Оксана Заугольная – Фантастика 2025-156 (страница 51)
Вот даже ненадолго. Попользоваться! Для дела!
Короче говоря, я долго уговаривала ректора, но очень милый в других вопросах, тут он стоял насмерть, и пришлось смириться.
И в это зеркальце можно было увидеть отражение любого другого зеркала в общественных местах вроде коридора или аудитории. Хотя я ни разу не училась в таком кабинете, где бы зеркало стояло. Да его просто из вредности разобьют! А вот зеркала в личных комнатах подвластны этому артефакту не были. Не очень-то и хотелось!
Хотя ректор так усмехался, будто мне делать нечего — смотреть, как кривляются девчонки в зеркалах или парни разучивают правильное положение рук для заклинания. Что еще там увидеть можно?
В общем, я потребовала по очереди показать мне, что видно во всех зеркалах. Попался мне и Бриен в каком-то темном коридоре, и мой жених вместо того, чтобы паниковать или искать способ меня спасти, придирчиво рассматривал в зеркале свой подбородок!
Никакого зла не хватит на него!
И я поскорее перевела зеркало дальше. Еще через пару зеркал я наткнулась на Звояра.
— Звук, попроси звук! — заволновался ректор.
— Дайте звук, — послушно потребовала я.
Звояр выглядел очень недовольным и даже немного больным. Я по привычке хотела пожалеть своего преподавателя. Некромантам непросто работать. Но тут он двинулся дальше по коридору, приближаясь к зеркалу, за которым я наблюдала. Двигался он как-то неуверенно, словно только что слез с норовистой лошади. Что там ему такое привиделось вообще в казематах, я же только шляпу там оставила!
Душечка на плече Звояра вел себя еще страннее. Он ужасно злился, враскорячку прыгал по плечу и то и дело касался своих штанов.
Дойдя до зеркала, Звояр и сам приспустил брюки — и я поспешно отвернулась.
— Не могу понять, — проворчал Звояр себе под нос, по-видимому, желая излить негодование своему отражению. — Получилось или нет? Вроде лепестки раскидал везде, свечи зажег. А искололо всё так словно и не помогло это!
Он подтянул штаны и снова заглянул в них, будто рассчитывал увидеть что-то другое. А я не могла решить, плакать мне или смеяться. Этот… этот тип что же, набросился на сложенные мною тюки с сеном? Конечно, там были разные растения, включая те, что с сухими острыми стеблями. И…
— Это переходит все мыслимые границы! — раздался за моим плечом возмущенный вопль ректора, которому я, разумеется, уже рассказала про мою придумку с бормоталкой. — Этот… этот, с позволения сказать, преподаватель! Наброситься на студентку! Да как… да как…
У бедняги просто не хватало слов.
— Да как он мог, — подсказала я.
— Да! — воскликнул ректор. — Я добьюсь его увольнения!
Я вообще сильно сомневалась, что невидимый всем кроме меня бывший ректор сумеет что-то сделать, и еще больше я сомневалась, что меня погладят по головке, если я тут проявлю всех бывших преподавателей. В университете и с нынешними-то бывает непросто, а уж что будет, если их станет больше?
— А я не могу уволить его через книгу? — я потерла ладошки. Я пусть не была так сильно возмущена, как ректор, ведь мне удалось избежать столь близкого общения со Звояром, а значит, и разговаривать тут не о чем. Это пусть тюк с сеном на него в королевский совет жалуется. Но ведьминская мстительность, похоже, у меня была не от шляпы. Оставлять все как есть я не собиралась.
— Увы, — ректор развел руками. — Уволить без согласия можно только за сделанное. Намерения так серьезно у нас не наказываются.
— То есть, без согласия принять человека на работу можно, а уволить нельзя? — поразилась я. Ректор только снова развел руками.
Я с минуту размышляла, не готова ли я пожертвовать собой ради того, чтобы Звояр со свистом вылетел из университета, и пришла к выводу, что нет. Категорически не готова.
В конце концов, у меня сейчас ответственность большая. Жених. Брат жениха. Ну, короче говоря, не могу я. Я не такая свободная женщина, чтобы жертвовать собой, вот!
Пока я раздумывала, Звояр, бормоча под нос какие-то ругательства, медленно побрел дальше. Судя по направлению движения, он собирался в медпункт.
Против воли я почувствовала злорадство. Хотя я вообще не такая уж злая, как хочу казаться. Но я подумала, что среди растений вроде видела песью смерть. Травницы его называют борец, некроманты — аконитом, но песья смерть и есть песья смерть. В тюках с сеном было не очень много этого растения, кто им будет набивать тюки! Но даже немного достаточно, чтобы Звояр страдал не только от кожного зуда, но и начал обильно потеть. И до судорог может дойти, хотя помрет он вряд ли.
Зато надолго запомнит попытку снасильничать почти что ведьму!
Одним словом, я была довольна. В отличие от старика ректора, который летал вокруг, бормоча про времена и нравы. Как по мне, дело не во временах и нравах. Вон, старый декан Каньер — из него песок еще при жизни сыпался, вот уж какие далекие времена и нравы!
— Мне бы всё-таки к студенческим комнатам попасть, — прервала я метания ректора. — Точнее, к своей комнате.
На всякий случай я добавила огонька:
— Там томится наш новый университетский бухгалтер, она красивая девушка. А Звояр… вдруг позарится?
В глубине души я понимала, что желай Звояр просто добиться какой-нибудь красивой девушки, он бы точно не начал с меня. Да что там, я была бы даже не в середине!
Хоть по моему обычному виду и не скажешь, но я часто смотрюсь в зеркало и прекрасно представляю, что по внешности я уступаю многим. Зато у меня характер золотой! И родители — инквизиторы. Звояр точно клюнул на последнее, а значит, Клементине ничего не грозит.
Но я уже поняла, что бывший ректор очень легко отвлекается и может снова утянуть меня танцевать, писать что-то для университета… А мне и впрямь хотелось спасти. То ли туфли Софи от Клементины, то ли Клементину от Звояра. В общем, будем честными — в комнате лежала оставленная по трагичной случайности лопата, и я всем сердцем тянулась к ней, особенно сейчас, когда безоружной мне было очень не по себе.
Убить лопатой Звояра я не надеялась, но остановить — запросто.
Конечно же, моя хитрость сработала. Призраки вообще невероятно наивны. Если не говорить про Кайсу. Кайса, похоже, наивна была только при жизни.
— О ужас! — воскликнул ректор и снова всплеснул руками. — Конечно же, моя дорогая! Посмотрите под ноги!
Я посмотрела на пол и почувствовала себя примерно так же, как чувствовала себя на занятиях по стихиям. То есть, полной идиоткой.
Дело в том, что пол был покрыт множественными узорами, в которых можно было угадать план всего замка. И по этим узорам было видно, в какой тоннель нужно пойти, чтобы выйти в нужный коридор!
— Тогда я пошла? — я попробовала присесть в книксене как я его представляла, чтобы быть вежливой. Нам же с Клементиной еще сюда возвращаться!
— Конечно, Лисонька! — ректор смахнул невидимые слезы. — Как же ты похожа на нее. Как похожа! Та тоже всегда спасала всех, даже с риском для жизни!
Я прикусила язык. Не хотелось признаться, что рисковать жизнью я категорически не собиралась, и уж точно не считала, будто на такое способна королева. Если королева нормальная, она должна сидеть на попе ровно и не доставлять головную боль тем, кто вынужден ее такую красивую защищать.
Мне просто реально повезло, что дома ко мне относились попроще. Если проводить параллели с королевством, я была принцессой и уж точно никак не меньше, чем герцогиней. Но никаких советников, охраны и вот этого всего мне это не приносило. Был один охранник в младшей школе, но и тот весь кончился. И как же это хорошо! Иначе вряд ли мне удалось бы сбежать так легко!
Ничего этого я вслух говорить не стала, времени и без того было мало. Так что только снова неуклюже поклонилась, растягивая юбку в стороны, и бросилась по линии, ведущей к студенческим комнатам. Быстрее, быстрее, пока Звояр занят в медпункте! У меня пока есть это время, но надеяться на то, что Звояра задержат судороги, я бы не стала.
А значит, он будет еще более злой. И ладно, если он такой злой вернется к тюкам с сеном. Если же он выберет пойти и сорвать зло на ком-то другом, то Клементине может не поздоровиться.
Эти мысли гнали меня быстрее, и я даже чуть не пробежала мимо нужного поворота. Но всё получилось. Я вынырнула из-за пыльного гобелена и огляделась. Ставшие родными за эти годы стены коридора и дверь нашей комнаты совсем рядом. И никакого Звояра поблизости — это ли не счастье?
Дверь была закрыта снаружи довольно простым заклинанием. Изнутри его не снять, а вот снаружи он походил на защелку. Я убедилась, что к заклинанию не прицеплено другое, противное и используемое для подачи сигнала магу, если его крючок будут снимать.
Похоже, Звояр был достаточно самоуверен, чтобы не заморачиваться этим. Что же, тем ему хуже!
Я сдернула защелку и распахнула дверь. Сказать, что у меня не было слов от того, что я увидела, это значит вообще ничего не сказать!
Глава 8
Освободительная операция
'Маги могут быть невероятно сообразительны.
Но только перед лицом опасности.
А уж если магу грозит смерть,
Он поразит своей хитростью и изобретательностью даже опытного инквизитора'.
Ифигения Астаросская.
«Трактат о пытках во имя рода человеческого и науки»
— Приветствую тебя, мой принц! Приди и освободи меня от заточения! — не открывая глаз прошелестела Клементина, словно была на грани обморока. Я бы, кстати, не удивилась.