Ol Nau – Замковые сети (страница 4)

Мужчина, сохраняя спокойствие, ответил:

– Я не знаю, что произошло, но я знаю, что с такими людьми связываться себе дороже. И вы должны подумать о том, как позаботиться о себе и ребёнке помимо того, что собираетесь разыскивать мужа.

Женщина, мельком взглянув на играющего на лавке ребёнка, тихо согласилась:

– Да, да, я об этом даже не подумала. Мне даже в голову не могло прийти, что такое с нами может произойти и нам самим придётся зарабатывать себе на хлеб и решать проблемы каждого дня. Но я ничего не умею и не знаю. Я лишь работала по хозяйству и заботилась о сынишке и муже. Даже не представляю, с чего начинать.

Мужчина, словно обдумывая её слова, предложил:

– Но я знаю, кто нанимает на работу прачек. Это грязная, неблагодарная работа, низко оплачивается, но на кусок хлеба себе и своему ребёнку вы сможете заработать. Тем более у вас уже есть дом, в котором вы спокойно можете жить.

Он ещё раз обвёл взглядом помещение, задержавшись на очаге, где тлели угли, и на полке с посудой, будто оценивая, насколько крепко держится этот дом. Удручённая женщина с надеждой посмотрела на предлагавшего помощь мужчину:

– А как же мой муж? Где же мне теперь искать его?

Мужчина, слегка наклонившись к ней, посоветовал:

– Я думаю, что вы как минимум должны заявить о его пропаже страже и подать заявление о его розыске с подробным описанием мужа и его деятельности.

Женщина, опустив плечи, развела руками:

– Так как же я подам прошение о его розыске, если я толком-то и писать не умею?

Мужчина, улыбнувшись уголком губ, успокоил её:

– Это ничего, ничего. Там есть писарь. Он запишет всё с ваших слов, и ваше прошение о розыске будет подшито к делу. Вы не волнуйтесь, я проведу вас и покажу, где можно написать это прошение.

Женщина стала с большим доверием смотреть на сидящего перед ней мужчину. Солнце клонилось к закату, заливая комнату женщины мягким оранжевым светом. За окном слышался шум ветра, который гнал по улице листья, а в воздухе чувствовалась прохлада надвигающегося вечера. Малыш, уставший от игр, задремал на лавке, укрытый тёплым одеялом, а женщина сидела за столом, глядя на пустую чашку, из которой пил гость. Её мысли были полны тревоги, но в её горящем взгляде теплилась надежда на лучший исход. Надежда на то, что с помощью этого незнакомца она сможет найти своего мужа и вернуть его домой. Она схватила за руку сидящего за столом мужчину и с жаром воскликнула:

– Пойдёмте же, пойдёмте же скорее напишем прошение!

Мужчина, легонько выдернув руку из её захвата, остановил её порыв:

– Эээ, но я это всё делаю не бесплатно. Если вы рассчитываете на мою помощь, то должны заплатить.

Женщина растерянно оглянулась по сторонам, видимо, по привычке рассчитывая на поддержку или совет мужа, но, спохватившись, снова схватила руку мужчины:

– Да, да, конечно! А сколько?

Мужчина задумчиво протянул:

– Ну, как сказать… А давайте на эту тему позже, – он начал вытаскивать руку из её захвата, – о цене договоримся.

Глава 3. Путь Надежды: Поиск и Надежда. Столкновение и подозрения

– Когда позже? Почему позже? Давайте сейчас договоримся, – напирала она, её голос выдавал нетерпение, а руки нервно сжимали край стола.

Мужчина, сидящий напротив, слегка откинулся назад, его тёмный плащ сполз с плеч, обнажая грубую льняную рубашку. Его лицо, обрамлённое густыми бровями и лёгкой щетиной, выражало не то смущение, не то хитрость. Он потёр подбородок, словно размышляя, как лучше ответить.

– Ну, я пока не знаю, во сколько вам моя помощь обойдётся. Как я могу сказать, сколько вы мне должны? – произнёс он, стараясь говорить спокойно, но в его тоне сквозила неуверенность.

Надежда ошарашенно посмотрела на мужчину. Её тёмные глаза, полные тревоги за мужа, внезапно сузились, и в них мелькнула искра подозрения. Она почувствовала, как внутри всколыхнулась волна недоверия, а сердце сжалось от неприятного предчувствия.

– Так вы не собираетесь мне помогать! Вы просто пришли стрясти с меня денег за то, что я могу сделать сама! – её голос стал громче, в нём звучали нотки обиды и гнева.

Мужчина, явно не ожидавший такой реакции, замер, лицо незнакомца вытянулось от удивления. Его взгляд лишь подтвердил догадку, и Надежда, не сдерживая эмоций, продолжила наступление.

– Так вот вы какие, подлые людишки! К женщине в беде с ребёнком слетелись, чтобы обокрасть да обобрать её! – она уже встала из-за стола, уперев руки в боки, и направилась к мужчине с угрожающим видом. Её шаги были тяжёлыми, а в движениях читалась решимость защитить себя и своё дитя.

Мужчина поспешно привстал с лавки, его руки инстинктивно потянулись к шляпе, которую он покрепче прижал к голове. Он начал пятиться к двери, явно не желая продолжать этот разговор.

– Что вы, что вы! Вы совсем неправильно меня поняли. Дело в том, что подать запрос – это уже платная услуга работы писца. Такая же платная, как и у меня. Я взял бы небольшой процент, если бы отвёл вас к ним, и вы бы сохранили время, не бегали бы ошарашенные по городу, не зная, что делать, – его слова звучали торопливо, словно он пытался оправдаться на ходу.

Однако Надежду не убедили эти излияния. Её лицо оставалось суровым, а взгляд – полным недоверия. Она скрестила руки на груди и сделала ещё один шаг вперёд.

– Мил человек, а кто вы вообще такой? Почему вы до сих пор не представились и где именно вы работаете? И почему знаете так много о делах моего мужа, когда даже я о них ничего не знаю? – её вопросы звучали как обвинения, а в голосе сквозила смесь напора и гнева.

Мужчина, не отвечая, продолжал отступать к двери. Надежда заметила, как его движения стали суетливыми, будто он уже не раз оказывался в подобных ситуациях и знал, чем это может закончиться. Несмотря на то, что этот незнакомец оказался, по её мнению, пройдохой, его слова всё же дали ей толчок. Он указал направление, в котором нужно действовать, чтобы начать поиски мужа. Это было единственное, за что она могла быть ему благодарна, хотя и не собиралась этого показывать.

Мужчина уже сбегал по крыльцу веранды, когда Надежда с угрожающим видом захлопнула за ним дверь. Деревянные ступени слегка скрипнули под его поспешными шагами, а ветер, гуляющий по двору, подхватил край его плаща, словно подталкивая прочь. Она стояла, тяжело дыша, и смотрела в окошко, как его фигура удаляется по тропинке, окружённой невысокими кустами шиповника, чьи яркие ягоды алели на фоне зелёных листьев.

"Да, да, – думала она, – нельзя терять время, надо действовать. Если муж связался не с теми людьми… он может быть ещё жив и здоров… А вдруг что-то угрожает его жизни? Тогда, придя за помощью в замок, я смогу получить если не ответы, то хотя бы какие-то зацепки или информацию, где искать или что с ним могло случиться. К тому же помощь властей, а не каких-то пройдох, наверняка повысит шансы на успех. Да и с работой, с заботой о хлебе насущном на каждый день тоже надо подумать серьёзно, пока мужа нет."

В голове Надежды начали крутиться множество планов, которые необходимо было осуществить как можно быстрее. Она не могла просто сидеть и ждать, когда всё решится само собой. Тем более, скоро они с ребёнком останутся без корки хлеба в доме, а её муж, чего доброго, так и не получит помощи – ни от неё, ни от тех, кто занимается порядком в городе. Решительно смахнув с глаз набежавшие слёзы, она быстро собрала всё в буфет со стола, взяла ребёнка на руки и вновь пошла в сторону ворот замка.

По дороге к замку её сердце билось чаще с каждым шагом, ведь впереди возвышались массивные ворота замка, украшенные замысловатыми узорами, напоминающими переплетённые ветви. По обе стороны ворот стояли стражники в блестящих доспехах, их лица были суровы, а копья, которые они держали в руках, отражали последние лучи закатного солнца.

Увидев распахнутые ворота, Надежда собралась с духом и смело подошла к одному из стражников. Его броня сияла, словно только что начищенная, а шлем с узким забралом скрывал половину лица, придавая ему грозный вид.

– Я должна заявить о пропаже мужа и хочу написать заявление, – твёрдо произнесла она.

Стражник окинул её взглядом с ног до головы, задержавшись на ребёнке, который с любопытством смотрел на его блестящую броню. Затем он молча указал на неприметное здание за воротами, стоящее чуть в стороне от дороги.

– Ну, тогда проходите вот в ту дверь справа, – сказал он сухо, махнув рукой в сторону невысокого строения с серыми каменными стенами и узкими окнами, через которые пробивался свет.

Надежда кивнула и направилась к указанному месту. Её шаги отдавались эхом на мощёной дорожке, окружённой аккуратно подстриженными кустами, которые, казалось, были высажены с идеальной симметрией. Воздух здесь был прохладным, с лёгким ароматом влаги, доносимой ветром из близлежащего леса. Она крепче прижала ребёнка к себе и решительно толкнула тяжёлую деревянную дверь, которая открылась с тихим скрипом.

Внутри помещения было сумрачно, несмотря на несколько свечей, горевших на столе и в настенных подсвечниках. Стены из грубого камня были покрыты тонким слоем побелки, а пол устилали широкие доски. Слева за массивным столом, заваленным свитками и пергаментами, сидел мужчина в тёмной одежде и чёрном плаще. Его лицо, освещённое мерцающим светом свечи, выглядело сосредоточенным, а перо в его руке быстро скользило по бумаге, оставляя за собой аккуратные строчки. Справа у окна, через которое виднелся кусочек вечернего неба, двое стражников что-то обсуждали между собой, их голоса звучали приглушённо, но с нотками оживления.