Оксана Заугольная – Невеста из гроба (страница 39)

Я надеялась только, что могу убедить свой мозг, что здесь мне не грозит истощение. Потому что если я сейчас отправлю всех в обычный мир и вырублюсь, то я не смогу победить Иссабелию там, в университете.

И тут я услышала голос за спиной. Незнакомый и в то же время отчётливо знакомый, как так могло быть? Впрочем, я довольно быстро поняла.

— Вызови меня, — попросил голос. И добавил:

— Вызови меня… дочка.

У меня не было много времени, чтобы обдумывать это. Под ледяным дождём вампиры зверели, нюхачи раздирали на части всех, до кого добирались, и как только не путались, ко служит Флину, а кто Ираиде. Бабушка выдыхалась, Криса снова лишилась головы, и Лета пыталась приставить её на шею подруги. Наперстянка отступала от эльфиек с таким лицом, что я понимала — это тоже их с Викуэлем сёстры.

Бриен разрубил себя самого, отчего на снегу образовалась ещё одна кучка льда, но замер перед ледяной Клементиной. А Иссабелия вызвала ледяную Софи.

В общем, мне некогда было высчитывать и решать.

— Флин Первый Интийский, — вызвала я и на мгновение прикрыла глаза, но тотчас открыла, чтобы увидеть, как отец шагнул вперёд, становясь рядом со мной. Тиран и деспот, почти убивший своего отца, доводивший мою мать и желавший моей смерти.

Не очень умно с моей стороны его вызвать, да?

Лицо моего брата… ох, я только сейчас вспомнила, что брат сверг нашего отца и отправил его в тюрьму, из которой не возвращаются. Эгоистка проклятая, только и думала о себе!

Отец был скорее похож на своего отца, чем на нас с братом. Как и дедушка, он был довольно высок и носил короткую аккуратную бороду. Неужели даже волосы не отрастали, пока ты пребываешь в ледяном варане? Или это магия?

Кстати, а какой магией владел Флин Первый? Я понимала, что оба с братом они могли чувствовать, когда им лгут, но это так себе магия, когда идёт такой замес из мелькающих мечей, копий и прочего безобразия!

Как оказалось, не все были такие неосведомлённые, как я. Изменилась в лице Ираида и завопила:

— Рот, заткните ему рот! Иней, приоритетная цель!

Владыка эльфов скрылся за спинами пары своих дочерей и стал пытаться засунуть в уши обрывки платка.

Флин Первый ухмыльнулся. А вот эта кривая ухмылка играла и на моих губах. Чем-то мы с ним оказались похожи. И меня это совсем не радовало.

— Прикрой меня, дочка, — попросил он. Именно попросил, я не чувствовала никакого давления, хотя уже поняла, что дело в его словах.

Что же, мы в ответе за тех, кого призвали, верно? И я встала чуть впереди него, рассыпая искрами молнии.

А отец вдруг… запел. Голос у него оказался негромким, но приятным.

— Вы не хотите воевать, — мне казалось, что он поёт это на всех языках сразу. Побулькивание и пощёлкивание переплеталось с нормальными словами, с отрывистыми звуками языка истинных вампиров и с причудливыми словечками сплошь на эннь, эль, ун и прочая — эльфийского. — Вы все склоните голову перед истинной королевой. Никаких битв. Тут так холодно и одиноко.

Я передёрнула плечами. Холодно, верно. Но вообще не одиноко.

— Отец! — крикнула Астаросская, на которую тоже не действовал голос Флина Первого. — Я тоже твоя дочь, между прочим! Почему ты помогаешь ей⁈

Я ждала любого ответа. Он мог сказать, что я сильнее — и это было правдой, у Астаросской был только меч, которым она махала как заведённая, но совсем не осталось магии. Отец мог сказать, что именно я — Интийская, и это тоже была бы правда. Но он качнул головой и просто ответил, ненадолго прерывая пение:

— Именно она вытащила меня из тюрьмы.

Глаза моего брата. Разделяй и властвуй, да, папа?

— Это вышло случайно, — прошептала я, не надеясь даже, что он меня услышит.

Глава 23

Две на одного

'Иногда, чтобы победить, нужно объединиться с врагом.

А потом можно разобраться, враг он тебе или нет'.

Королева Лесия Интийская

«Тайные мемуары королевы, которая не хотела ею быть».

— Белка не собиралась его освобождать, — громко произнёс Чича. — Мы пытались выбраться из этой дурацкой ледяной пустыни, нам просто не повезло!

— Или повезло, — ухмыльнулся отец. — Никто не знает, верно?

Он с сожалением цокнул языком.

— Жаль, что не действует на вампиров, — вздохнул он.

— Не только на вампиров, — Ираида Алес очнулась и сейчас трясла головой. — Вперёд!

И на нас рванули железноголовые нюхачи, чьи волчьи пасти были плотно сомкнуты — головы защищали их от любого влияния извне! И пусть их было немного, но они были опасной силой.

Я снова подняла руки, надеясь, что моих молний хватит на всех. Бить их лопатой по голове было куда менее эффективно.

— Передаю притязания Иссабелии Интийской! — крикнул мой брат. — Защищайте королеву!

И теперь немногочисленные оставшиеся нюхачи и эльфийка Линесса — всё, что осталось от армии Флина, выстроились перед нами с отцом.

— Росса! — призвала моя двойник. Жуткая, точно огромная плешивая крыса — это сколько её продержали без алкоголя, появилась моя соперница за сердце Даррена.

С каким-то жутким воплем она бросилась вперёд, почти по головам железноголовых карабкаясь ко мне. Похоже, Росса хотела моей смерти чуть больше, чем я раньше предполагала.

Чича растерял всю свою самоуверенность и смешливость.

— Осторожно! Ловите её, но очень осторожно! — крикнул он вампирам и даже подпрыгнул на месте. — Это наша панацея, не упустите её!

Я отшатнулась. Росса запросто разорвёт меня своими огромными когтями, а пришибить я её не могу — вампиры не простят, да и Даррен, потерявший память, наверняка будет недоволен. И вампиры не очень-то торопились поймать эту дикую тварь! Трусливые кровососы!

— Вызови меня! — раздался такой рёв, что задрожала обледеневшая земля под нами всеми. Немногочисленные выжившие и не зачарованные моим отцом, начали озираться. Похоже, этот рёв слышала не я. Хотя, вообще-то, это мы вызывали голосом, а наши воины приходили в ледяную пустыню беззвучно.

— ВЫЗОВИ МЕНЯ! — повторился рёв. Я… я не знала, как правильно вызвать. Нужно же назвать имя и титул, если таковой имеется, верно?

Против воли я вспомнила, как летела на драконе и призвала Арриену. Я объясняла ей, что не привыкла никогда звать на помощь маму. Ифигения была внимательна ко мне, но казалась холодной, а потом и вовсе оказалась мне не родной. А сейчас… почему бы и нет.

— Я вызываю… — я вздохнула и добавила почти шёпотом. — Мама, приди!

Я так и не обернулась, хоть порыв ветра был так силён, что едва не уронил меня прямо на обороняющих нас с отцом нюхачей.

А потом меня накрыла огромная крылатая тень.

Отец задрал голову.

— О, дорогая моя, ты явилась. Совсем не изменилась с нашей последней встречи.

— Не благодаря тебе, — проревела мама… ну мама же, да? Я наконец посмотрела вбок, где опустилась огромная голова на длинной шее. Как у Капельки, только почти прозрачная и словно собранная из острых граней хрусталя. Как же я была рада, что была уже знакома с Капелькой и летала на ней!

Мне кажется, я бы оконфузилась от ужаса, впервые встретившись с драконом так близко во время битвы.

Но этим дело не закончилось. Моя мать — дракон-дракон-дракон! — вытянула шею ещё сильнее, и из её пасти полилось синее пламя. Меня обдало холодом и, кажется, даже ресницы покрылись инеем.

Удивительное дело, для меня огонь был нестерпимым холодом, но чем дальше, тем ярче разгоралось белое пламя и наконец от его языков вспыхнули фигурки всех вперемешку: эльфов, людей и вампиров.

Крики раздавались там и тут над ледяной пустыней, и горящие факелами маги один за другим исчезали с заснеженного плато. Вот исчезли Летка и безголовая Криса, вот не осталось почти никого из вампиров — они огонь особенно не любили. Чича ещё держался, с брезгливым изумлением разглядывая свою полыхающую руку, но целью мамы был не он, а Ираида. Противная тётка вспыхнула с головы до ног и не нашла ничего лучше, как начать бегать кругами, поджигая нюхачей там и тут. Поисчезали и они, и я выдохнула спокойнее. Оппозиционеры были моими самыми нелюбимыми врагами. Вероятно, потому, что никто кроме них не желал лишить меня головы в реальности.

Потом дракон повернул огромную голову в нашу сторону и прицельным язычком пламени окатил отца!

Я вскрикнула, опасаясь, но он сейчас исчезнет, и я так и не пойму, где он находится. Судя по настоящим снежным налётам на крыльях и шее дракона, мама находится в данный момент в самой настоящей ледяной пустыни. А вот где отец?

Но Флин Первый остался стоять посреди огня, горя и не сгорая.

— Дорогая моя, — промурлыкал он. — Королей учат противостоять иллюзиям лучше, чем кого-либо в этом мире.

— Я не пыталась сжечь тебя, — последовал молниеносный ответ. Причём в этот раз дракон не ревел, это прозвучало мыслью в моей голове и, судя по тому, как все поморщились, каждая голова на этом плато пострадала так же, как и моя. — Я выражаю своё неудовольствие. Зачем ты здесь?

— Вообще-то, я хочу помочь дочери, — а вот отец продолжал говорить вслух.

— ТЫ ХОТЕЛ УБИТЬ НАС С ИССОЙ! — проревела мать, теряя терпение. Некоторые из выживших исчезли сами.