Оксана Одрина – Лишний (страница 8)

Просить… Ну почему он не может просто взять и попросить о помощи, когда она ему так нужно? Да что же не так с ним?.. Все не так! Весь он и есть одно огромное одержимое тревогами «не так»! И вот только тогда, вспыхнув злостью к самому себе слабому и безличному, он наконец закричал:

– Помоги мне, Аня, пожалуйста! Не бросай меня здесь!

Аня и не бросала. Она изо всех сил потащила его на себя за одежду, стоя на самом краю козырька – почти на улице.

Нет, Леша не сдался на этот раз. Он продолжал дергать застрявшую в досках ногу. А когда высвободился, вскочил на подоконник и уцепился за край рамы, однако потерял равновесие, пошатнулся и, размахивая другой рукой, случайно вытолкнул Аню наружу.

Ее испуганные глаза – это последнее, что видел он, прежде чем без раздумий бросился вперед, растерял остатки страха, забыл об осторожности, перехватил девушку за талию и втянул обратно. Но подошвы его кроссовок подвели – поехали вперед, он ударился спиной об откос, а потом они вместе с Аней соскользнули вниз.

Новая короткая слепота принесла с собой жесткий удар спиной о пол, а боль в пораненном еще утром плече так сильно отстрелила под лопатку, что Леша чуть изогнулся вверх на протяжном стоне, и только потом открыл глаза. Свет вмиг ослепил. Но минуту спустя зрение вернулось, и он увидел, что рядом замерла Аня. Она поджала ноги к груди и тихо всхлипывала. Он по-прежнему держал ее за талию, а сам корчился от прострела еще и в пояснице. Собравшись с силами, он придвинулся ближе, крепче обнял ее и притянул к себе. Аня прижалась к нему в ответ, уткнулась носом ему в грудь и разрыдалась.

– Говорил же я тебе, не зарекайся, Алешенька, а ты не поверил, – раздался над ним знакомый голос, а секунду спустя появился и его обладатель.

Первая мысль после увиденного поразила Лешу настолько, что он внутренне похолодел, выпуская из объятий Аню, – это же он сам, только старше, нет, старее. Он зажмурился, прячась в темноте от нового витка помешательства. Потом пригляделся внимательнее и словно ото сна очнулся – нет, это не он сам, это хуже, чем худшее из возможного. Над ним нависал самый что ни на есть истинный подвал жизни – тот самый Андрей Анатольевич.

Андрей за плечи уткнул Лешу в пол и пощелкал пальцами перед его глазами:

– Живой, Алешенька?

Леша замер, узнав в чисто выбритом, стильно подстриженном, а главное, трезвом человеке перед собой оборванца-дворника из своего двора. Да, похоже, Леша все же сошел с ума, а это – психушка. Хотя, какая теперь разница.

Ну а потом, не отрывая взгляда от Андрея, Леша тихо засмеялся. Дальше громче, и громче, еще громче и раскатистей, пока смех его не перешел в истерический хохот. И он уже не смог остановиться, да и не захотел.

– Главное, что живой, – улыбнувшись уголками губ, выдохнул Андрей.

– Я же говорил, что ты, парень, Дефект! – довольно хмыкнул Илья, появившись из ниоткуда таким же неотразимым денди, каким запомнился и до выхода в окно.

Он присел рядом с Лешей и протянул руку, чтобы помочь встать, тот ухватился и пусть и с трудом, но поднялся. Настя тоже была тут, она стояла на коленях рядом с Аней и помогала ей прийти в себя, отпаивая горячим чаем и кутая в пушистый плед.

– Дефекты они такие, – продолжил Илья. – Им веры нет. То вопят от испуга, то закатываются от смеха как сумасшедшие.

– Молодец, Неадекват, – срывающимся голосом подбодрила его и Настя. – Ты справился с чужим страхом. Значит, и свой однажды победишь. Что ж, Лешка, мы рады, что ты теперь с нами. Добро пожаловать в Порядок!

Глава 6. Не хочу помогать

Истерический хохот отступил полчаса назад, оставив головную боль и озноб. Смешно Леше больше не было – было пусто внутри. Он, насупившись, сидел на полу в уютной комнате обычной городской квартиры, упираясь затылком в стену. Ему, конечно, не мешало бы для начала согреться, только здесь даже обычного одеяла не нашлось. Так и приходил в себя без тепла, то и дело судорожно подергиваясь от накатывающего озноба, пока перед глазами не мелькнула белая кружка, источающая терпкий аромат свежезаваренного черного чая.

Зябко поведя плечами, Леша поднял голову – перед ним стояла Аня. Она то как раз уже согрелась. И даже переоделась в чистое: была в свободной черной толстовке на молнии с капюшоном и в черных узких брюках с манжетами. В одной руке держала кружку, другой поправляла волосы. Стройная и симпатичная, пожалуй, все. Слегка вздернутый аккуратный нос, светлое каре, тонкие, почти бесцветные брови и ресницы, бледная едва не прозрачная кожа. Встреть он ее в каком другом месте, прошел мимо и внимания бы не обратил – обычная, ничем не выделялась, не за что глазу зацепиться. И если он больше ее не увидит, то, скорее всего, забудет, как выглядела за неделю. Как все.

Да о чем это он, сам тоже особо выразительной внешностью не отличался. Темно-русые непослушные волосы, почти прямые пепельные брови, серые глаза, острый подбородок. Зато своим чуть выдающимся носом – именно чуть – перещеголял бы, пожалуй, всех здесь присутствующих. Хотя, нет, не всех, тут первенство несомненно принадлежало Андрею.

– Выпей чаю, Леша, – приветливо улыбнувшись, предложила Аня и протянула ему кружку. – Согреешься, и Запустенье отпустит. Вначале всегда так, а дальше привыкнешь.

– Ешь, Неадекват, – буркнула Настя, присаживаясь рядом и ставя тарелку с бутербродами прямо на пол.

Изящная, яркая и красивая Настя вмиг взбодрила Лешу одним своим присутствием – темные длинные волосы, глубокие карие, почти черные глаза, пушистые невесомые ресницы, тонкие черты лица, точеная фигура. Вот оно, то, что Леша уж точно бы не пропустил – девушка в истинном значении этого слова. Очаровательная, притягательная и манящая…

Да что с ним такое сегодня?! Какая разница, как они все выглядят?!

– Вход в Запустенье и выход из него требуют много сил, – продолжила Настя и смерила его оценивающим взглядом. – Не будет сил – не выберешься. Не выберешься – тебя поглотит Запустенье. Это холодно, страшно и больно. Это очень больно…

В темных глазах Насти блеснули слезы, она часто заморгала, не давая им вырваться наружу, и посмотрела на Аню, но та промолчала, вжавшись спиной в стену, и потупилась, словно чай рассматривала.

– Я туда больше не собираюсь, – хрипло отозвался Леша, нарушив повисшую в гостиной тишину. Он отхлебнул из кружки, но обжегся и дернулся назад. Больно ухнувшись затылком о стену, он обиженно выдохнул: – И привыкать не собираюсь. И слушать вас тоже больше не буду.

– Но… – взволнованно начала Аня.

Только Леша не дал ей договорить.

– Я уйти хочу, Ань, – заявил он. – Могу я уйти? Или нет?

– Можешь, – пожав плечами, ответила она. – Домой пойдешь?

– Куда домой? – процедил парень и резко встал. Мир вокруг мгновенно понесся по кругу, но Леша, крепко зажмурившись, устоял и тут же жестче высказался: – Нет моего дома больше! Понимаешь, Аня, его нет!

– Твой дом есть, – сдержанно заявил за его плечом Андрей.

Леша обернулся, сверля хмурым взглядом слишком необычного для себя соседа. Как ни странно, от привычного стиля бродяги в Андрее не осталось ничего. Образ оборванца-дворника неожиданно сменился странной идеальностью, которая теперь, вроде как и беспричинно, все же бесила парня. Шикарная выглаженная черная рубашка и брюки, лакированные туфли, модная кожаная сумка через плечо, в которой, при желании, уместишь ноутбук. Все новое. Хотя… черные кожаные перчатки остались прежними.

– Серьезно? – насупился Леша и тут же набросился на мнимого бродягу с обвинениями: – Мой дом уничтожен этой вашей… непонятно чем! Из-за вас…

– Хватит! – внезапно воскликнул Андрей и впечатал ладонью в косяк двери.

Настя, сидевшая на полу, вздрогнула, осторожно поставила кружку на поднос с нетронутыми бутербродами и замерла.

– Истерику прекратил немедленно! – распалился Андрей. – Твой дом в порядке! И из-за нас ничего не произошло. Это ты и только ты сам попадаешь в Запустенье. Мы здесь ни при чем. Ты сам себя отправляешь в…

– Вот, значит, как, – сердито пропыхтел парень. Он вплотную подошел к Андрею, чтобы уж наверняка убедить его своими доводами и настоял: – А тот факт, что я сам видел, как «это» расползалось и рушило мою квартиру изнутри, конечно же, не в счет, так?

– Это была весьма правдоподобная иллюзия, не больше. Ты стал участником, скажем так… нестандартного скачка в Запустенье, – отстранено объяснил Андрей. – И да, ты, видимо, и правда Переход.

– Что? – озадачился Леша.

– Скачок в Запустенье, – развел руками лже-дворник, наигранно тепло улыбнувшись. – Я точно не знаю как, но ты без всяких знаков попадаешь туда. Такого раньше я не встречал. Саша предполагает, что ты особое явление – Переход, и…

– …И достаточно на сегодня, – отмахнулся парень. – Я ухожу. И раз вы утверждаете, что мой дом цел, я немедленно возвращаюсь именно туда!

Круто развернувшись, он поставил кружку с недопитым чаем на махровый край ковра у ног Андрея и зашагал к прихожей.

– Подожди, Леша! Ты не можешь вот так взять и уйти, – запротестовала Аня. – Не можешь нас бросить.

Вскочив, она кинулась за ним, ухватила за запястье и потянула обратно.

– Могу, Аня, – процедил он и нервным рывком высвободился из рук девушки. – И уйду. И брошу. Как мне выйти отсюда?

– Может, хотя бы выслушаешь? – терпеливо предложил Андрей. – Тебя, Леша, все это тоже касается.