Оксана Рабафф – Чужие Люди (страница 12)
Он пошёл в сторону комнат.
– Чувствуй себя как дома, – бросил, скрываясь за дверьми.
– Приятных снов, – ответила она, но он уже не слышал.
ГЛАВА 3. Чужие люди
Часы показывали половину девятого. Илья уснул. На улице тихо шелестели листьями ветер и дождь. За дверями одной из комнат раздавался храп Озерова. Чувство было такое, словно за стенкой спит медведь. Её бывший муж храпел, когда перебирал лишнего, и она терпеть этого не могла. Собирала подушку и одеяло, шла спать на кухонный уголок. Но тут её ничего не раздражало. Наоборот, так было спокойнее – знать, что он рядом и сможет защитить. Она всё прокручивала в голове события прошедшего утра. Двух одурманенных алкоголем и похотью мужиков. Такого страха она никогда не испытывала. Да и знала ли она вообще до этого дня, что такое страх? Конечно нет! Болезненно поморщилась, вспоминая липкие ладони на своём теле, зловонное дыхание и грязные словечки. Посмотрела на синие запястья. Что она могла сделать? Да ничего! Совсем ничего…
Поднялась, стряхивая тревожные мысли. Ещё раз обвела взглядом дом. Она надеялась, что это место действительно сможет их защитить, станет крепостью. Когда Максим ушёл, они с мальчиком разложили все продукты и вещи. По случаю холодильник оказался полон продуктов. На удивление, всё было свежее. Перекусили на скорую руку бутербродами. Видимо, хозяева уехали не так давно или за домом следил кто-то ещё.
Ира застелила диван в гостевой и переложила ребёнка. Теперь можно спокойно принять душ. Проходя мимо комнаты Озерова, не удержалась и заглянула. Мягкий тёплый свет торшера создавал уют. В полутьме увидела силуэт Максима. Он крепко спал, положив одну руку под голову и согнув правую ногу в колене. Красивый. Ира мысленно ещё раз поблагодарила его, прикрыла дверь и отправилась в ванную. Нужно было смыть этот день.
Порылась в шкафчиках и нашла полотенца. Все как одно белые и наглаженные. Не дом, а отель пять звёзд. Ей всё ещё сложно было поверить, что так далеко от города может быть что-то подобное. Сняла джинсы, кофту, расстегнула застёжку бюстгальтера, стащила вниз трусики. Волосы подняла повыше и зафиксировала резинкой. Из зеркала на неё смотрела уставшая девушка со словно чужими телом и лицом, покрытыми синяками. Повернулась, увидела ещё один на спине и чуть меньше на бедре. Кошмар. Слёзы тонкими струйками покатились по щекам. Теперь, когда она могла остаться наедине со своими мыслями, можно было себя пожалеть.
Она включила воду и шагнула под тёплые струи. Умылась, всё ещё плача. Сняла резинку и запустила пальцы в волосы, массируя голову. Потянулась к гелю для душа, стоящему на полке. Снова увидела гематомы и ссадины на руках. Выдавила жидкую ароматную массу на ладони и принялась тереть синяки, словно их можно смыть. Тело отзывалось болью, но она всё тёрла и тёрла. Наконец бросила и сползла вниз, обхватила себя руками и зарыдала в голос. Тут её никто не слышал.
На кухне чем-то гремели. Сквозь сон она слышала голоса. Кто-то ходил и смеялся, переговариваясь то тише, то громче. Под одеялом было очень уютно, а обрывки сна не хотели отпускать. Нехотя подняла голову от подушки и осмотрелась. Даже не помнила, как уснула. Сквозь огромные окна солнце било прямо в глаза. Неужели эти бесконечные дожди кончились? Несколько раз моргнула, приподнимаясь на постели и пытаясь привыкнуть к резкому свету, потёрла глаза.
– Ой, кто проснулся! – раздался где-то за спиной голос Озерова.
Это было слишком неожиданно. Резко рванула на себя одеяло, вспоминая, что спать легла в тонкой пижамной футболке и трусах.
– Вставай, мелкий есть просит. А я не знаю, чем его кормить. – Сам он что-то жевал.
– Ого! – произнесла Ира, увидев его синяк. Пластыря на ране уже не было, кровь запеклась. Отёк сполз вниз, гематома посинела. Выглядело так, словно его покусали пчёлы.
– Ты тоже не королева красоты, – кивнул он, рассматривая ссадину на её щеке и фиолетовые запястья. Хотя с лицом у Иры дела обстояли куда лучше, чем у него.
В комнату влетел Илья, с шумом прыгнул на постель.
– А тётя Ира храпит! – выдал он, выронив на кровать несколько крекеров, зажатых в кулачке.
Озеров рассмеялся.
– Так дядя Максим сказал, – поправил мальчик сам себя.
Максим закашлялся и перестал смеяться. Видимо, не ожидал, что его так шустро сдадут. Ира недовольно сдвинула брови.
– И вам всем доброе утро! – проворчала она. – Может, ты всё же отвернёшься? Я не одета.
– Я у себя дома, – ухмыльнулся он, забрасывая в рот печенье и не думая отворачиваться.
– Прекрасно, спасибо, что напомнил! Тогда угости гостей завтраком. – Ира упала обратно на подушку и натянула одеяло до подбородка. – Мне яичницу, ему кашу, себе что хочешь.
– Фига себе! – произнёс он, исчезая в соседней комнате.
Через минуту вернулся с халатом в руках. Положил на постель и демонстративно отвернулся. Ира быстро накинула халат и, обойдя Максима, прошагала на кухню, завязывая тонкий ремешок.
– Поварёнок, – позвала она Илью, – пошли помогать.
Мальчик рванул за Ирой на кухню.
– Я тоже буду яичницу, – прокричал ей вдогонку Макс.
Конечно, он успел её как следует рассмотреть, пока спала. Не специально, конечно, но удержаться было сложно. Тонкие запястья, длинные стройные ноги, короткие волнистые волосы. Прозрачная пижама, которая не могла скрыть маленькую аккуратную грудь. И почему он тогда, в школе, не решился к ней подкатить? Нужно было не тупить. Вспомнил Аллу и на несколько минут погрузился в приятные воспоминания. Иногда ему просто ужасно её не хватало. Хотелось нежных губ, прикосновений к бархатной коже, умелых ласк. Если бы она его постоянно не осаживала, Озеров был просто уверен – давно бы женился. Вечером будет связываться с Марком, может, удастся что-то выяснить. В последний раз, когда Макс воспользовался связями и узнал её адрес, она просто переехала. Вот уж точно кошка, которая гуляет сама по себе.
Вышел на улицу и закурил. Первая за утро сигарета приятно закружила голову. Поёжился, рассматривая знакомый лес. Сквозь высокие кроны деревьев пробивалось осеннее, ещё тёплое солнышко. Воздух медленно прогревался, лес ожил, пели птицы. Он очень любил это место, хоть и редко сюда приезжал. Слегка замёрз. Сейчас бы чашечку кофе. Интересно, вкусную приготовит Колокольчик яичницу? Затушил окурок и отправился в сарай. Включил свет и снял с крючка папину старую куртку. Всё же теплее, чем в одной футболке. Нужно было найти бензопилу. После снегоуборщика вторая по полезности вещь в хозяйстве. Всё перерыл, нигде не было. Только успел выругаться, как инструмент нашёлся. Прекрасно. Проверил уровень масла, долил бензина. Выключил свет и вышел на улицу. Ни ветерка. Спокойно, словно и нет ничего. За ночь даже самолёты не летали, или он так крепко спал, что не слышал. Затишье перед бурей? По его скромным расчётам, у них ещё одни спокойные сутки.
Шагал по насыпи, размышляя, что, если всё наладится, нужно досыпать щебня. Дожди размыли края дорожки. Тут если увязнешь, рассчитывать придётся только на себя. Подошёл к машине. За ночь её присыпало пожухлыми жёлтыми листьями. Пнул лежащий рядом ствол дерева. Сырой и трухлявый. По-хорошему, нужно бы запастись дровами. Генератор – это на самый крайний случай.
Ира колдовала на кухне. Ароматно на сковородке шипел бекон. Разбила сверху шесть яиц и хорошенько посолила.
– Илюша, перчик подай. Вон тот, с горошинками, цветными, – она кивнула на меленку с перцем. Илья подал и, довольный, уселся обратно за стол, перекладывая между собой веточки укропа.
– А какая будет каша? – спросил он.
– Вкусная, как в садике, – улыбнулась Ира и взяла ложку размешать кашу.
– А когда мы поедем к маме? – ошарашил её вопросом Илья.
Она зависла с ложкой в руках. Нужно что-то ответить, но что?
– Мы чуть позже спросим у дяди Максима, хорошо? – присела напротив, погладив ребёнка по голове.
Мальчик кивнул, соглашаясь.
Забрала у него зелень и нарезала её мелко-мелко. Отключила плиту и, отставив сковородку, посыпала яичницу укропом. Аромат распространился по всей кухне. Сняла кастрюльку с кашей с плиты и поставила на подставку остывать.
Вдруг за окнами раздался гул бензопилы. Попыталась разглядеть в окне, что там происходит, но из-за деревьев ничего не было видно. Видимо, Максим решил убрать упавшее дерево.
– Посиди, пожалуйста, тихонько, – она положила перед ним книжку со сказками, – посчитай, сколько всего птичек в книге, а я сейчас дядю Максима завтракать позову.
Набросила пуховик, обула кроссовки и вышла на улицу. Обернулась и посмотрела назад. Сквозь большое кухонное окно увидела мальчика, тот сидел на стуле и болтал ножками, как ни в чём не бывало листая книжку. Очень хотелось надеяться, что у Максима будет хоть какой-то план.
Куртка висела на дереве, разгорячённый Макс возился с валежником. Иногда пила увязала в мокрой рыхлой древесине, забивая цепь. Приходилось вычищать и выбирать участки покрепче. Часть просохнет и уйдёт на дрова. Краем глаза заметил Иру, идущую к нему.
– Мой завтрак готов? – улыбнулся, выключая пилу.
– Да, можно идти есть.
– А я подумал, что ты мне его несёшь. – Он принялся разглядывать её, словно она могла где-то спрятать тарелку.
Колокольчик даже бровью не повела. Видимо, пора менять тактику. Он не мог отказать себе в удовольствии чуточку поддеть её. Видно было, что она хороший, светлый человек. Но чересчур серьёзная и зажатая, со своими тараканами, впрочем, как и у всех. Хотелось её встряхнуть.