Оксана Волконская – Мой кошмарный принц (страница 35)
После спектакля Стас предложил остаться на служебку.
— Я, конечно, понимаю, что ты не фанатка, — с улыбкой сказал он, — да и меня таковым сложно назвать. Но над спектаклем работал мой друг, очень хочу его поздравить.
— С удовольствием присоединюсь к поздравлениям, — согласилась Ася. — Думаю, его работа высокой оценки заслужила.
Стас тем временем за руку вывел девушку из зрительного зала и отвел в сторону, к стене.
— Его, значит, заслуживает высокой оценки? — шутливо надулся он, поигрывая распущенными локонами Аси. — А моя?
— А что твоя? — широко раскрыла глаза девушка.
— А моя не заслуживает? — приподнял бровь Белозеров, косясь на нее хитрым взглядом. Ася едва сдержалась, чтобы не рассмеяться: вот провокатор-то! Мальчишки такие мальчишки, в любом возрасте. Вечно им надо соперничать, получать похвалы и быть во всем лучшим. Просто песочницы меняются, их масштабы расширяются, а игрушки тоже становятся глобальнее.
— Твоя? — Ася не могла удержаться от того, чтобы не поддразнить парня. — Напрашиваешься на заслуженные дифирамбы? Ну я даже и не знаю…, - и, глядя на его нахмурившуюся физиономию, добавила. — Ты у меня настолько талантливый, что я сомневаюсь, стоит ли этот факт хоть малейшего обсуждения.
— Ну если у тебя, то точно не стоит, — заправил выбившуюся прядь за ухо Стас, попутно нежно проведя большим пальцем по ее щеке. — Хотя мне будет приятно послушать комплименты мне любимому.
— Павлин самовлюбленный, — рассмеялась Ася, ловя ответное веселье в его зеленых глазах. И как может быть с одним человеком настолько легко? Удивительное дело. Как все-таки приятно жить, когда перестаешь себя контролировать, обдумывать каждый шаг и просто чувствовать!
— А вот это точно комплимент, — довольно заявил Белозеров. — Запишу его первым в списке самых шикарных комплиментов, полученных от фанатов. Ай, не надо меня бить! Я почти общественное достояние!
От справедливого возмездия его отвлек отклик мужчины лет тридцати:
— Стас! Ты? Почему не сказал, что придешь?
— Привет, Игорь, — пожал ему руку Белозеров. — Как я мог не прийти? Ты молодец, отличный спектакль.
Стас быстро познакомил Асю со своим знакомым. Оказалось, он и был режиссером увиденной постановки. После недолгого разговора он, извинившись перед Асей, ненадолго украл ее спутника. А девушка с улыбкой прошлась вдоль стены, рассматривая фотографии артистов и отличные репортажные съемки со спектаклей. Да, все-таки театр — это настоящая магия…
— Ася? — неуверенно окликнул ее мужской голос. — Это действительно ты?
Такие знакомые, слегка полузабытые интонации. Она не слышала этот голос уже много лет. И в то же время не расставалась с ним никогда. Голос человека, изменившего всю ее жизнь…
«Все пройдет, пройдет и это», — кажется, именно так звучала фраза на кольце царя Соломона? Так вот, должно уже было уже пройти, забыть, отболеть… Должно. Остаться в прошлом. Но вместо этого ноги стали ватными, в глазах на мгновенье потемнело, и даже захотелось сбежать, чтобы не сталкиваться с главным демоном собственного прошлого. Реальным отражением ее глупостей, ошибок, преступлений. Но она же смелая. Она же справится. Наверное.
Пять лет! Пять гребанных лет она пыталась сбежать от всего этого. Запрятать все это глубоко в саму себя. Не вышло. И только она начала отпускать, только стала понемногу оживать… Как опять столкнулась с ним.
Ася прикрыла на мгновенье глаза, пытаясь обрести спокойствие. Вдохнула. И медленно обернулась к стоявшему позади нее парню.
— Здравствуй, Илья.
Он не изменился. Совсем. Будто и не было этих пяти лет. Все та же аккуратно растрепанная прическа, разве что волосы стали чуток длиннее. Все те голубые глаза, которые когда-то казались самыми красивыми на свете. Все то же слегка высокомерное выражение лица. Одет с иголочки — отглаженная рубашка, джинсы. Он все тот же. И это било сильнее всяких слов. Он все тот. После всего, что произошло. И только она другая.
— Надо же! — воскликнул он с какой-то непонятной для нее радостью. — Это действительно ты. Я уж думал, обознался. Знаешь, никогда не представлял тебя блондинкой. Но тебе идет. Шикарно выглядишь. Стервозненько даже немного.
— Благодарю, приятно слышать, — прохладным тоном откликнулась девушка. Хотя хотелось сжать кулаки и просто закричать. Он это серьезно? Это все, что он может ей сказать спустя столько лет? После того, как она ради него чуть не погибла? Вот она, ирония судьбы.
— Как поживаешь? — так и не дождавшись ответного комплимента, продолжил разговор он. От этих, в общем-то, обыденных вопросов, девушку вдруг начинала медленно, но верно колотить дрожь. И вся привычная сдержанность куда-то испарялась. Она чувствовала, еще мгновенье — и чаша ее терпения перельется через край.
— Лучше всех, — победоносно улыбнулась Ася, но кто бы знал, что ей стоило выдавить из себя эту улыбку. — А ты? Спокойно по ночам спишь? Совесть не мучает? — и на лице появилось какое-то предкушающе-кровожадное выражение лица. Знающие ее люди, наверное, поспешили бы уйти в сторону. Вот только ее некогда любимый мужчина, похоже, совсем ее не знал. И даже не пытался узнать. Так же, как не пытался подружиться с собственным мозгом. Так же, как и не мог встретиться с совестью.
— Совесть? — на красиво-безупречное лицо набежала тень. — Ты о чем?
— Купи словарь, — мило посоветовала Ася, — и стукнись об него пару раз. Пока не выучишь это слово.
На лицо Ильи набежала тень. Легкая, практически незаметная. Это даже не было виной, нет. Скорее недовольством. Что она вообще посмела вспомнить о тех событиях, где он показал себя не самым лучшим образом.
Липкая, противная паутина, казалось, оплетала ее со всех сторон. Ася смотрела на этого человека и ощущала только одно чувство. И это была брезгливость. И еще примесь недоумения: каким местом она вообще думала? Явно не головой.
— Какая ты стала дерзкая, — в его голосе слышалось осуждение. Действительно, как это так, она не расплылась лужицей к его ногам?
— Я быстро учусь, — Ася не опустила взгляда, только чуточку выше подняла подбородок. Она сильная, взрослая, разумная. Она справится. Как бы только унять эту дрожь в пальцах? Было почти физически плохо. Кружилась голова, мутило, и только сила воли заставляла ее держаться. И нежелание показать слабость. Как бы поскорее закончить этот разговор? Без потерь…
— Кого ты все пытаешься отыскать взглядом? — поинтересовался у Стаса Антон Иванович, немолодой актер, опыту которого последнему еще учиться и учиться.
— Да я его у девушки украл, — хохотнул Игорь. — Теперь он, видимо, боится, как бы девушку не украли у него.
— Да? — заинтересовался актер. — А что девушка? Красивая?
Стас не видел смысла скрывать, тем более, кем-кем, а своей феечкой он гордился.
— Ася Строганова, дочь Виктории Владимировны, — ответил он. — Думаю, вы ее знаете.
— Малышка Ася? — обрадовался Антон Иванович. — Как же — как же. Помню. Чудесный был ребенок. Жалко только, что с ней произошла такая история.
— Какая история? — насторожился Стас и напрягся, как хищник, нащупавший след. Игорь, сообразивший, что сейчас будет личный разговор, поспешил удалиться. Немолодой актер этого даже и не заметил. Он погрузился в свои воспоминания.
— Это, наверное, лет пять назад было. Или чуть больше, — в задумчивости поскреб подбородок он. — Я подробностей не знаю. Помню только, что Вика была сама не своя.
— Да почему? — не выдержал Стас. Терпение вот-вот грозило лопнуть. Что же там все-таки произошло.
— Как почему? — искренне удивился его собеседник. — Девочку похищали. Ты не знал?
Если бы! Стас скрипнул зубами. Вот о такой малюсенькой, ерундовой мелочи ему как-то сообщить никто не удосужился. Да и зачем? Не заслуживает внимания же.
Что же все-таки произошло? Кто похищал Асю, зачем? И сколько ей тогда было, семнадцать-восемнадцать? Бедная девочка. Неудивительно, что у нее такие огромные проблемы с доверием к людям. Если к этому еще имеет отношение кто-то из близких ей людей…
Стас даже не помнил, как извинился перед Антоном Ивановичем и направился к своей девушке. Он не знал, что он ей скажет. Не понимал, стоит ли донимать вопросами. Не представлял, как сдержаться и не подать виду, что он знает. Как вообще с этим справиться…
Но все эти мысли буквально вылетели из головы, когда он увидел, что его феечка не одна. Наглый, слегка слащавый мажор буквально нависал над ней, что-то выговаривая. А Ася стояла с абсолютно прямой спиной, гордо вскинув голову и смотрела на него… Да как на насекомое смотрела. Но при этом во взгляде было что-то такое, что буквально ударило Стаса под дых. Растерянность. Беззащитность. Боль. И он бы, наверное, и не заметил этого — так хорошо она умела держать себя, если бы сам не умел работать с мимикой, если бы не изучал каждую ее реакцию так пристально, словно под микроскопом, пытаясь найти к ней подход.
Слегка брезгливым жестом Ася отвела ладонь потянувшегося к ней мажора, словно ей были противны его прикосновения. И это было… Слишком личностно. Словно это не просто придурок, который проходил мимо и решил к ней пристать. И возникал вопрос. Кто это, черт возьми?
И какого огородного овоща он просто стоит и наблюдает за этим?
Мгновенье. Быстрый, уверенный шаг, и как-то абсолютно стремительно оказался между своей феечкой и мажором. Демонстративно не замечая последнего, он обнял девушку за плечи и проворковал: