Олдос Хаксли – Двери восприятия. Рай и Ад. Вечная философия. Возвращение в дивный новый мир (страница 78)

Глава 19

Бога не обмануть

Мы настолько измучены дарами,

что не нравится нам ни благочестие, ни грех.

Мы не хотим богатств и садов,

мы не хотим причин для отдохновения.

Пророки говорили: «В сердце есть некое недомогание,

которое наносит ущерб чувству благодарности.

Богатство от него все становится недомоганием;

пища больному разве [дает] силы?

Сколько приятных [вещей] пришло к тебе, о строптивый,

и все стали неприятными, прозрачность их [стала] замутненностью[585]^».

Если свобода действительно существует (а даже детерминисты постоянно действуют так, словно они в этом уверены) и если (в чем всегда были уверены те, кто имеет основания и знания для рассуждений на эту тему) существует духовная Реальность, познание которой является главной целью сознания, тогда вся жизнь есть испытание умственных способностей; чем выше уровень сознания и чем больше потенциал живого существа, тем более сложные вопросы будут перед ним вставать. Ибо, как сказал Баджот[586], мы не смогли бы быть теми, кем должны были стать, «если бы жили в предсказуемой вселенной… Скрытно действующее Провидение, смятенная жизнь, причудливый материальный мир, существование, неожиданно прерываемое в самом разгаре, – все это не трудности, а подлинно благоприятные явления; они сами, или что-то им подобное, суть необходимые условия нравственной жизни зависимого существа». Благодаря свободе мы можем давать правильные или неправильные ответы на вопросы, задаваемые жизнью. При неверном ответе мы попадаем в глупое положение. Чаще всего такое положение не бросается в глаза – например, когда мы не смогли ответить правильно и потому не в состоянии осознать высший потенциал нашего бытия. Однако бывает, что глупое положение проявляется на физическом уровне, что в него попадают не только отдельные люди, но целые сообщества, исчезающие в результате катастрофы или медленно вымирающие вследствие упадка. Правильный ответ вознаграждается прежде всего духовным развитием и постепенным воплощением скрытых способностей, а также (если позволяют обстоятельства) приобщением к царству Божию. Карма и вправду существует; всем воздается по заслугам, но не настолько явно и материально, как наивно воображали ранние буддистские и иудейские авторы. Плохой человек может жить в роскоши и не подозревать, что изнутри его точит некая «ржавчина», а страдания хорошего человека могут обернуться духовным развитием. Нет, Бога не обманешь, однако нельзя забывать, что Он для нас непостижим.

Però nella giustizia sempiterna la vista che riceve vostro mondo, corn’occhio per lo mar, dentro s’interna, chè, benchè dalla proda veggia il fondo, in pelago nol vede, e non di meno è li, ma cela lul I’esser profondo. Еще сирена песню продолжала, Как вдруг тогда передо мной предстала Жена святая, гордо говоря Вергилию: «Скажи мне, кто такая Вот эта женщина?» Стыдом горя, Сирена замолчала. Не спуская С святой жены своих глубоких глаз, Стоял Вергилий молча в этот час[587].

Любовь – это астролябия божественных таинств и грузило, с помощью которого можно в них нырнуть; чистый сердцем способен проникнуть в глубины божественной справедливости и, пусть ему не дано постичь суть космического процесса, хотя бы получить представление о принципах и природе мироустройства. Эти озарения позволят ему повторить за Юлианой Нориджской[588], что все будет хорошо, что, вопреки времени, все уже хорошо и что избавление от зла сулит вечность, которую люди, если захотят, могут ощутить, но не выразить в словах.

Вы говорите далее: если люди грешат по естественной необходимости, то они извиняемы. Но Вы не объясняете, что Вы хотите вывести из этого: то ли бог не может на них гневаться, то ли они достойны блаженства, т. е. познания бога и любви к богу. Если Вы имеете в виду первое, то я вполне согласен, что бог не гневается, но что все происходит согласно его решению. Однако я отрицаю, чтобы вследствие этого все должны были достигать блаженства, ибо люди могут быть извиняемы и тем не менее не обладать блаженством и испытывать многообразные мучения. Ведь лошадь не виновна (excusabilis est) в том, что она лошадь, а не человек, и, однако, она должна быть лошадью, а не человеком. Тот, кто заболевает бешенством от укуса собаки, конечно, должен быть извинен, и, однако же, он по праву предается удушению. И, наконец, тот, кто не в состоянии управлять своими страстями и сдерживать их из страха перед законом, хотя тоже должен быть извинен за свою слабость, но тем не менее не может наслаждаться спокойствием духа, познанием бога и любовью к нему и необходимо погибает[589].

По вертикали и горизонтали, по физической конституции и темпераменту, по степени способностей и врожденной доброты человеческие существа изрядно отличаются друг от друга. Почему? По каким причинам и во имя чего? «Равви́! кто согрешил, он или родители его, что родился слепым?» Иисус, напомню, ответил: «Не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии»[590]. Человек науки, напротив, возложил бы ответственность на родителей, заявил бы, что всему виной либо плохие гены, либо болезнь, которой можно было бы избежать. Индуисты и буддисты, верящие в реинкарнацию согласно карме (судьбе, которую отдельные люди и группы людей в результате своих действий сами выбирают себе, друг другу и своим потомкам), дали бы другой ответ: мол, поступки, совершенные человеком в прошлых жизнях, предопределяют выбор родителей, наградивших его слепотой.

Все эти ответы не противоречат друг другу. Родители несут ответственность за то, кем ребенок станет, исходя из наследственных факторов и плодов воспитания. Природа воплощенных в ребенке души или характера такова, что, в силу его поведения в прошлых жизнях, он вынужден выбирать именно таких родителей. С материальной и рациональной причинами совпадает и третья, главная причина – телеологическая тяга. Эта телеологическая тяга исходит из божественной Основы сущего, воздействует на ту часть вневременного «сейчас», которое бренный разум должен воспринимать как будущее. Люди грешат, их родители тоже грешат, но дела Божии должны проявляться в каждом разумном существе (либо экстраординарно, как в случаях сверхъестественного исцеления, так и заурядно), – они должны проявляться снова и снова, с бесконечным терпением вечности, пока наконец живое существо не будет готово к совершенному и окончательному проявлению объединяющего познания, к тому состоянию, когда вправе будет сказать: «Не я, но Бог во мне».

Карма не рассеивает неведение, ибо относится к той же категории явлений. Лишь знание рассеивает невежество, подобно свету, который рассеивает тьму[591].

Иными словами, причинный процесс происходит во времени и никак не может привести к избавлению от времени. Такое освобождение достижимо только в результате вторжения вечности в царство времени; а вечность не может вмешаться до тех пор, пока индивидуум не совершит творческий акт самоотречения, создав тем самым вакуум для проникновения вечности. Мнить, будто причинный процесс во времени может сам по себе привести к освобождению от времени, сродни утверждению, будто вода сможет заполнить пространство, из которого предварительно не вышел воздух.

Правильное соотношение молитвы с поведением заключается не в том, что поведение важнее всего, а молитва может ему помочь, но в том, что основное значение имеет молитва, а поведение ее подтверждает или опровергает.

Целью и задачей человеческой жизни является обретение знания, объединяющего индивидуума с Богом. К числу необходимых средств достижения этой цели принадлежит правильное поведение, а по степени и качеству обретенной добродетели можно определить уровень и природу освобождающего знания. Если коротко, дерево познается по плодам, а Бога не обманешь.

Религиозные верования и практики не являются, конечно же, единственными факторами, определяющими поведение конкретного общества. Однако они безусловно входят в число важнейших факторов. Коллективное поведение нации есть, до некоторой степени, испытание на прочность преобладающей религии – критерий, по которому мы имеем полное право судить об истинности вероучения этой религии и ее практической способности помочь людям в движении к цели человеческого существования.

В прошлом христианские нации во имя веры преследовали инакомыслящих, вели религиозные войны и устраивали крестовые походы против неверных и еретиков; сегодня эти нации христианские лишь номинально, а единственной исповедуемой ими религией является местная разновидность идолопоклонничества, наподобие национализма, поклонения государству, преклонения перед начальником или революционной идеи. Обозревая эти (а есть еще и другие) плоды исторического христианства, что мы можем сказать о природе самого дерева? Ответ на этот вопрос уже дан в главе «Время и вечность». Если христиане когда-то были гонителями, а ныне перестали быть христианами, то причина в следующем: Вечная Философия, часть их религии, оказалась погребенной под слоем ложных убеждений, которые неизбежно (Бога не обманешь) ведут к неверным действиям. У этих ложных убеждений есть одна общая черта, а именно – чрезмерное внимание к происходящему во времени и недооценка постоянного, вневременного факта вечности. Так вера в то, что для спасения души решающее значение имеют отдаленные исторические события, обернулась кровавыми конфликтами из-за истолкования довольно смутных, зачастую противоречащих друг другу исторических сведений. А вера в святость, даже в божественность церковно-политико-финансовых организаций, сложившаяся после падения Римской империи, не только внесла «горчинку» в характерное для человека стремление к власти над ними, но и послужила объяснением и оправданием самых страшных эксцессов со стороны тех, кто боролся за место, богатство и влияние в церкви и с помощью церкви. Это еще не все. То же преклонение перед бренным, которое однажды заставило христиан преследовать инакомыслящих и вести религиозные войны, в конце концов привело к широкому распространению безразличия к религии, каковая вопреки всему продолжала отчасти ориентироваться на вечность. Но природа не терпит пустоты, и в зияющий провал безразличия к религии хлынул поток политического идолопоклонничества. Как мы имели возможность убедиться, его практическими последствиями являются тотальная война, революция и тирания.