Оксана Север – Академия на проклятых землях (страница 7)

Моррис повернулся ко мне и кивнул в сторону коридора.

– Сейчас свободное время, а потом у нас продолжение теории. На твоем месте я бы пошел со мной в библиотеку. Все же тебе не хватает знаний, которые мы получили от родителей. Нужно перекрыть отставание.

– Соглашусь с тобой.

Мне показалось, что на лице Морриса появилось удивление. Как будто он думал, что я не понимаю того, что у урожденных есть большая фора.

– Тогда пойдем, нам в центральную башню.

– До вечера, Алиса, – крикнул в след Феликс. – Моррис, верни нам ее в целости и сохранности! Нас, перворожденных, и так слишком мало!

***

Книжные шкафы в библиотеке простирались от пола до потолка – чтобы достать самые высокие книги, нужно было взобраться на деревянную лестницу и попытаться не упасть и не сломать себе ноги. Шкафы не только прислонялись к стенам, они стояли и отдельно, целыми рядами, образуя настоящий лабиринт внутри огромного помещения, где почти, что не было окон, а те, что были, всегда закрывались тяжелыми портьерами. Столы для чтения располагались в отдельной галерее, где окна были с двух сторон. А вечером маги должны были зажигать специальные подсвечники. В замке использовали свечи, которых я раньше никогда не видела – из воска пронзительно белого цвета, который давал огонь ярче и дольше.

На удивление, заниматься с Моррисом было очень комфортно. Он дал мне нужные книги, показал необходимые разделы и отвечал на вопросы, которые я старалась задавать как можно меньше, чтобы не отвлекать его от чтения. Я была рада тому, что мы познакомились, несмотря на некоторую холодность в его словах.

Я решила, что будет правильно подготовиться к уроку по алхимии, который должен был быть завтра. Конечно, алхимией занимались не только маги, но именно они были известнейшими по ней специалистами. В учебнике, который я начала читать, говорилось, что главное в алхимии – не формулы, а интуиция, которая больше присуща людям с магическим даром.

– Моррис, кажется, одна страница в учебнике вырвана.

Он поднял на меня глаза и осторожно взял книгу.

– Тут было описание отвара для ритуала Кровяного притяжения. Наверное, страницу давно выдернули, чтобы лучше подготовиться. На самих уроках этому не учат.

– Что это за ритуал?

Моррис слегка покраснел. Это было заметно лишь потому, что у него была очень бледная кожа. У одного из моих братьев была такая же и я всегда знала, когда он смущен.

– Ты недавно в нашем обществе. Некоторые наши традиции могут поразить людей извне. Но, как и у многого, тут есть объяснение, просто не все хотят его знать. Легче верить в то, что мы развратные гедонисты, которые прыгают из койки в койку.

– Я так не думаю.

– Правда?

Я смутилась, ведь Моррис во многом был прав.

– Мне хочется узнать, как вы живете на самом деле.

– Хорошо, – он серьезно кивнул. – После Лидии маги могут зачать, но реже, чем люди. Ты это, думаю, прекрасно знаешь. И обычно у одного мага есть всего пара-тройка магов, с которыми у него может быть потомство. С бездарью… просто с человеком без дара такого шанса нет.

– Совсем?

– Почти нет. Чтобы получилось, в семье человека должны быть перворожденные маги. Хотя есть одна теория о том… впрочем, не буду тебя мучать этими вопросами, они сложны и мало изучены. Увы, не всегда можно узнать, с кем точно будет потомство, поэтому маги вынуждены иметь несколько браков. Если ты понимаешь, о чем я.

Я понимала.

– И за это мы друг друга не осуждаем, – продолжил Моррис. – Конечно, с течением времени это повлияло и на наше отношение к подобным связям. На нас не действуют обычные законы, от нас не ждут целомудрия, и мы судим себя иначе. До Лидии все было еще хуже. Мы были просто бесплодными изгоями. Пусть и довольно могущественными.

– В этом есть логика, пусть и циничная.

Моррис посмотрел на меня с благодарностью.

– Это правда. Мы просто вынуждены искать того, кто продолжит наш род. К счастью, некоторые могут быть освобождены от этой бренной ноши, хоть выбор и остается за ними.

– Что ты имеешь в виду?

– В середине зимы ученики третьей ступени проводят ритуал Кровяного притяжения. Маги собираются в кружок, и первокурсники дают свою кровь. С помощью заклинания можно выявить, у какой пары точно может быть потомство. Увы, наши знания ограниченны, и это редкость. Обычно с каждым годом появляется одна новая пара. Иногда ноль. Очень редко две. Конечно, в ритуале можно не участвовать.

– Зачем не участвовать? – слишком эмоционально воскликнула я. – Извини. Но это же большая удача? Знать и не тратить время на поиск того, с кем продолжить род. Я обязательно в этом поучаствую, если будет возможность.

Моррис замолчал на несколько секунд, что-то обдумывая, а потом согласно кивнул:

– Я тоже буду участвовать в этом году. Я рад, что мы относимся к этому одинаково серьезно. Многие воспринимают ритуал лишь как способ развлечься и завести новую романтическую связь. Это глупо, но мы склонны к легкомыслию.

Я подумала, что если бы моя кровь показала на Морриса, это было бы очень удобно. Он был похож больше на аристократа, чем на мага, и мое общество, кажется, было ему очень даже приятно. Моя мать была бы почти довольна такой партией.

Думать о том, что кровь может показать кого-то крайне неподходящего, мне не хотелось.

5. Человек из прошлого

Дни проходили очень быстро, и я сама не заметила, как стала ориентироваться в замке, который оказался меньше, чем казалось на первый взгляд. При этом он словно был создан для того, чтобы магам, жаждущим чужой ласки, было удобно прятаться во многочисленных нишах и темных закоулках.

К счастью, за все это время мне довелось натыкаться только на целующиеся парочки, которые пытались откусить друг другу губы и наставить следов на шее. Все самое запретное происходило за закрытыми дверями. Кто-то менялся комнатами, кто-то уединялся в пустых кабинетах, замок ночью не спал – многие, особенно студенты третьей ступени, искали чужого тепла. После того как Моррис объяснил мне причины подобного поведения, я искренне пыталась относиться к этому с пониманием, но, конечно, все еще смущалась встречая учеников излишне занятых друг другом.

Единственное, к чему невозможно было привыкнуть – совершенно странной погоде, не поддающейся прогнозам и логике. Солнце, проливной дождь и даже снег сменяли друг друга слишком быстро. Моррис как-то сказал мне, что все дело в проклятии.

Но иногда мне не хватало ощущения города рядом. В столице я бывало просыпалась от криков торговцев, которым повезло добыть лицензию на торговлю в центральном районе. Люди были повсюду – в столице жило больше человек, чем она могла вместить. Даже в нашем родном с Моррисом центральном районе могли столкнуться два экипажа, а богатые сограждане были вынуждены строить трехэтажные дома, чтобы вместить всю свою семью, не ютясь по маленьким комнаткам. Тут все было иначе.

В эту ночь я проснулась от звуков ливня и не могла уснуть целых полчаса. Очень хотелось опорожнить мочевой пузырь, а для этого нужно было выйти в темный коридор. Конечно, я совсем не боялась темноты, но не хотела будить Ванессу. Завтра у нее был важный экзамен, который сдавали ученики второй ступени.

В конце концов, я устала мучиться и решила тихонечко выйти. К счастью, дверь почти не скрипела, и я смогла пройти в холл, освещенный тусклой свечой. Отхожее место было рядом, и я быстро сделала свои дела, почти не замерзнув в легкой льяной накидке, которую надела сверху ночного платья.

Когда я вышла в коридор, то порадовалась тому, что догадалась прикрыть плечи, – ведь не мне одной не спалось сегодня ночью.

– Не спится? – спросил Феликс, стоявший у выхода в наш отсек.

Он был полностью одет и, кажется, только пришел с прогулки, судя по мокрым волосам и влажной одежде.

– Меня разбудил шум дождя.

– Да, он льет стеной, – Феликс даже не пытался сделать вид, что никуда не выходил. – Лучше не появляться там в ближайшие пару часов.

– Я и не собиралась. Не могу представить, что можно делать на улице ночью.

– Много всего, – засмеялся Феликс. – Мне на ум приходят сразу несколько вариантов. Ты замерзла?

Конечно, мне было зябко, и я быстро прикрыла грудь руками. Ночное платье мало что скрывало, и я была рада, что в полутьме Феликс хотя бы не видит моих красных щек.

– Сейчас по ночам прохладно.

– Знаю. Но мы же маги. Можем этим пользоваться.

Феликс подошел ко мне очень близко, и мне стоило большого труда не показать растерянность и страх. Но, когда он положил ладонь на мое плечо, мне пришлось среагировать.

– Это лишнее.

– Подожди, – Феликс не дал мне стряхнуть его руку. – Я ничего плохого не собираюсь делать. Мы не… мы нормальные люди. Чтобы ты там не думала.

Люди разного происхождения могли понимать плохое и хорошее по-разному, но я не стала этого говорить. В крайнем случае я могла закричать. Или сделать то, чему меня однажды научил старший брат перед отъездом в военное училище. Мужчины устроены одинаково и этим нужно пользоваться, говорил он.

Но Феликс ничего не делал, а вскоре я почувствовала, как накидка стала теплее, словно полежала у камина пару часов.

– Это простейшее заклинание, вы разве его еще не изучали?

– Изучали. Но я еще мало практиковалась.

Мне нравилось изучать теорию и то, как нужно держать руки. Я уже наизусть выучила многие схемы, и могла нарисовать их по памяти. Но с практикой все было куда сложнее. Я чувствовала в себе силу, которая может быть слишком опасна. Мне не хотелось выпускать ее, скорее хотелось закрыть от остального мира. Но я никому об этом не рассказывала. В лучшем случае, другие маги меня бы засмеяли.