Оксана Гринберга – Невеста с неба и прочие неприятности (страница 6)
Еще один из храмовников кинулся тому на помощь…
А где же остальные, спросите вы. Почему они не помогают своему лидеру и не вонзают в нас свои кинжалы?
Ну что же, они были заняты.
Двое рыдали, уползя в угол, и один из них бился головой об стену – потому что они попали под тяжелое магическое воздействие Вейры. Уж и не знаю, что именно сделала с ними подруга, – и никогда не хотела этого узнавать, – но эти храмовники были уже не бойцами. Два близко
Еще троих мучительно выворачивало, и им сейчас было не до убийства магичек. Тала устроила им очищение желудков, да такое, что до полного изнеможения.
Хотя нет, все же был и четвертый – трусливый верзила, перегнувшийся через перила, решивший проверить, что происходит в обеденном зале. Его тоже зацепило заклинанием подруги.
Ахнув, Тала потащила нас прочь. И вовремя, иначе бы мы на себе узнали, что было у вышибалы на обед, потому что тот исторгал содержимое своего желудка со второго этажа.
В этот самый момент в обеденный зал ворвались еще трое – наверное, те, которых оставили караулить входы и выходы. Замерли растерянно, пытаясь понять, что вообще происходит.
На лице одного появилось сомнение – кажется, он ожидал увидеть совсем другое зрелище, а не то, как в обеденном зале рыдали, рычали, бились об стены, пытались выбраться из-под упавшей люстры и мучительно страдали животами. Как владелец постоялого двора громко визжал, вопрошая, кто заплатит ему за ущерб, а кто-то из постояльцев, едва не плача, умолял, чтобы его не убивали, потому что он любит всех: и храмовников, и магов.
Бардак налицо, так сказать.
- Это все девки! Взять их! – выкрикнул рыжий.
Но сам нас брать не спешил. Из-под люстры он все-таки выбрался, но нога у него серьезно пострадала, вплоть до перелома, и сейчас он пытался перетянуть больное место поясом.
Ну что же, с этими тремя мы почти справились. Один сразу же приуныл, опустился на колени и заплакал – Вейра била так, чтобы наверняка. Зато Тала заявила, что магия вся у нее вышла и вряд ли восстановится, пока она основательно не пообедает.
А я…
Моя огненная волна снесла одного из храмовников с ног. Но второй был уже рядом… Протянул к Тале руку, пока я собирала новое боевое заклинание, а Вейра разбиралась с еще одним, вздумавшим подкрасться к нам сбоку.
Именно тогда в спину нападавшему прилетел… топорик, брошенный уверенной рукой Бородача Отто.
Храмовник упал, захрипев, к нашим ногам, а потом… все как-то быстро закончилось. Правда, сперва по обеденному залу заметались, пытаясь спастись от справедливого возмездия, оставшиеся храмовники, потому что люди Конрада не щадили никого.
Нет, не убивали, но мордобой вышел знатный.
Никто от него не спасся – один лишь рыжий улизнул уж и не знаю как!
Конрад тем временем выловил из-под барной стойки владельца, схватил того за шиворот, а потом встряхнул, рыкнув, что если тот еще раз откроет рот, то сам заплатит нам за моральный ущерб. После чего капитан повернулся в нашу сторону, сказав, что здесь мы не останемся, он найдет нам место поприличнее. И владельцу «Последнего приюта» еще повезет, если они не спалят его богадельню к демонам!
Драконий всадник выглядел порядком взбешенным, а я все не могла понять… Стояла и гадала, уставившись на него во все глаза. А еще на то, как обнимаются мои подруги – одна с Томасом-ананасом, а вторая то ли с Алонсо, то ли с Алехандро, – тогда как я…
Неужели Конрад Вальтерн и правда разозлился из-за того, что кто-то посмел нас тронуть?
Вот какие мысли крутились у меня в голове.
- Спасибо, – негромко сказала я Отто.
Он только что получил свой топорик обратно и вытирал лезвие о свою тунику, выглядывавшую из-под легкого доспеха.
Один из гостей оказался лекарем и теперь пытался вернуть к жизни того храмовника, в которого угодило оружие Бородача, заявляя, что если сейчас же отправить раненого в лазарет, то все закончится хорошо.
- Ты это прости, что я вчера тебя… – замялся Отто. – Ну, не понял сразу…
- Что именно ты не понял? – полюбопытствовала я.
Вместо ответа Бородач выразительно покосился на своего командира, затем на меня, после чего еще раз извинился за свое поведение и ушел к остальным «Соколам», нисколько не интересуясь, выживет ли храмовник или нет.
Зато я осталась. Посмотрела на лекаря и раненого, и поняла, что последний поправится, – все же хорошо быть предсказательницей!
Но даже без видения собственного будущего я прекрасно понимала, что рядом с Конрадом нам ничего не угрожает, поэтому наслаждалась спокойными моментами после всего ужаса, который мы с подругами пережили. При этом осознавала, что скоро все закончится, так как Конрад со своими «Соколами» улетит по делам и мы снова останемся одни.
- Разберись с этим, – кивнув кому-то из своих на раненого, тем временем командовал он. – Пойдемте, – заявил мне и подругам, которые вовсю кокетничали с его приближенными, словно совсем недавно Тала не вызвала у всех повальную тошноту, а Вейра…
Та троица, в которую угодило ее заклинание, все еще не вернулась в чувство. Храмовники продолжали обливаться слезами и порывались биться головами об стену, стеная о своей горестной судьбе.
Но мне нисколько не было их жаль. Может, хоть это выбьет из них дурь и заставит держаться от магов подальше!
Хотя я знала, что все бесполезно.
Пусть заклинание подруги меня не зацепило, но неожиданно накатила жуткая тоска. Да такая сильная, что захотелось выть и стенать, а к глазам прилили слезы. Я отлично понимала, что места в этом мире для людей с магическим даром становится все меньше и меньше.
- Куда нам идти? – обреченным голосом спросила я у Конрада. – В Смирре нам нигде не будут рады.
- Вы остановитесь у моего друга. Он держит небольшую гостиницу неподалеку отсюда, и такого, – Конрад окинул взглядом изгвазданный обеденный зал, – там уже не повторится.
Я кивнула, затем прикусила губу, прогоняя слезы. После чего поблагодарила и командира, и его людей, и даже Бородача Отто, сказав, что давно уже позабыла вчерашнее недоразумение.
Поэтому…
- Мы не хотим быть для вас обузой, – добавила я. Хотя мы очень хотели. – Если вы скажете адрес, то мы можем и сами…
- Мы проводим, – внезапно подал голос Томас-ананас, а Алонсо или же Алехандро согласно покивал, сказав, что они никуда не спешат, потому что работа, на которую они подвизались, начинается только завтра с утра.
Уже скоро, сопровождаемые наемниками, мы очутились в уютной гостинице «Путеводная звезда» – явно классом получше, чем «Последний приют». Конрад остался разговаривать внизу со своим другом, а нам выделили три отличные комнаты на втором этаже и даже не взяли за них плату.
Хозяин категорически отказался, хотя я пыталась сунуть ему деньги. Заявив, что он должен Конраду по гроб жизни и это лишь малая часть того, что он может сделать для дорогих капитану гостей.
После чего уставился на меня с любопытством, похожим на то, с каким глядел Бородач Отто и посматривали другие из «Королевских Соколов».
Я бы тоже не отказалась на себя посмотреть, так как до сих пор не понимала, почему Конрад с нами возится. Неужели ему настолько небезразлична судьба трех по сути незнакомых девиц?
Допустим, я сделала ему отличное предсказание, и в оплату за мою услугу он сопроводил нас до Королевского тракта. Но наше спасение в «Последнем приюте», а потом гостеприимство в «Путеводной звезде» не укладывалось у меня в голове.
Если только…
А что, если он…
Оставшись в одиночестве в роскошной комнате, я придирчиво уставилась на себя в зеркало. Поправила выбившийся из косы локон, после чего подавила странное желание пойти и отобрать у подруг косметику – тушь и подводку для губ, – потому что мне нужнее.
Но тут же запретила себе дурить. Я вовсе не собиралась краситься, чтобы выглядеть красивее. Зачем мне это делать, если Конраду Вальтерну на голову вот-вот упадет невеста, тогда как я…
- Ничего уже не изменить, – обреченно сказала я своему отражению в зеркале. – Он будет счастлив с другой, тогда как я… Я стану Оракулом. Пусть и не в столице, а где-нибудь у демонов на куличках, где пока еще не ведется охота на магов. Потому что наши с ним судьбы не связаны.
Но поговорить не мешало, а заодно и отблагодарить его еще раз.
Глава 4
Конрад был снаружи, возился со своим драконом. Я обнаружила его в конюшне, где Грегго занял сразу четыре денника. Развалился на соломе, обернул вокруг себя шипастый хвост, то и дело с довольным видом выпуская из ноздрей пар.
Обитатели других денников вели себя значительно более беспокойно. Лошади переступали с ноги на ногу, перебирая копытами. Время от времени они встревоженно фыркали, не спеша притрагиваться к еде, хотя им насыпали свежего овса в кормушки.
Мальчишка-конюх вжался в дальний угол и теперь смотрел на дракона и его всадника с опаской, но в то же время с восторгом в глазах.
Вот и я, глядя на Конрада Вальтерна, ощутила нечто подобное. Смесь восторга – да, я даже позволила себе признаться в этом чувстве, – с тревогой. Но не за себя, а за него, потому что Конрад потрепал Грегго по голове, а затем бесстрашно взбежал по гигантской лапе на спину дракона и принялся расстегивать подпруги седла.
Тут-то Грегго меня и увидел – вошедшую в конюшню и замершую, завороженно уставившись на столь великолепное зрелище: на всадника и его крылатого ящера. Последний позволил человеку спрыгнуть со своей спины вместе с седлом, а потом поднялся на ноги и двинулся ко мне.