Оксана Рабафф – Чужие Люди (страница 11)

– Тебе точно понятно, или разжевать?

– Не стоит, – буркнула она обиженно. – А гражданка – это что?

– Гражданский бункер, туда три дня езды. Забудь. Нам туда ни за что не добраться.

– Может, хотя бы попытаемся?

– Ты видела самолёты? – Он не дождался ответа. – Если их подняли в небо, всё уже не просто серьёзно, всё уже началось. Каждый въезд и выезд скоро будет перекрыт. Никакой эвакуации не будет.

– Но я не понимаю! – снова завела старую пластинку Ира.

– Тебе обязательно всё понимать? – Максим уже бесился. – Ты не можешь просто принять тот факт, что мне в данной ситуации виднее?

Ира молчала, изучая приборную панель.

– И куда дальше?

– Есть место одно. Там можно отсидеться.

– Там безопасно?

– Нигде уже не безопасно, – снова огрызнулся он.

– Я не просила меня забирать с собой! Я не навязывала свою компанию! Я не хочу, чтобы со мной так разговаривали! Я правда не понимаю, что происходит, и это нормально —↓ задавать вопросы! Это нормально – бояться! А я даже не боюсь! Мне до ужаса, до тошноты страшно! – она снова захлебнулась слезами, в исступлении разглядывая свои руки.

Озеров в гневе стукнул ладонью по рулю.

– Как ты делаешь так, что я в итоге чувствую себя последним дерьмом?

– Извини…

– Давай просто делать, как я говорю? Всё постараюсь объяснить тебе позже, хотя сам мало что понимаю. Чувствую себя ужасно. Несколько суток нормально не спал. Я могу не есть и не пить, но сон, без сна я просто зверею.

Ира ничего не стала отвечать. Её не покидала мысль, будто он что-то ей недоговаривает. Она, конечно, прекрасно понимала, что в этой ситуации вопросов будет больше, чем ответов. С другой стороны, с чего ему с ней откровенничать. Скинула кроссовки и перелезла на заднее сиденье к мальчику. Помогла тому снять верхнюю одежду и сапожки. Из пакета, который принесла из садика, достала книжку с головоломками. Лучше правда заняться делом и не мешать.

– Тётя Ира, смотри, – подергал её за руку Илья, показывая в окно.

Ира отвлеклась и взглянула в окно. На обочине дороги стояла военная техника. Целая колонна машин, танков, не сосчитать. Не меньше сотни.

– Что это? – спросила она ошарашенно.

– Ничего хорошего, – ответил Озеров, провожая взглядом бесконечные БМП и ГРАДы.

***

Ира открыла глаза и поняла, что машина стоит. С трудом поднялась, хватаясь за спинку переднего сиденья: тело не слушалось после сна, а голова гудела. Алкоголь и она не самый хороший союз. Сжала кулак, занемевшие пальцы закололо. Неудобную она выбрала позу для сна. Кроссовки лежали на коврике под сиденьем, а её куртка была бережно сложена и служила подушкой. Потёрла затёкшую шею, пытаясь вспомнить, что ей снилось. Что-то приятное, а что именно, вспомнить не могла. Сколько она проспала? Что это за место? Где Озеров и Илья? Натянув кроссовки, осторожно дёрнула ручку и открыла дверь. В нос ударил аромат хвои. Вышла из машины и покрутилась на месте. Пикап стоял посреди леса, на широкой грунтовой дороге, посыпанной щебнем. Тишина. Она посмотрела на часы. Четвёртый час, а уже сумерки. Сквозь кроны деревьев было видно, что небо снова затянуто свинцовыми тучами. Максима и мальчика нигде не было. Поёжилась. В животе заурчало. Захлопнула за собой дверцу машины. Внезапно с криком с дерева взлетела потревоженная птица. Ира вздрогнула от страха, хватаясь за сердце. Откуда-то донёсся звонкий голосок Ильи. Затем она услышала грубый голос Максима, уже ближе. Ну слава Богу! Сделала пару шагов навстречу.

– Тётя Ира проснулась! – первым её увидел Илья. Быстро подбежал и приобнял, как родную.

– Пошли, спящая красавица. Мы на месте, – обратился к ней участковый.

Максим достал из багажника большой белый мешок и, взвалив его на плечо, пошёл в том направлении, откуда они только что пришли.

– А где мы? – спросила она.

– В лесу, прячемся, как партизаны, – ответил ей Илья и, рассмеявшись, побежал вперед, обгоняя Максима.

– Ничего не понимаю, – произнесла Ира, но отправилась вслед за ними.

Действительно, вокруг был самый настоящий густой смешанный лес. Буквально через несколько метров она увидела поваленное дерево, перегородившее дорогу, и ловко перепрыгнула его. За ним дальше по тропинке виднелся большой дом, окружённый невысокой кованой оградой и кустами самшита, ровно обстриженными, словно под линейку. Дом был серого цвета, с зелёной черепичной крышей, благодаря чему терялся среди деревьев. Через большие окна было видно, что внутри горит свет. Появилось ощущение уюта и покоя. Ира улыбнулась, очень хотелось кушать и в душ. На пороге появился Максим, обув сапоги, снова пошёл в сторону машины. Илья побежал с ним.

– Дерево упало, пока не могу заехать, – пояснил он. – Проходи, располагайся. Я пока остальные вещи принесу.

Она вошла в дом. Внешняя серость контрастировала с внутренним убранством. Внутри всё было отделано деревом, стояли современная мебель и техника. Всё, от штор до фигурок на полках, было подобрано с особым вкусом, чувствовалась женская рука. Ира осторожно обошла помещение, рассматривая большие красивые картины, висящие на стенах. Свернула в соседнюю комнату и увидела огромный камин. Настоящий, внутри аккуратно были сложены поленья, чиркни спичкой – и вот тебе тепло. Над камином висели ружьё и голова оленя с большими ветвистыми рогами. На каминной полке в огромном количестве стояли рамки с фотографиями. Все как одна в шикарных багетах. Взяла одну из них в руки, рассматривая застывшие с улыбками лица. Интересно, кто эти люди на снимке и в чьём они доме? Среди фотографий было много разных статуэток и фигурок. Взгляд привлёк невероятно красивый сувенирный медведь из малахита. Осторожно взяла его и покрутила в руках. На донышке была надпись «Полковнику Озерову В. С. от коллег».

– Это папин дом, – из-за спины произнёс Максим.

Ира вздрогнула, чуть не выронив медведя. На руках участковый держал Илью. И как он так подкрался?

– Помоги ему ботинки снять, я там не разобрался.

Воспитательница ловко расстегнула и сняла ботинки, Максим поставил Илью на пол.

– Я думал, в этом возрасте они сами всё умеют, – он жестом показал застёгивание молнии.

– Ну не всё, но умеют. Всё индивидуально. – Ира расстегнула мальчику куртку и помогла с защёлками на комбинезоне.

– Пошли, покажу тебе всё и упаду наконец спать.

Он подхватил на руки стоящего рядом мальчика и, усадив на диван, включил ему телевизор. Выбрав пару программ из памяти, запустил воспроизведение.

– Так, малец! Сидишь тут! Ждёшь нас! Ясно?

Илья кивнул. Телевизор его отвлёк, и он уже не обращал на взрослых никакого внимания.

– Подожди, – остановила его Ира, – тут точно безопасно?

– Мы уехали достаточно далеко. С учётом самого плохого сценария у нас как минимум два дня спокойной жизни, это точно.

Максим отодвинул её с пути и зашагал в противоположную от комнаты с камином сторону.

– А потом?

– Ну, если нас не начнут закидывать ядерными бомбами, то в целом тут точно будет спокойнее, чем где-нибудь ещё.

– А если начнут?

Он остановился, оборачиваясь. Ира ничего не понимала в войне и цеплялась за любую эмоцию, отражённую на его лице.

– Тогда умрём, – он улыбнулся, словно произнёс не страшные слова, а предложение выпить кофейку, – возможно, даже быстро и безболезненно. Что вряд ли, конечно, – философски добавил он.

– Ты о смерти или о боли? – уточнила она с широкими от ужаса глазами.

– Знаешь, когда ты спала, ты нравилась мне больше, – ответил Максим.

Ира в очередной раз осеклась.

– Я тебя серьёзно спрашиваю!

– Я тебе на полном серьёзе и ответил!

Они дошли до следующего помещения. Загорелся свет. Кухня. Светлая, в скандинавском стиле. Посредине огромного круглого стола, находящегося в центре, она увидела вазу. В ней стоял несвежий букет из роз. Может, вода закончилась?

– Где твой отец? – спросила она.

– Сейчас он за границей, – отмахнулся Максим. – Всё, что видишь, бери и ешь, – он показал на холодильник. – Если электричество отключится, генератор включится автоматически. Просто имей это в виду.

Он налил прямо из-под крана стакан воды и залпом выпил.

– Сходи в душ, там всё нужное есть, и ложитесь отдыхать в гостиной.

Ира смотрела на него, недоумевая. И это вся экскурсия? Максим словно прочитал её мысли.

– На сегодня пока хватит, остальное завтра. Я дико устал и иду спать прямо сейчас.

– Может, хоть перекусишь? – заботливо предложила она.

– Не бойся, с голоду не помру. – Подмигнул. – Сон лучше любой еды.