Оксана Окуловская – Падение Солнца (страница 5)

– Зачем?

– Как? Это же ужасы! Как только станет страшно, они будут прижиматься к нам и трястись! – взбудораженно ответил он.

– Хм.

– Не усмехайся!

– Не буду.

Когда прозвенел звонок, Хиде смолк, уткнувшись в стол. Его рука ловко лавировала над листком бумаги. Затем он отложил карандаш и слепил из рукописи небольшой шарик. Этот шарик он кинул Нацу, четко попав между ее рук, сложенных на столе. Она осторожно развернула записку и, разглядев иероглифы, сотворила стеснительную улыбку на своем лице. Она что-то шепнула Рей, а после, повернувшись к Хиде, качнула головой. Хиде ликовал, согнув руку в локте и резко опустив ее.

Я посмеялся над ним, уж больно нелепо он выглядел. Но мое внимание снова привлек брелок на портфеле Нины, который не дает мне покоя уже вторую неделю. Не знаю, чем он мне так приметился, но разгадать, что на нем изображено, мне очень хотелось. Почему не подойти и спросить? Не все так просто. Эта девчонка избегает меня всегда и везде, и мне трудно приблизиться к ней даже на шаг. Один взгляд чего только стоит! Будто тысяча маленьких иголок вонзаются в мое тело и буравят его изнутри. Причину ее поведения я не успел определить, поэтому решил с ней не контактировать.

***

Сквозь металлическую решетку маски я рассмотрел свои пальцы на ногах, которые выглядывали из-под хакамы, словно птенцы из гнезда. Я расставил стопы на напольных отметках и поклонился спортсмену передо мной. Доу крепко сдавливал мои живот и грудь. Я сделал глубокий вдох, а потом медленно выдохнул, чтобы выровнять дыхание. Сжав синай, я присел. После команды учителя мы с соперником резко встали, и я тут же получил удар по мечу. По залу разлетелся животный крик.

Я отпрянул назад. Противник продолжал наступать. Стук бамбуковых плетен звучал все чаще и чаще, но его заглушал человеческий рев. Противник пытался выбить оружие из моих рук, чтобы нанести победный удар, но я не позволял ему это сделать. Когда он решительно замахнулся, целясь мне в голову, я поднял синай и стегнул его по запястью. Он отшатнулся и, кажется, заскулил. Голоса наших товарищей, дикие и яростные, звенели в моих ушах. Еще один вдох. И на выдохе мои ноги пронеслись над холодным паркетом. Руки сжали рукоятку меча еще крепче. Я поднял синай, чтобы сбить его с толку. И когда он вытянул оружие, чтобы отразить удар сверху, я зарядил ему в бок. Тах! Один балл у меня в кармане. Крики сменились радостными возгласами. А я снял маску и приблизился к оппоненту.

– Знаешь, Тако. Ты до ужаса хитер! – простонал соперник.

– Хиде, научись контролировать эмоции и анализировать действия противника – и ты станешь невероятно хитрым.

Мой друг был взбешен. Он резко снял маску и подлетел ко мне. Его глаза вонзились в мои, а губы задрожали.

– С чего это ты вздумал раздавать советы?! Думаешь, я этого не делаю? – сквозь зубы сказал он.

– Прости, не думал, что задену тебя, – растерянно произнес я.

– Тебе бы, дружок, поучиться эмпатии. Слишком часто из твоего рта сыплются едкие слова.

– Разойтись! – крикнул тренер. – Хидеки! Ты опять кипятишься?!

– Простите… – склонил голову он.

– Такеши, что тут происходит? – возмутился тренер.

– Ничего, учитель. Просто словесный поединок. Хиде выиграл, – ответил я.

– Раз уж разобрались, встаньте в строй!

Я подошел к линии построения. Легкий толчок в плечо заставил меня обернуться. На меня смотрел улыбающийся Хиде. Это означало: «Мир».

Мы спускались по лестнице, когда за нашими спинами погас свет, а на улице замигали фонари. Остановившись у входной двери в школу, мы принялись обсуждать завтрашний поход в кино.

– Тогда я попрошу брата забрать нас из кинотеатра.

– Хорошо.

– Ты встретишь Нацуки, а я пойду за Рэй, – взволнованно сказал Хиде.

– Что ты имеешь в виду? Зачем мне встречаться с ней?

– Мы делим девушек, Тако. Решаем заранее, кто с кем.

– Ты назначил меня с Нацуки? – возмутился я.

– Хочешь, встречайся с Рэй. Какая разница?

Вдруг мимо нас пробежали двое школьников. Я невольно посмотрел им вслед и увидел, как они присоединились к группе подростков у окна здания. Я толкнул Хиде в грудь, чтобы прервать его рассказ, и указал на них. Он прищурился, вытянул шею и недовольно сказал:

– Что это они там делают? А ну, пошли глянем!

Мне пришлось последовать за ним, чтобы удовлетворить свое любопытство. Хиде схватил семиклассника за шкирку и оттащил от окна. Затем он сам прильнул к запотевшему стеклу.

– Ого! – воскликнул он.

– Чего там? – спросил я.

– Иди сюда! – крикнул друг, размахивая рукой.

Я прошел по затоптанной клумбе, где толпились подростки. Хиде, толкнув одного из школьников, потянул меня за локоть. Рукавом пиджака я протер небольшой участок окна. Через холодный барьер мой взгляд проник в танцевальный класс. По циклеванному полу пробегали тонкие каблучки знакомой мне девушки. Глаза медленно поднимались по белой коже ног, короткой черной юбке, стройной спине и шее и остановились у виска, на который свисала пара светлых прядей. «Нина…» – прозвучало у меня в голове.

К ней подошел мой бывший одноклассник, который теперь учится в другой параллели, так близко, что ей пришлось отвернуться, чтобы не уткнуться носом ему в грудь. Он просунул одну руку под ее подмышку и прижал ладонь к спине, а другой взял ее кисть и вытянул руку под прямым углом. И они закружились. Она скользила по полу, будто плыла по тихой реке. Мягко, плавно. Я смотрел на ее высоко поднятый подбородок, изогнутый стан, точеные руки, взгляд. Он направлялся куда-то вдаль, сквозь танцующих, сквозь стены. Нет, ее здесь не было.

Внезапно из пучка ее волос выпал локон, и она остановила своего партнера, чтобы поправить прическу. В этот момент один из семиклассников стукнул кулаком по стеклу и прокричал: «Эй, красотка! Распусти волосы!». Хиде тут же дал ему подзатыльник и возмущенно сказал: «Вот идиот!». Учитель по танцам, быстро отреагировав, направился в нашу сторону, но все бросились врассыпную. Я мельком увидел испуганную Нину, которая стояла посреди комнаты, обняв себя за плечи. Хиде схватил меня за локоть и оттащил от окна. И мы рванули к воротам.

Мы так быстро бежали, что, остановившись у забегаловки «По», долго не могли прийти в себя.

– Ты видел, как Тоя и Нина вместе пляшут? – спросил он.

– Да.

– Может, и мне стоит заняться танцами? Буду с девчонками обниматься. Я не прочь прижаться к новенькой.

Хиде широко раскинул руки, а потом резко прижал свои ладони к лопаткам, имитируя объятия. Я усмехнулся.

– Если ты будешь топтать пол в черном трико, кто тогда будет отгребать от меня в кэндо?

– Ах, ты недоумок! Да я тебя растопчу! – бросился на меня Хиде.

Он обхватил мою шею одной рукой и принялся растирать мне затылок. Жуть как мне это не понравилось. Я взял его за бедро и смог повалить на пол. Но он крепко вцепился в меня, и я упал вместе с ним. Мы недолго дурачились, пока из забегаловки не выбежал хозяин и не потребовал прекратить баловство. И оттуда нам пришлось драпать. В итоге, добежав до книжной лавки, мы решили разойтись по домам, пока не нашли новые приключения.

Дома меня уже ждал отец. Он решил прочесть лекцию, на которую я не записывался. Все его упреки касались моего внешнего вида. И как я не заметил оторванный кусок ткани на пиджаке? Наверное, когда я упал вместе с Хиде, то зацепился локтем за его портфель.

– Тебе пора повзрослеть, Такеши! – строго сказал он. – И когда ты займешься этим вопросом?

– Как-нибудь на досуге.

– Ты мне дерзишь? – нахмурился он.

– Нет. Не могу определиться с датой.

– Так! Иди в свою комнату! – приказал он, скрестив руки на груди и нахмурив брови. Было ясно, что он очень зол. Мне ничего не оставалось, кроме как отправиться в свое убежище.

Глава 4. Нина и «Черный призрак».

Ноги скользили по влажному полу, а руки ныли так, что я едва чувствовала кончики пальцев. Футболка намертво прилипла к спине, и все, чего мне хотелось, – это принять душ и лечь в кровать. Как несправедливо, что физкультура сегодня не последнее занятие!

Я присела на лавочку, чтобы перевести дух. Вдруг рядом появилась Мика. Она закрыла глаза и дышала так спокойно, будто только что сделала короткую зарядку, а не пробежала семь кругов по стадиону.

– Ты совсем не устала? – удивилась я.

Мика открыла глаза и медленно повернула голову в мою сторону.

– Как это нет? Посмотри на мои мокрые шорты, – ответила она с невозмутимым видом.

За все время, что я наблюдала за Микой, я поняла, что она редко проявляет негативные эмоции и никогда не показывает слабость. И мне хотелось понять почему.

Я посмотрела на ее гладкую кожу и чуть приплюснутый нос. По виску медленно стекали капельки пота. «Какая же ты красивая», – подумала я и взглянула на свои бледные руки. Они казались уродливыми. Я убрала их под бедра, чтобы перестать думать об этом.

Вдруг послышался голос Нацуки. Ее насмешливый тон насторожил меня. Я подняла глаза. В углу раздевалки, между лавочками, стояла полная девушка, склонив голову. Над ней нависла Нацу. Она выпучила глаза и сжала тонкие губы. То смеялась, получая поддержку Рей и Эмико, то изображала сочувствие, чтобы снова загоготать во весь голос. Все было ясно: она делала это ради потехи. Я обратила внимание на Мику. Нахмурив брови, она тихо наблюдала за происходящим. В ее взгляде было что-то странное: то ли с презрением, то ли с боязнью она смотрела на них.