Оксана Заугольная – Невеста из гроба (страница 45)

— Дорогая, я же не знал, что ты дракон, — журчал в ответ Флин Первый. — Тогда бы я в жизни не стал пытаться тебя убить. По крайней мере, теми способами, какими я пытался.

Почему-то, несмотря на злые слова, которыми эти двое поливали друг друга, какое-то скрытое чувство намекало мне, что ещё немного — и у бывшей королевской четы дело дойдёт до поцелуев. И репутацию Интийским будет уже не восстановить!

— Миритесь подальше от королевства, пожалуйста, — мрачно произнесла я. — Я ужас как рада, что вы живы, вы же вроде как мама и папа. Но вы испортили детство.

— Кхм… — кашлянул отец и переглянулся с мамой, глаза которой почти побелели от смущения, тогда как щёки заалели.

— Не моё, — покачала головой я. — Моё детство мама спасла.

Я посмотрела в эти почти белые глаза с чёрным зрачком и слабо улыбнулась.

— Но детство моего брата. Вы задолжали ему нормальное детство, а мне моего брата. Так что… простить я вас не готова, даже если вы сами готовы помириться.

— Но твой брат меня сверг, — немедленно возмутился Флин Первый и почесал бородку. — И не убил даже. Мельчают наследники.

— Сам-то! — честно, и без него было слишком, но когда всё было не слишком! Из потолка появился дед.

Всё же было хорошо, пока он не мог уходить за пределы усыпальницы. Я с подозрением оглядела всех придворных. Узнаю, кто таскает в кармане мощи деда… и этому человеку не поздоровится!

А дед и не думал останавливаться:

— Сам-то не справился! Руки не из плеч растут! Кто связался с этим Звояром, стыдоба какая! Родного отца! И чтоб какому-то некроманту дело доверить! Тот даже убить меня не смог! Я сначала мучился пока не умер, а потом мучился от скуки, когда умер!..

А я смотрела на смущённого тирана-отца и кусающую нижнюю губу, чтобы не рассмеяться, маму-королеву и понимала, что ещё немного и все поймут то, что я уже знала. Короли и королевы — самые обычные люди. Только отдалённость их от остальных людей, да данная им в руки возможность управлять целым государством и отличали их от всех остальных.

Не знаю как кто, а я бы очень напряглась, если бы раньше осознавала, что король у нас — обычный парень, совсем немного старше меня, да ещё и не учившийся в университете! А уж как мне самой сложно было с репутацией! Но я-то её сильно в университете не портила, жила тихо, варила всякие экспериментальные зелья, да раскапывала могилы. Это хотя бы могло сойти за чудачества!

А эти? Да ещё немного — и все догадаются, что королева, пусть и дракон, а обычная женщина, которая почему-то полюбила тирана и которая вот-вот будет готова простить своё вынужденное бегство и наши с Флином детские годы! А я вообще не была уверена, что пребывание несколько лет в желудке варана сильно изменили отца. Чуть отвернёшься — и он ещё будет строить козни и пытаться свергнуть меня или Флина!

Нет уж, не бывать этому! Думала я недолго, времени на долго просто не было.

— Пст! — позвала я Флина-младшего. Он немедленно скользнул ко мне. — Нам нужен форпост на границе с вампирами!

Я говорила быстро, чтобы успеть до того, как дед успокоится, и родители продолжат свою ругань, которая неизбежно перейдёт в примирение.

— А то если Росса попадёт к ним, они станут совсем неуправляемыми. Нам нужен там небольшой перешеек, вроде как между вампирами и Калегосией, — продолжила объяснять я. — Давай отправим туда Флина Первого? Отделим несколько деревень в отдельное государство. Например, Горюны и Трясуны. И парочку соседних, а?

Флин вытаращился на меня, потом перевёл взгляд на родителей, потом снова на меня.

— А не жалко? — негромко произнёс он.

Я не очень поняла, кого именно — родителей или крестьян, но решила, что брат всё-таки король. Значит, жаль ему должно быть народ.

Я вспомнила мужика, который пытался убедить нас с Дарреном его покусать. Вспомнила про нас с Дарреном…

— Ты просто не представляешь, какие они там отбитые, — призналась я, чтобы смягчить свой ответ, добавила:

— Да и крестьян Флин Первый вроде бы не обижал.

Вот знаю, что он мой отец, да и конкретно сейчас он меня убить не пытается, но всё равно — назвать отцом или папой не могу! Скорее уж Клементия!

— А если он станет интриговать против Калегосии и козни строить? — брат почти сдался, а дед ещё и не думал останавливаться. Очень хорошо!

— Что значит «если»? — сделала удивлённое лицо я. — Конечно, будет! Только мы Лесию сделаем королевским послом по сотрудничеству с соседними государствами.

Я потёрла руки.

— И с Флином, и с эльфами, и с вампирами!

— Вот не знаю, за что ты так с вампирами, — раздался позади меня знакомый голос. Я обернулась и обнаружила выбирающегося из толпы студентов Чичу. Клыки его были отлично видны, но он не собирался кого-то кусать. Скорее, освобождал себе путь в толпе. Видок у него был, конечно… словно его бесы катали. Впрочем, когда он дёрнул рукой, выволакивая за собой Россу в столь же неприглядном виде, мне про бесов стало всё куда понятнее. — Но вот отправить госпожу Интийскую к эльфам — за это я всецело за.

— Спасибо за никому не интересное мнение, кронпринц, — буркнула я, ещё злясь за его попытку отхапать у меня государство.

Впрочем, мой взгляд тут же метнулся в сторону. На Даррена. Он не смотрел на меня или на ругающихся бывших королей. Он смотрел на Россу в её криво застёгнутом платье и растрёпанными волосами. Разумеется, её-то он помнит! Причём помнит только милой несчастной девушкой, которую обманул проклятый вампир, а не лысой крысоподобной тварью. Что за непруха!

Я вдруг подумала, что у нас есть шанс посмотреть живьём, как Даррен выкидывает Чичу в окно или хотя бы за перила. Раз он не помнит, что Росса сама изменила ему с вампиром. И не раз и не с одним… Но Даррен даже не смотрел на Чичу, а потом… Видимо, я таращилась слишком пристально, потому что Даррен наконец повернулся ко мне, и наши взгляды столкнулись.

Бывает, что случайно смотришь в чьи-то глаза и тут же отводишь взгляд. Или устраиваешь игру в «гляделки», кто кого пересмотрит, даже если никто из вас на самом деле не играет. В этот раз было совсем иначе. Мы смотрели друг другу в глаза буквально несколько секунд — я просто чувствовала, как они вихрем проносятся мимо.

Но когда я моргнула первая и тотчас уставилась в пол, я уже знала всё, что Даррен хотел бы от меня скрыть. Он… он помнил.

Столько вины, боли и какой-то горечи было в его взгляде, что я готова была отдать мизинец на отрубание, что он всё вспомнил. Я понятия не имела как давно это случилось. Он ведь не симулировал потерю памяти, я бы сразу поняла!

Но сейчас он помнил меня, нас, нашу любовь, королевскую помолвку и заказанный гроб на двоих, но почему-то был там, среди других людей, а не рядом со мной.

И это было слишком.

Очередной невыносимо длинный день. Точнее, уже наступила ночь, но для меня всё ещё был день. День, который я пережила чудом, когда я снова стала одним целым, когда ко мне вернулся Клема… Почему же я не могу перестать думать, что это день, когда я окончательно потеряла Даррена?

Я подумала, что здесь как-то до бесов много королей и королев и, если станет на одну меньше, ничего страшного не случится. Думала я это, уже нырнув в толпу и пробираясь к лестнице.

— Исса! — только и успел громким шёпотом позвать меня брат, но я качнула головой, и он отступил.

Уже пропихиваясь через толпу, я накинула на себя святую невидимость. Не хотелось, чтобы с верхней площадки лестницы весь университет наблюдает, как я ухожу. Дверь так и осталась висеть на почти сорванных петлях — спасибо бабушке, так что наружу я вынырнула без помех.

Конечно, в снегу могли остаться мои следы, и по ним меня можно было бы вычислить, но… посмотрим правде в глаза. Кому это может понадобиться?

Разве что брату, но он видел, что мне нужно побыть одной. Вряд ли понял почему, но видел, а значит, искать не будет. Удивительное дело, титулы, звания и прочие мои новые приобретения оказались точь-в-точь как оценки в аттестате. У меня может стоять удовлетворительно по некромантии, а у Софи отлично, но важнее, кто из нас сумеет убежать от упыря или упокоить его на месте, верно? Аттестат на кладбище с собой не возьмёшь, так и все мои титулы, и новые умения становились ничем, когда речь заходила о чём-то реально мне нужном.

Как Даррен.

И, как всегда, когда я ошарашена, опустошена и даже в толпе чувствую себя одинокой, я направилась к кладбищу. Мёртвые не спросят, что со мной случилось, они не начнут мучить советами… и кладбищенский сторож точно такой же.

Я прошла мимо алмазного гроба. Крышка разлетелась на осколки от удара молнии, а вот нижняя часть была целой — подойдёт для Кайсы.

Прошла мимо догорающего женского общежития и целых гор вещей, спасённых оттуда магией и, наконец, добрела до кладбища. Здесь мне наконец стало спокойнее, словно я вернулась домой. «Спешите видеть, королева Калегосии решила оставить свой трон ради звания королевы мёртвых! Теперь она будет жить в сторожке на кладбище и ей плевать, что об этом думает сторож!»

В мыслях это прозвучало довольно забавно, но я даже не улыбнулась. Наверное, потому что с наступлением ночи снова похолодало, и я быстро озябла. Чтоб бесы взяли мою дорогую половинку, которая была достаточно мёртвой, чтобы разгуливать в этом свадебном платье! Я-то совершенно живая и мне чудовищно холодно!