Олан Красиков – Мемуары Мага. История первая. Гибель Соттома и Гемерра (страница 4)

– Доброго здоровья и долголетия тебе, мастер Гамид, – вежливо поздоровался Маг, внимательно разглядывая жилистую поджарую фигуру Гамида, пленного ассасина, пойманного в Цитадели лет семь назад и с тех пор используемого для обучения, проверки боевых навыков и профессионального отсева молодых волшебников. За семь лет Гамиду удалось почти убить трёх начинающих волшебников и умудриться остаться при этом не только живым, но даже не покалеченным. Последние четыре года целью Гамида был Маг. Глава Совета Горх обещал отпустить Гамида из Цитадели на свободу, если тот сумеет пустить кровь Магу, но именно с этого момента удача полностью изменила ассасину. Раз за разом Маг уходил целым и невредимым, избегая или просто уничтожая искусно подготовленные ловушки. А вот Гамиду, несмотря на его огромный опыт, каждый раз приходилось залечивать очередное ранение, полученное от увёртливой цели да копить в глубине души горечь поражения и злобу на победителя, каждый раз оставляющему ему надежду на свободу и не желающего нанести ему смертельный удар и освободить от позорной жизни.

– Не могу пожелать тебе ни первого, ни второго, Маг, – хищно ухмыльнулся Гамид, не обращая никакого внимания на кровоточащую рану и меняя стойку из оборонительной в атакующую.

– Глупо желать тебе того, что у тебя исчезнет через пять ударов сердца. Моего сердца, твоё-то сердце скоро замрёт. Извини, но я очень тороплюсь. Я хочу до полудня выйти на свободу из вашей проклятой Цитадели, да разрушит её чёрный Ариман до основания.

– Ну, пока что не Ариман, а ты разрушаешь Цитадель. Вот какую ямину вырыл, чтобы спрятаться от меня под землёй, а стоило мне повернуться к тебе спиной, как ты уже тут как тут и готов ударить в спину. И что об этом говорит кодекс искусства убийства ассасинов?

– Когда очень спешишь, можно ударить и в спину, – равнодушно ответил Гамид и качнулся из стороны в сторону, наблюдая за реакцией безоружного Мага.

Маг понимающе покивал, зевнул и нагло потянулся. Караульные дружно охнули, а Гамид сделал полшага вперёд так, что клинки почти упёрлись в незащищённый живот Мага.

– Мастер Гамид, ты не подскажешь мне, что такое техника квахра-василиска? Очень хочется знать.

– Это техника нанесения знаков повиновения на тело ассасина. Воин выполняет любой приказ главы клана ассасинов, становится непобедимым, не знает боли, страха и сомнения. Высшая ступень искусства убийства, – терпеливо пояснил Гамид

– Значит, сегодня ты достиг высшей степени в своём искусстве, прими мои поздравления, Гамид.

– А ты прими свою смерть. Она будет лёгкой и быстрой. – Гамид сладко улыбнулся, и клинки замерли напротив сердца Мага.

– Ты меня не понял, Гамид. Мы с тобой встречались уже много раз, и в результате ты обзавёлся целым узором из шрамов. А сегодня я нанёс на твоё тело последний штрих. – Маг посмотрел на залитую кровью грудь Гамида.

– На тебе сейчас печать повиновения, причём это не какая-то татуировка, которую, в общем-то, можно снять вместе с кожей, и забыть про вашу квахру. Моя печать повиновения врезана тебе прямо в тело, и снять её нельзя ни до, ни после смерти.

– Ты пытаешься меня обмануть и отсрочить свою собственную смерть, – неверяще засмеялся Гамид, – но тебя твои пустые слова уже не спасут.

Гамид перетёк в другую стойку, и клинки нацелились в горло Мага.

– Что-то раньше, за все прошлые годы, Гамид, я не слышал от тебя ни слова хвалы, ни слова проклятья, а сейчас ты топчешься передо мной, как ученик-первогодок и разглагольствуешь, как болтливая женщина. Либо действуй и убивай, либо иди и закапывай яму, которую раскопал. А что до твоего желания, то обещаю тебе, оно скоро исполнится, но не полностью. Из Цитадели ты уйдёшь, а вот свободным тебе уже не стать. Никогда.

Маг повернулся к Гамиду спиной, открыл дверь, зашёл в галерею и направился к Башне совета. Гамид потерянно посмотрел на закрывшуюся за Магом дверь, на бесполезные кинжалы в своих умелых, но неповинующихся его воле руках. А когда понял, что не в силах перебороть в себе стремление взять в руки лопату и как можно быстрее закопать яму во дворе, то не выдержал и дико заорал от безысходности с такой яростью, что пришедшие в себя стражники начали быстро расползаться в разные стороны, а чумазые, чадящие выпускники поспешили скрыться в надвратной башне.

Глава 2

– Ты заставляешь себя ждать. – Глава совета Горх недовольно оглядел стоящего перед ним Мага и раздражённо постучал пальцами по столешнице из эбенового дерева. Маг молча кивнул соглашаясь. Горх никогда не был доволен действиями Мага и выражал это всегда демонстративно, поэтому оправдываться, а тем более обвинять главу совета в том, что он только что лично организовал столь изощрённую ловушку Магу, было бесполезно. А сомнения в том, кто разработал нападение, у Мага не было, только глава совета мог дать разрешение на применение боевого разрушающего заклинания в стенах Цитадели. Правда на фоне большей части совета, отношение самого главы совета к Магу можно было считать скорее лояльным и даже добросердечным. Большинство в совете испытывало к Магу необъяснимую для него глухую враждебность и, хотя внешние приличия соблюдались, дар Мага позволял ему наблюдать яркое кипение отрицательных эмоций и недобрых мыслей под защитной серой пеленой, которой члены совета окутывали коконы своих душ. Маг пытался выяснить причины такой неприязни у своего учителя Мервина. Но Мервин, сам бывший в прошлом членом Совета, только похлопал его по плечу и сказал, что члены Совета прожили долгую жизнь, но так и не смогли отойти от устаревших правил, заученных ими ещё в юности. И больше на эту тему не говорил.

– Совет даёт тебе новое поручение, – Горх с сомнением оглядел невозмутимого Мага и поморщился, – не так давно появилась возможность вернуть Великому Магрибу то, что принадлежит ему по праву, но было скрыто от него в смутные времена.

Горх замолчал, решая, что можно сказать, а что говорить не следует, чтобы не давать лишней, а значит опасной информации. В раздумье он подтянул к себе одиноко стоящую на широком столе подставку голубого дерева, на которой покоился кинжал с чёрной рукояткой в чёрных же потёртых ножнах. Снял с подставки кинжал, покрутил его, зачем-то попытался поцарапать ногтем крупный тёмный алмаз, вставленный в навершие рукояти, после чего вернул кинжал на подставку и небрежно оттолкнул её от себя. Тут уже поморщился Маг. Когда-то кинжал принадлежал учителю Мага – волшебнику Мервину, носящим в то время грозное имя Клинок Магриба и считавшимся тогда сильнейшим боевым волшебником Магриба. В одной из схваток Мервин потерял былую силу и вернул тёмный клинок Совету. Столь славный символ пусть и былого, но могущества Магриба не заслуживал пренебрежительного отношения. Но указывать на это главе Совета было совершенной глупостью. Зато можно было попытаться прервать затянувшееся молчание Горха, и Маг решил перехватить инициативу и попытаться выяснить побольше о новом задании.

– Готов по слову Совета Великого Магриба завтра же отправиться в Великий Светозарный Магр, чтобы вернуть то, что принадлежит Великому Магрибу, да хранит его пресветлый Ахура. – Бодро отрапортовал Маг.

– Вот как. С чего это ты решил, что Совет направляет тебя в погибшую столицу? – Нахмурился Горх.

– По словам Хроса, они вместе с Кюном очистили пустыню от скверны до самого Светозарного Магра, но при этом потратили все силы, и я так понял наставника Хроса, что Совет поручает мне закончить расчистку столицы от скверны и доставить в Цитадель что-то, что находилось в подземных хранилищах Светозарного Магра.

– Понятно. Хросу не даёт покоя мысль очистить всё пространство погибшей части Магриба от скверны и возродить империю вновь, только возможности у него для этого нет, вот и распространяет свои идеи вокруг, заражая ими нетерпеливые головы не хуже скверны. С ним-то всё ясно. Это его обязанность, принц крови всё-таки. Он, видите ли, не может ждать десять тысяч лет, пока скверна исчезнет сама собой. А то, что уничтожая скверну таким диким способом – заставляя её отдавать всю свою силу сразу, в короткое время, он убивает вообще всё живое в округе, это его не беспокоит, дескать, жизнь возродится сама, только пока что-то не видно её возрождения на мёртвых камнях.

В Магр ты не пойдёшь, ничего интересного там давно уже нет. Ты отправишься в город Соттом. В Соттоме у богами проклятых гробокопателей видели вещь, очень похожую по описанию на сосуд Гораала. Твоя задача найти нечестивцев и выяснить является ли найденное ими сосудом Гораала. Если сообщение подтвердится, то отправишь сообщение в Цитадель и заберёшь все сосуды Гораала, какие они нашли, найдёшь крипту, где они хранились и заберёшь всё, что там есть. Обрати особое внимание на принадлежности для инициации сосудов Гораала. Все части принадлежностей надо собрать. Всё собранное немедленно переправить в Цитадель. Всех, кто видел сосуд Гораала уничтожить. Скорее всего, там появятся мантики Хараппи. Ни сосуды Гораала, ни принадлежности для инициации сосудов не должны попасть к Хараппи. Если это произойдёт, уничтожь всех волшебников Хараппи и забери то, что они взяли. Желательно неповреждёным или, если это невозможно, то уничтожь всё и всех. После полного выполнения поручения получишь награду – любое знание первого уровня.