Оксана Гринберга – Любовь и полный пансион (страница 9)
Вместо этого мы уже очень скоро поймали извозчика, с которым я договорилась о вполне сходной цене. Он помог загрузить наши вещи, после чего повез нас на Большую Морскую улицу, где стоял дом под названием «Охотничий Уголок».
Тот самый, который совсем недавно пытался выкупить у меня Барли Мольен.
Глава 3
На место мы прибыли довольно быстро – ехали от силы минут семь – восемь, – но по дороге я успела многое разузнать от разговорчивого извозчика в черном плаще.
Например, что «Охотничий Уголок» до этого принадлежал лорду Чарльзу Вестону.
Вестон его и построил – вернее, его прадед, Иссая Вестон, когда Монрей был еще небольшой рыбацкой деревушкой.
Дом стоял на опушке леса, спускавшегося к самому берегу, но постепенно деревья вырубили, расчистив место сперва под виноградники, а потом, когда Монрей принялся стремительно разрастаться, завоевав славу морского курорта, эти самые виноградники сменили отели и доходные дома.
Впрочем, дом тоже несколько раз перестаивали, и одно время Вестон даже жил здесь со своей семьей. Но потерял к нему интерес, когда младший из его сыновей попал на яхте в шторм и утонул в бухте Монрея.
Жена Вестона давно умерла, старшие дети разъехались кто куда, ведя самостоятельную жизнь, поэтому после той трагедии старый лорд отбыл то ли в столицу, то ли в леса Бартенвиля, где и дичи побольше, и не встречается нежить…
– Какая еще нежить? – растерялась я.
Но, оказалось, мы уже приехали, и ответить кучер так и не успел.
Коляска остановилась возле высокой кованой ограды – она была длинной и терялась в ночной черноте улицы. На закрытых воротах висел внушительных размеров замок. За оградой раскинулась темная территория с вырисовывающимися на черном небе кронами деревьев. Где-то вдалеке высилась громада светлого дома – был он двухэтажным, с угадывающимися колоннами на фасаде и сиротливо горевшим окном на первом этаже.
На противоположной стороне улицы ничего не оказалось – лишь дорога, склон горы и какие-то длинные здания амбарного типа, за которыми чернел лес.
Темно, пустынно и безлюдно.
Правда, по правую руку в паре-тройке сотен метров от нас устремлялось в небо освещенное многоэтажное здание. Подозреваю, это была та самая «Звезда Монрея», с владельцем которой я уже успела познакомиться. По левую темнели корпуса Королевского Госпиталя Монрея, но я бы их не заметила, если бы извозчик не ткнул в ту сторону рукой.
Нам же, как оказалось, именно сюда.
Нана что-то пробормотала на восторском, я не расслышала. Лилли взглянула на меня испуганно, словно я привезла их на растерзание нежити.
Признаюсь, я тоже не спешила выходить из коляски.
– Погодите! – повернулась я к кучеру. – Нам нужно было на Большую Морскую, 45!
– Так мы на месте, мисс!..
– А где же… гм… «Охотничий Уголок»?
Потому что за железной оградой стоял огромный особняк, и никаких маленьких охотничьих домишек не было и в помине.
– Так это он и есть, бывший дом Вестонов!
– Где?!
– Да вот же он, – кучер махнул на особняк. – Говорю же, Вестоны всегда жили с размахом!
Такого он не говорил, но возражать не было смысла.
– Похоже, охотились они тоже с размахом, – пробормотала я, понимая…
Признаюсь, я ничего не понимала.
– Вы уверены, мисс, что вам именно сюда? – кучер тоже засомневался. – В доме давно никто не живет лет пять, а то и больше. Лишь пара слуг, которым, говорят, Вестон платит сущие крохи на содержание дома.
– Да, я уверена, – отозвалась я глухо, хотя и не была. – Нам именно сюда!
Затем первая ступила на землю – вернее, на шуршащий гравий возле железных ворот, без энтузиазма посмотрев, как высаживались из коляски Нана и Лилли, которым я сказала забрать с собой вещи.
Потому что… Раз уж в доме горело окно, то я решила все-таки пойти и постучаться в дверь своей новой собственности. Признаюсь, я все еще не могла поверить, что мне подарили именно этот дом – огромный особняк в целых два этажа, с десятком окон на поддерживаемом колоннами фасаде.
Это вовсе не были какие-то там развалины, как уверял меня пытавшийся сбить цену Мольен. Ясное дело, дом ему был нужен, и еще стоил он вовсе не… двадцать девять тысяч лирей, которые он пытался мне сосватать.
Я понятия не имела, какова истинная цена подобной собственности. К тому же я терялась в догадках, почему Мольен не купил особняк Вестона раньше, если, по словам кучера, тот пустовал уже много лет.
Я вообще ничего, ничего не знала!..
Но сперва не помешало бы удостовериться в том, что это мне не снится, поэтому я украдкой ущипнула себя за руку. Все еще надеялась, что вот-вот открою глаза и окажусь в своей спальне в «Райских Птицах», под лоскутным одеялом с вышитыми Наной орнаментами, а на комоде будет стоять букет весенних цветов из оранжереи.
Заморгала – никаких «Райских Птиц» не было и в помине, зато темная громада дома стояла совсем рядом, а где-то неподалеку шумело море. Затем я посмотрела на внушительный замок на воротах, после чего подошла и подергала ручку на калитке. На ней замка не было, поэтому я, совсем немного поколебавшись, все-таки ее распахнула – открылась калитка со скрипом, словно обитатели дома давно уже не ждали гостей.
Вздрогнув, я повернула голову, потому что услышала не только это. Всхрапнула лошадь, а потом застучали колеса по мостовой – извозчик все-таки решил нас покинуть, отправившись по своим делам.
Вот и я тоже…
Решив, что делать нам все равно больше нечего – вернее, отступать уже некуда, вошла в калитку и поманила за собой Нану и Лилли.
Дорожка, не в пример улицам Монрея, которые были ровно и аккуратно вымощены брусчаткой, оставляла желать лучшего. Очень скоро я провалилась в первую яму, пребольно подвернув лодыжку, а потом сразу же и во вторую, потому что все фонари на территории «Охотничьего Уголка» стояли черными.
Вскоре дорожка стала раздваиваться, и я застыла на развилке. Левая тропинка вела в темный сад – я видела, как шевелились на морском ветру кроны деревьев, – за которым высилась не менее темная башня флигеля.
Неожиданно мое внимание привлекло движение в небе – со стороны моря к Монрею подлетало продолговатое светящееся тело. Судя по всему, это был тот самый дирижабль, на котором мне следовало прибыть в город, и сейчас «Слава Атрии» как раз приближалась к Воздушному Вокзалу.
– Пойдемте уже, мисс Робин! – пробормотала догнавшая меня Нана. – Нечего стоять на ветру! – и покосилась на темный сад, украдкой сделав жест, отгоняющий демонов.
Пусть Нана ничего не сказала вслух, но, кажется, это место ей не слишком-то пришлось по душе, да и мне было порядком не по себе – особенно после слов извозчика о нежити.
– Ты права! – сказала ей. – Нужно идти.
Впрочем, довольно скоро мы свернули на широкую подъездную дорогу, на которой, охнув, споткнулась уже Лилли, тихо пожаловавшись, что угодила в рытвину.
Следующий раз в яму угодила снова я, на что Нана недовольным голосом заявила, что юные девицы не только всегда ходят без носовых платков, но еще и никогда не смотрят под ноги. Молодое поколение, что с нас взять!..
Наконец, миновав круглую клумбу, мы поднялись по широким мраморным ступеням и застыли перед двухстворчатой деревянной дверью. Тут-то я и опомнилась…
Похоже, мой разум не только упал в обморок при виде особняка лорда Вестона, но и продолжал в нем валяться – только этим можно было объяснить тот факт, что я так и не зажгла магические светлячки по дороге к дому!
Зато я зажгла их сейчас – сперва один, а затем для верности еще и второй, – разглядев в неясном магическом свете медное дверное кольцо. Взялась за него, а затем, на миг закрыв глаза, все-таки решила попросить у Святой Ефании о помощи…
Или же лучше просить у Нее о защите?!
Так ничего и не придумав, два раза стукнула в дверь, после чего стояла, дожидаясь, когда нам откроют, и гадая, как именно встретит нас бывший дом лорда Вестона, неожиданно ставший моим.
Наконец, когда мне стало казаться, что нам не откроют, раздались старческие шаги, сопровождавшиеся надсадным кашлем, и скрипучий мужской голос не слишком вежливо поинтересовался, кого принесла недобрая на ночь глядя.
И еще – чтобы мы убирались восвояси, потому что в этом доме гостям не рады.
Не успела я ответить, как раздались еще одни шаги – но уже быстрые, семенящие, явно женские. Не ошиблась – на старика шикнули, после чего я услышала звук отодвигающегося засова, и дом Вестона распахнул перед нами свои не слишком гостеприимные двери.
Вернее, немного приоткрыл одну из створок.
В дверном проеме показалась женщина средних лет в светлом чепце и белоснежном переднике на черном платье – такие обычно носили горничные в богатых домах. Уставилась на нас удивленно, затем ее глаза округлились – наверное, она заметила Нану.
Подозреваю, в полумраке кожа моей бывшей няни выглядела даже не смуглой, а черной, и мне показалось, что горничная вот-вот упадет в обморок с перепугу.
Но она все-таки этого не сделала.
– Мисс Дорсон?! – выдохнула женщина, и ее голос прозвучал жалобно.
Глаза забегали, словно она пыталась определить, кто из нас троих та самая «мисс Дорсон», страшась, что ею окажется именно Нана.
Но я решила над ней смилостивиться.
– Это я, – подсказала ей. – Робин Дорсон, к вашим услугам!
– Но почему же так рано?! – пробормотала женщина. В свете двух магических светлячков я рассмотрела, что у нее было круглое, миловидное лицо, уже тронутое первыми морщинами; казавшиеся черными глаза, приятная улыбка и залегшие скорбные складки возле рта. – Нас предупредили о вашем приезде… Прислали письмо, но в нем было указано, что вы будете хорошо если через час, а то и два. У нас ведь ничего еще не готово, а отец так и не зажег фонари! Сказал, что не стоит тратить горючее почем зря, потому что дирижабль только что пролетел. «Слава Атрии», наверное, еще даже не приземлился!..