, что даже не денег жалко, а самого себя, что тебя какие-то халдеи за полного лоха принимают. Лично я себя там обычной дойной коровой ощущаю. Давай лучше поедем к озеру, не боись, ты ведь со мной. Хоть покушаем по-человечески. А я под твоего телохранителя косить буду, даже дверь выйду тебе открыть, поприкалываемся над публикой, пусть гадают: «Что за звезда к нам приехала?» Все подруги твои будут.

Владимир сделал верный расчет на любовь Вадима порисоваться перед публикой. Молодой футболист что-то прикидывая в голове, задумчиво произнес:

– Телохранителем, говоришь? Ну-ну. Что ж, договорились, поехали, сыграем спектакль перед твоими колхозниками. Но только потом как-нибудь ещё со мной и в ночной клуб пойдешь в том же качестве – телохранителем. Договорились?

Владимир весело подмигнул пассажиру в зеркало заднего вида и продолжил:

– Что, перед своими мокрощелками решил тоже понт прогнать?

– Ага, – поправляя свои набриолиненные волосы, ответил Вадим.

– Без базара, заметано.

Вадим сморщился и сменив тему произнес.

– На каком отвратительном жаргоне ты всё время разговариваешь. Где ты только этих фраз нахватался. Вроде бы и понятно всё, а все же какой-то иной язык, – брезгливо произнес Вадим.

– Ну не гламурный это точно. В девяностые все так разговаривали, – не обратив внимание на пренебрежение со стороны Вадима, весело ответил Володя.

– Кошмар! Дичь какая-то. Начинай уже нормально говорить. Больше года возишь меня, мог бы и на нормальном, русском языке научиться говорить за это время.

Гримаса отвращения не сходила с лица юного футбольного дарования.

– Ты считаешь, что я не на нормальном языке с тобой общаюсь?

– Ну да, естественно!

– А я считаю, что это ты не на русском языке говоришь.

– Здрасти-приехали, а на каком, по-твоему, я языке говорю? Интересно знать?

– На гламурно столичном.

– Деревня, это и есть русский язык. Язык культуры и аристократии.

– Ладно, аристократ блин, подъезжаем. Сейчас нормальное мясо попробуешь. Не ваше, аристократическое, которое и на тарелке разглядеть трудно, а нормальную порцию, которую осилить с трудом сможешь.

Дальше всё шло по обговоренному плану. Они подъехали к заведению, Володя вышел из машины, надул щеки, смерил всех посетителей тяжелым взглядом и только после этого открыл пассажирскую дверь.

Вадим вылез и небрежной походкой, в модном спортивном костюме, направился к свободному столику. Вслед за ним агрессивной мышечной массой двигался сто двадцатикилограммовый Владимир, сверля всех посетителей колючим взглядом. Официанты сразу забегали и засуетились, увидев у себя в гостях как минимум сына главы администрации района, ну или соседней Чайханы.

Обслуживание было отменным, всё заказанное повар приносил сам и, улыбаясь, все время интересовался: «Вам понравилось? Может, ещё чего изволите? Шашлычок прожарился?»

Молодые ребята отведали отменного мяса и, весело болтая, попивали ароматный чай, разгоняя тяжесть в желудке.

Вадим рассказывал Владимиру историю о том, как у них в команде один португальский легионер проходил медицинскую комиссию.

– Представляешь себе, понапокупали игроков, по-русски ни в зуб ногой. Играть толком не умеют, зато такие цифры с нулями в контрактах, что диву даешься. За что??? За такие деньги могли бы и русский выучить. Приходится на пальцах с ними общаться. А ещё говорят, что в школе русский язык изучали! Прикинь, как они его изучали, если только четыре слова знают: «здрасьте», «пожалуйста», «спасибо» и «пока» – всё. Я ему говорю: «Иди, тебя тренер зовет». А он мне отвечает: «Сыпасиба». Дурдом. Набрали себе переводчиков, так те от них ни на шаг. Скоро по полю рядом бегать будут.