Оксана Гринберга – Новый мир для Элиз (страница 5)
Юсуп, наклонившись, прикоснулся к ноге девушки.
– Вот здесь, мой командир! – с горечью произнес он, обращаясь к столичному лорду, своему начальнику. – Все-таки ее укусили… Жаль, но Темные добрались до нее раньше нас!
– Жаль, – согласился с ним еще кто-то из Песчаного Патруля. Кажется, Кнауф. – Красивая! Но почему она в одной сорочке?
– Наверное, пытались принести очередную жертву Аль-Бенгази. Проклятые фанатики! – ответил ему их десятник, Ингор.
– Но она все-таки вырвалась и убежала… Ей удалось спрятаться, но ненадолго, – стали раздаваться со всех сторон голоса.
– При этом ее защищали… Повсюду трупы пауков.
– И еще нескольких фоморов…
– Но куда же делся ее защитник? Не вижу его среди павших!
– Ну что же, – осмотрев место боя и лежащую на обломке колонны безжизненную светловолосую девушку, произнес командир, – доставим тело девушки в город. Похороним как подобает, предав огню в храме Великой Матери. Затем я проведу расследование. Выясню, кто доставил ее в Хордвик, после чего найду и накажу их по всей строгости закона. И еще того, кто ее здесь оставил, – его голос был мрачным. – После того, как он решил, будто бы ее спас!
– Командир, уж не думаете ли вы… – повернувшись к нему, негромко начал Юсуп.
– Я уверен, тут не обошлось без Ночного Патруля и моего сводного брата. – И больше ничего лорд Маркус Аттиус Корвин объяснять не стал. – Ингор, – посмотрел на своего десятника, – ты понесешь тело. Вернешься с ним в Сирью. Сингин будет тебя сопровождать.
– Да, мой лорд! Слушаюсь, командир! – раздались голоса.
– Но девушка до сих под жива, – с изумлением произнес вновь склонившийся над телом незнакомки Юсуп. – Она все еще дышит!
– Это странно!.. Но вряд ли ей осталось долго! – вновь стало доноситься со всех сторон.
– Мой командир, я уже слышал о тех, кто побеждал яд Темных, – не сдавался Юсуп. – Быть может, у нее тоже выйдет, раз она не скончалась через пару минут после укуса?
Маркус какое-то время смотрел на безмятежное девичье лицо – удивительная красавица, подумал про себя, – и еще на то, как подрагивали длинные темные ресницы. Это был вовсе не пустынный ветер, как он решил раньше, а свидетельство того, что девушка еще жива.
Все еще борется, хотя шансов у нее почти нет.
Ему стало до невозможности ее жаль.
И пусть Маркус старательно отгонял от себя любые эмоции, подавлял их, запирая в глубине души. Говорил себе, что здесь, в забытой богами Сирье, в Южной провинции Андалора, служить ему осталось всего месяц, и вот тогда…
Он уберется из этого проклятого места, навсегда забыв о том, как живут – выживают – здесь люди!
Но что-то дрогнуло у него в груди – как раз в области сердца, – когда он увидел девичье тело в короткой розовой сорочке и лиловое, налитое кровью пятно укуса над ее изящной щиколоткой.
– Доставим ее поскорее в цитадель. И если она все еще будет жива… Если кто-то и сможет ей помочь, так это мессир Густаф. В путь, не стоит медлить! – приказал он.
– Я понесу ее сам, мой лорд, – вызвался Юсуп, его заместитель, и Маркус неожиданно понял, что жалость к девушке испытывал не он один.
У других из Песчаного Патруля, закаленных воинов юга, тоже имелись чувства.
– Хорошо, Юсуп! Но Ингор будет тебя сопровождать, – приказал Маркус, потому что летать над пустыней в одиночку было довольно опасно. – Остальные останутся, нам нужно здесь закончить. Похоже, адские пауки снова расплодились, да и фоморы свили гнездо где-то неподалеку, – с этими словами он посмотрел на похожих на растерзанные полотенца существ.
И тотчас же вместо двоих из Пустынного Патруля, следившего за прорывами и треснувшими Гранями возле древнего и священного города Хордвика, появились драконы. Один из них, темно-серый, осторожно подхватил девушку. Сжал в когтях ее тело, после чего расправил крылья.
И вот уже два дракона поднялись в небо, после чего взяли направление на Сирью.
Остальные разбрелись по развалинам в поисках Темных тварей. У них было чем заняться в когда-то процветающем, а теперь занесенном песками Хордвике.
В месте, где все и началось.
…Но лорд Маркус Аттиус Корвин не увидел того, как один из патруля нашел в песке возле колонны пеструю продолговатую штуку. Недоуменно покрутил ее в руках, после чего сунул в нагрудный карман.
Глава 2
Иногда я приходила в себя. Возвращалась в реальный мир из того места, где боли не существовало.
На короткие минуты обретала сознание, о чем тотчас же жалела – потому что мое тело колотило в лихорадке, конечности скручивали страшные судороги, а сильнейшая боль разрывала внутренности.
Тогда я отталкивала чужую руку с кружкой от своих губ, потому что седовласый старик с встревоженным лицом пытался меня напоить. Твердил, склоняясь к моему уху, что без воды мне нельзя и без воды я пропаду.
Заодно он говорил, что добавил в кружку лекарство, которое снимет мою боль и прогонит лихорадку, тем самым облегчив мои страдания.
Но в его глазах я видела свой приговор.
В них были жалость и сострадание, а на осунувшемся старческом лице отрешенность – словно, по его мнению, я была обречена, и ждать моего конца оставалось уже недолго.
– Она оказалась очень крепкой, мой господин! – говорил он кому-то значительно позже, потому что я не оправдала его ожиданий и не умерла. – Да, яд попал в ее тело через ту рану на ноге, но она все еще ему сопротивляется. Я даю ей укрепляющую и снимающую жар настойку, а также вливаю целительскую магию…
Молчание, затем звук приближающихся шагов. Кажется, на стул возле моей кровати опустился кто-то другой. Выше и тяжелее, потому что деревянные ножки недовольно скрипнули.
Я хотела открыть глаза и посмотреть на визитера, но не смогла. Не хватило сил.
– Конечно, мой лорд! – твердил тем временем лекарь, и его голос звучал подобострастно. – Драконья магия ей нисколько не помешает. Наоборот, пойдет только на пользу…
– Ты можешь идти, Густаф! Я немного с ней побуду, – отвечал ему молодой, но явно привыкший командовать голос.
Тогда я снова уснула и снилось мне нечто невероятно приятное. Например, что самый красивый в мире мужчина держал меня за руку, и его прикосновение приносило приятную прохладу и остужало пылающий внутри меня пожар.
Заодно оно снимало боль и давало мне новые силы. Помогало спать – причем со сновидениями, а не с кошмарами, из которых меня время от времени вырывало бормотание старика.
Затем я узнала, что старик был главным лекарем при цитадели Сирьи, и звали его мессир Густаф.
Но значительно позже, еще через несколько долгих снов.
– Да, ваша светлость! – снова твердил лекарь, когда я в очередной раз проснулась, разбуженная приглушенными мужскими голосами. – Вы правы, эта девушка – магичка. В ней есть людская магия, но каким именно даром она обладает и насколько он силен – этого я сказать вам не могу. Яд Темного паука все еще в ее крови. Она до сих пор на грани, хотя надежда на выздоровление все-таки есть. Но если она выживет…
Я выживу, хотела сказать старику. И еще тому мужчине, который иногда являлся, чтобы справиться о моем здоровье, после чего садился возле кровати, сжимал мою руку и вливал драконью магию.
Но я так никому ничего и не сказала, потому что снова провалилась в забытье.
На пятый день, по словам мессира Густафа, в течении моей болезни случился перелом. Причем в мою пользу.
Мне стало заметно лучше.
Боль почти ушла, и я все чаще приходила в себя. Открывала глаза и лежала, уставившись на мерцающие на фитильках огонечки свечей – единственный источник света в моей маленькой келье.
Иногда поднимала руку и подносила ее к глазам, глядя на то, как подрагивали от слабости мои пальцы.
Пыталась даже брать кружку с горьковатым варевом, которое делал для меня мессир Густаф. Первый раз не смогла поднять ее с табурета, но затем стало получше.
С каждой минутой, с каждым часом ко мне возвращались силы, и я наконец-таки смогла оторвать голову от серой, пропахшей сыростью и потом подушки, а потом и сесть на кровати.